Голос бездны

Глава 5

Вернувшись домой сытым и довольным новой наклейкой, я стал помогать отцу отдирать от стен дедушкины записки — просто почувствовал себя неловко, осознав, что почти ничем не помогаю ему здесь, хотя для этого, собственно, и приехал. Отрывались те штуки очень тяжело, вместе со штукатуркой и обоями, если таковые были, а были они только в прихожей. Кое-где эти записки были налеплены друг на друга в несколько слоев так, что бумага как-то странно затвердела, подобно глине, пожелтела и отдиралась так сложно, что оставляла после себя приличные углубления в стенах. Видимо, после того, как мы покончим с этими колдовскими штучками деда, нам придется выравнивать стены. Не думаю, что в таком состоянии кто-то возьмет себе этот дом. Ладно, я вообще не думаю, что его кто-то возьмет в этой глуши.

— Когда ты планируешь убраться в сарае? Из-за твоей драки с барабашкой там не пройти. — с отвратительным звуком содрав очередной сухарик желтой бумаги, спросил отец.

— Скоро. — решив сделать это завтра, сказал я.

— Ну а… — начал было отец, но резко замолчал.

Я уловил на его лице хитрую ухмылку: — Что?

— Как дела на любовном фронте?

— Пап… — угрюмо покосился на него я, но вскоре добавил: — Есть одна девчонка в клубе. Мариной звать. Красивая очень, голос приятный — похожа на меня. Но это все.

— Вот как? А Настя?

— Мы просто друзья.

— Она ведь тебе нравилась. — он продолжал глупо ухмыляться и следить за моей реакцией.

— Нравилась. — выдавил я из себя. Сейчас мне казалось, что она мне никогда не нравилась.

— А та девчонка, сестра моего подмастерья, кажется?

— Она…

Я хотел было сказать, что никто мне вообще не нравится, а тем более здесь, как раздался громкий и противный звонок домашнего телефона из прошлого века. Я вздрогнул и чуть было не свалился с табуретки, которую приволок, чтобы достать до зоны у потолка. У нас в городе уже такими кирпичами не пользовались, а дети, что младше меня на лет так десять, и вовсе не знали, что такое домашний телефон.

Оставив отца, я снял трубку и услышал радостный голос Артема:

— Чувак, маму сегодня в ночную смену вызвали, а Соня собирается ночевать у Нади. Есть неплохие перспективы на ночь. Придешь?

— Ставь чайник, конечно приду. — повесив трубку, я быстро вернулся к отцу и сказал ему, что ночую у Картамоновых.

— Но там же ливень.

— Ну я же не сахарный — не растаю.

— Еще какой сахарный — любвеобильный до ужаса.

— Папа! — я, сдерживая смешок, потряс пальцем.

Ничего, что встало бы между мной и ночевкой, он не сказал, а потому, закончив со стеной, уже через час я стоял на чужом пороге и стаскивал с себя все те же дедовы сапоги. В них все равно была вода, которая стекала туда по моим ногам, пока я усердно прорывался через ливень.

— О, так он уговорил тебя на ночевку? — открыв мне дверь, усмехнулась София. Она была в своей светло-зеленой толстовке и светло-голубых джинсах, что скорее всего означало, что она вот-вот тоже отправится на ночевку.

— Не трожь, — откуда-то вдруг выпрыгнул Артем и замахал рукой на Соню. — Это мужская солидарность, девчонка. Он не мог оставить меня одного.

В ответ на это она ухмыльнулась, развела руками и сказала том, что ее брат просто испугался призраков.

— Удачной девчачьей ночевки, — я усмехнулся, взглянув на Соню.

— Тебе удача нужна куда больше… — многозначительно произнесла она, покосившись на брата.

— У меня есть супер вкусные шоколадные печенья. Ты просто сойдешь с ума от их вкуса, я тебе гарантирую. — схватив меня за мокрое запястье, сказал Артем и повел меня на кухню. — Фу, сначала тебе надо выдать сухую одежду.

— Ты опоздал. Он уже пробовал мое печенье. — вдогонку нам крикнула Соня, схватила зонт и поспешила захлопнуть за собой дверь.

— Да ну? — округлившимися от удивления глазами Артем взглянул на меня. Я кивнул.

— А что, она сама пойдет к Наде? — указав на дверь, спросил я.

— Ну да. Не маленькая ж, — он пожал плечами и увалился на диван, схватив блюдце с печеньем.

— Но ты ведь говорил, что тут часто пропадают люди. Разве это не опасно? Район ведь у самого болота. — я стянул с себя мокрую кофту и футболку.

— Пропадают только мужчины. Последняя женщина, пропавшая в этих краях, была жительницей прошлого века. Этот поселок еще только-только появился. Я уверен, что все будет о’кей. — отправив первую печеньку в рот, проговорил он. — Даже ты был подвержен куда большей опасности, пока шел сюда по темноте.

— Ну, а далеко хоть эта Надя живет?

— Не, через пару домов от тебя. У нее еще такой серый дом, а во дворе, в горшках, яркие розы. Их видно даже с дороги. Терпеть их не могу — колючие зараза.

— Успокоил, — вздохнул я.

— Вон там на сушилке возьми треники, а свои мокрые шкурки повесь. — он ткнул пальцем в сторону ванной комнаты.

Переодевшись, я вернулся к нему на кухню. По «ящику», в который залипал Артем, снова шла какая-то старая комедия, что показывали, когда я ходил в шестой класс.