Голодная библиотека. Огонь гетерохромных глаз

✴слово шестое✴

Библиотекарь не находил себе места. Тени и след простыл, а в самой библиотеке начали твориться малоприятные сюрпризы.

Когда в детский отдел вошла женщина, держащая за руку девочку лет четырех, Библиотекарь ни на секунду не отвлекся от мрачных мыслей. Уже привык, что люди его не видят. Сейчас его голову занимали совсем другие проблемы: исчезнувший друг и странное ощущение, которое усиливается день ото дня.

- Ма-ам, а сто этот дядя тут делает? Он зе софсем не маленький! - донесся тоненький голос малышки.

Библиотекарь даже не дернулся. Мало ли какие "дяди" в голове у ребенка.

- Солнышко, какой дядя? - удивленно спросила мать.

- Ну вон зе он, вон!

- Но... заинька, здесь никого нет.

Вот тут Библиотекарь напрягся. Он медленно повернул голову в сторону голосов. По всем костям пробежала дрожь. В узком проходе между стеллажами с книжками в ярких переплетах девочка с двумя смешно торчащими косичками улыбалась и показывала пальцем на... него. Невысокая женщина средних лет беспокойно смотрела в ту же сторону, но ее взгляд скользил мимо "дяди", не замечая его.

- Дядь, а как тебя софут? - спросила девочка, подходя ближе и таща за собой маму.

Библиотекарь же невольно отступил назад, вглубь узкого книжного коридорчика. Да что не так с этим ребенком?! Во-первых, стоит напомнить, что из-за отсутствия моланы он уже не высокий темноволосый парень, а уродливый монстр. Даже сейчас, в эту секунду, он чувствует одни кости да лезвия с прогнившей плотью на своем теле. Во-вторых, на часах чуть больше полудня, значит, до активизации проклятия еще как до Луны раком. Долго, то есть. И последнее: почему девчонка его видит, а мать нет?!

- Дядя, ты меня боися? - она отпустила руку женщины и подошла совсем близко. В ее карих глазах читалось искренне непонимание ситуации. - Дядя, я сто, плохая? - На ясные глазки навернулись слезы.

Ее мама, замерев, не сводила взгляда с дочери. Кажется, она о чем-то напряженно думала или просто растерялась.

А вот Библиотекарь от вида детских слез едва не ударился в панику. Он не понимал, что делать, но девочка уже собиралась зарыдать, поэтому ему пришлось пойти на крайние меры.

- Эй-эй, т-ты хорошая, очень-очень! - заикаясь, монстр медленно присел и улыбнулся, стараясь не задеть ее лезвиями.

Не секрет, что у черепоголовых чудовищ улыбка так себе, но малышка, вытирая глазки кулачками, тихо спросила:

- Плавда?

- Правда-правда! - для пущей убедительности даже покивал.

Еще он заметил, что полностью себя контролирует. Нет желания убить или выпить душу. Значит, проклятие действительно еще не заработало.

- А Лома говолит, я плохая! - начала ябедничать девчушка.

- А Лома сам дурак, - театрально возмутился Библиотекарь.

Он почувствовал, как от этого диалога в душе разливается непонятное тепло. Ему так понравилось просто разговаривать, что все его внимание перевелось на очаровательную девчушку с карими глазами. Простой разговор с простым ребенком о простых вещах. Это ли не настоящее счастье? На мгновение он даже забыл, кем является, что происходит что-то из рамок вон выходящее и что мама девочки куда-то звонит.

- А Лома потом как кликнет: "ты глупая!", - найдя хорошего слушателя, восторженно болтала кареглазая. - А я ему: "потему?" - а он мне: "Ты софсем не понимаес?" - я: "Нет!", и снаес, сто он мне скасал?

- Неа, - глупо улыбался монстр, уже не заботясь о том, как мелкая отреагирует на его оскал.

- "Ты моя нефеста!", вот! - она сделала "страшные" глаза и подпрыгнула.

- Так, невеста, - в разговор вмешалась мама, - давай не будем мешать дяде, дорогая. Говори "пока-пока" и пойдем, - ее взгляд снова уперся сквозь Библиотекаря, она взяла дочь за руку и хотела уже увести, как...

- Пока-пока! - девочка вырвалась и бросилась Библиотекарю на шею, со всей силы обнимая его!

Казалось, мир вокруг замер. Исчезли звуки, движения и лишь слегка запыхавшееся дыхание ребенка раскатом грома отозвалось в сознании проклятого. Только сейчас он увидел вместо изуродованного тела свое прежнее. Почувствовал, с какой силой она его обнимает, почувствовал, как напряглись мышцы по всему телу и как по коже гуляет легкий сквозняк из-за приоткрытого окна.

Малышка отстранилась и посмотрела в глаза парню. В шоколадной глубине ее взора он увидел свое человеческое отражение.

- Ты холосый, - сказала она, - давай длузить?

Библиотекарь не мог вымолвить ни слова. В одну секунду все его существо прониклось чувствами, запахами и осязанием. Все вместе невероятно вскружило голову.

Он хочет быть человеком.

- Солнышко, нам пора! - уже с нажимом сказала женщина. - Нас ждет дядя Лео.

- Не хосю к дяде Лео! - начала капризничать "Солнышко". - Он опять будет калтинки челные покасыфать и воплосы стланные задавать! И вообсе, ты обесяла всять мне книски пло плинцесс!

- Дядя Лео сам даст тебе книжки про принцесс. Все, идем, - стараясь скрыть раздражение, мама взяла девочку за руку и силой оттянула назад. - Ты уже сказала воображаемому дяде "пока", так что идем.

Как только девчушка, имени которой он так и не узнал, полностью отпрянула от него, Библиотекарь резко перестал что-либо чувствовать. Это настолько его испугало, что он было бросился за ней, лишь бы снова, хоть на секундочку стать человеком! Но он запутался в собственных костях и грохнулся на пол, звеня лезвиями вместо кистей рук.

Ему вдруг захотелось заплакать.

Малышка в последний раз обернулась и весело помахала рукой.

Дверь хлопнула, шаги стихли.

"Пожалуйста, ответьте, что происходит?!" - монстр тяжело перевернулся на спину и минут двадцать просто смотрел в потолок.

А еще через двадцать всю библиотеку сотряс дикий, отчаянный рык.