Голем

Голем

Там, где море сталкивается с небом, из глубоких вод поднимается голубой гигант Альнитак, озаряя своим светом прибрежный город и верфи, в которых стоят парусники с развевающимися на ветру флагами. Волны шумно разбиваются о берег, обволакивая пеной песчаные пляжи. Стены могучей крепости отбрасывают темные тени на черепичные крыши и гранитные улицы.

Альнитак поднимается все выше и улицы наполняются голосами. Этот город принадлежит клану Эйнфилд – народу деловитому и ответственному. Во всей империи они прославились своим практичным подходом к жизни и трудолюбием. Кроме того, они сыграли большую роль в изгнании из имперских земель разнообразных магов, колдунов, пророков и прочих бездельников. В клане Эйнфилд испокон веков презирали тех, кто выбрал этот преступный путь удовольствий и беспечности. Никто не желает здесь тратить время на безрассудные мечты, хвастовство и вычурность.

Тем не менее, на земли клана Эйнфилд, время от времени проникает какой-нибудь бездельник, и тогда стражникам приходится выгонять из города барда, забивающего головы детишек своими песнями или повара, требующего бешеных денег только за то, что его блюдо выглядит намного лучше и вкуснее, чем в местной таверне.

Несомненно, Эйнфилд уважает права своих горожан и воздает по справедливости всем приблудам из других кланов, поэтому большинство путешественников стараются обходить стороной их земли и вежливо отказываются от гостеприимства. В других же кланах выходцев из Эйнфилда ценят очень высоко. Многие знатные персоны империи с удовольствием берут в жены юных девушек, а в слуги юношей Эйнфилда. Они покладистые и послушные, трудолюбивые и отзывчивые. Такие качества в детях Эйнфилда воспитывают с детства.

Недалеко от города раскинулись сады, где народ клана Эйнфилд выращивает свой урожай, а за ними простираются высокие холмы. На них растут цветы, из которых получают маслянистый нектар для производства лампового масла. Оно горит очень долго, что помогает выделить еще немного времени для работы после захода Альнитака.

В некоторых местах из холмов торчат серые скалистые кряжи, обросшие бирюзовыми травами. Каждое утро стаи маленьких крабовидных существ, выбираются из норок в скале, чтобы собирать росу, которой покрывается трава, лакомятся семенами и пыльцой.

На одном из таких холмов уже много лет стояла огромная каменная статуя. Ноги–тумбы глубоко вросли в каменистую почву, голова в три обхвата не имела как такового лица. Лишь впадины на месте глаз делали статую похожей на живое существо. Эта каменная глыба – единственное, что осталось от далеких времен, когда в этих краях жили маги. Они скакали по этим холмам на своих волшебных скакунах, ловя молнии в непогоду, устраивая пиршества в ясные дни. Ведьмы летали на своих крылатых ящерах, собирая травы. А вечером все вместе устраивали грандиозные поединки мысли и колдовства, просвещая друг друга в мастерстве магии. Эти времена безвозвратно ушли. После того, как воины имперских кланов сравняли с землей обители магов, о них здесь уже не вспоминали.

Забыт был и каменный великан. Он и сам почти ничего не помнил из своего прошлого. Оно превратилось в беспорядочные обрывки, разбросанные в глубине его подсознания. Однако кое-что он все-таки не забыл. Это случилось всего сотню лет назад.

На холм взобрались трое. Один из них, высокий и гордый, шагал впереди. Отдышавшись, он встал напротив исполина и заглянул прямо в его пустые глаза.

– Это то, о чем ты говорил, Мелих? – обратился эйнфилдец к соплеменнику.

– Да сир, – ответил тот.

– И сколько же в нем весу?

Один из четверых в огромных линзах осмотрел статую, походил вокруг.

– Не меньше ста пятидесяти кимбал. – Оценил он. – Камень плотный, старению не подвержен. Стоит признать, маги знали, из чего лепили.

– Так это голем? – завопил невысокий мужчина в забавной шапочке, похожей на ведро. – Почему вы мне об этом не сказали?

– Многоуважаемый Каспер, – высокий усмехнулся и гордо поднял голову. – Вас не должно волновать, кем было сделано это чудище. Вам нужен долговечный материал, так вот, пожалуйста. И здесь даже не сто кимбал, а целых сто пятьдесят, как сказал господин Мелих.

– Мы так не договаривались, – буркнул Каспер.

– Именно так мы и договорились! – возмутился высокий. – Вы сказали, цитирую – «сделаю для вас статую из самого крепкого материала, который вы найдете, взамен на руку одной из ваших дочерей». В клане Эйнфилд ценят точность так же, как и юных барышень. Я, между прочим, убил пятнадцать альнитакских суток, господин Каспер, чтобы убедить ее, а вы жалеете для меня какой-то статуи?

– Тут совсем другое дело, – важно задрал нос жених. – Возможно, вам неизвестно, как маги создавали их?

– Ну, начинается, – пробормотал Мелих.

– Этому великану уже больше двух веков, – продолжил Каспер, не взирая на презрительную мину высокого. – Он сделан одним из самых сложных и неповторимых заклинаний…

– Бла-бла-бла! – передразнил его сир. – Мне все это известно, можете не утруждать себя! Заклинание голема, чтобы создать безвольного слугу, который все будет делать за тебя. И что? Его хозяин откинул копыта лет так двести назад. Или вы думаете, что если станете ломать его, он завопит и набросится на вас? Ничего подобного! Без хозяина – это просто статуя.

Сир недовольно пнул гиганта ногой и развел руками.