Голос бездны

Глава 8

Из-за того, что в клубе мне сказала Марина, я простоял перед зеркалом около десяти минут в попытках понять, что ей так не понравилось в моем кулоне. Как по мне, синий кулон достаточно гармонично смотрелся с моей светло-синей толстовкой, синими кончиками волос и такими же синими глазами. Но в итоге, придя к выводу, что девчонки в этом понимают больше, я снял подвеску и бросил ее на письменный стол, который использовался мной разве что для складирования на него вещей на ночь. Мне пришлось растопить баню, чтобы отмыться от краски. Никакой стиральной машинки у дедушки не было, поэтому свои вещи мне пришлось отстирывать вручную. Надо сказать, что большая половина засохшей грязи просто отвалилась от одежды, оставив на ней только пятна, которые пришлось долго отстирывать в тазу с водой. После этого мои пальцы болели еще больше, чем после оттирания ковра у Сони. Мозоли, которые я натер днем, лопнули, оставив после себя болючие ранки.

— Пап, ты слышал новость? — как бы между прочим спросил я, заливая кипятком бичпакет. Пришло время настоящей мужской еды.

— О пропаже? — делая то же самое, спросил он.

— О ней, — я кивнул. — А о приведениях или что-то вроде того?.. — осторожно спросил я, хотя уже морально готовил себя к его очередной остроумной шутке.

— Слышал, — он кивнул. — И видел, пока тебя не было.

— Что? — я замер.

— Ты проиграл.

— В смысле? — совсем запутался я. — Все нормально, пап?

— Как ты мог поверить в эти сказки? — развернувшись, он улыбнулся и поставил свою порцию на стол. — Нет никаких приведений и вот это, — он указал на мусорный мешок с записками дедушки. — Полная ерунда. Я надеюсь, что не увижу у тебя однажды подобных символов в комнате.

— Не пугай меня так, — громко выдохнув, сказал я. — Но Марина рассказала нам о том, что недалеко отсюда раньше было другое село, которое исчезло за ночь от пожара. Спаслись только двое. И женщина, что спаслась, рассказывала, что сирены, обитавшие в тамошних болотах, напали на них и начали топить. Женщина сожгла деревню, когда убегала из нее. Огонь уничтожил большое количество деревьев на болотах, но за прошедшие годы оно не высохло. Марина сказала, что некоторые верят, что там все еще обитают сирены, которые и поддерживают жизнь болота, а дно тех болот усеяно костями селян. И Марина подвела к тому, что вчера ночью мужчину похитила та самая сирена с болот. И дедушку нашего, скорее всего, тоже…

— Слушай, — отец взял солонку и насыпал себе в ладонь соль. — Ты возьми, а то вдруг сирена подберется. — с почти серьезным лицом он протянул мне руку. Его оптимизм конечно вдохновлял, но рассказывать ему о нашем предстоящем путешествии на болото я не собирался. Он хоть и отшучивается, но может и не позволить. Тогда мои каникулы накроются медным тазом, как и музыка на хэллоуин для ребят.

— Спасибо, не нужно, — махнув рукой, сказал я.

— А где твой кулон? — отец вернул соль назад. В этот момент я решил, что никогда больше не воспользуюсь солью нашего дома.

— Э… ну, Марина сказала, что он мне не идет. Он наверху. — чуть смутившись, объяснил я.

— Только Марина так думает? Или еще какая-нибудь девочка? — последние два слова он особенно выделил.

— Никто так больше не думает…

— Дело молодое, — он улыбнулся. — Я вот с твоей мамой, когда был чуть постарше тебя, ходил в так называемый планетарий. Раньше там хранили сено, но уже в наше время там отсутствовала часть крыши и ночью оттуда было очень здорово наблюдать за звездами, лежа на сене.

— Откуда ты это взял? — я снова замер. Отец никогда ничего не говорил мне о матери, ссылаясь на то, что из-за ее гибели он забыл почти все связанное с ней. Врачи звали это амнезией, вызванной шоком или как-то так.

— Да просто вспомнилось… — он опустил глаза к тарелке.

Решив, что это просто какие-то причуды его амнезии, я убрал со стола и отправился наверх. Времени уже было много, а потому, не став брать в руки гитару, я упал на кровать и почти сразу уснул. В голове у меня крутилась лишь одна мысль — планетарий. Было бы здорово позвать туда Соню. А может, она там уже была?..

Открыв глаза, я услышал, как знакомый голос тихо и медленно произносит мое имя. В комнате было темно, но свет луны позволял мне понять, что она пуста. Некто звал меня из-за двери. Неохотно поднявшись с теплой постели, я побрел к двери. По комнате разносились шлепки босых ног по деревянному полу, а затем донесся протяжный скрип старой двери. За ней все так же никого не было, но я продолжил идти на зов. Вокруг все было таким же освещенным, как и в комнате, что странно, ведь там-то светила луна, а здесь ничего.

Спустившись на первый этаж, мне пришлось выйти на улицу в попытках добраться до того, кто звал меня. Едва я открыл дверь и шагнул наружу, как сразу же упал в темноту. Внутри у меня все будто бы подпрыгнуло, мне стало щекотно. Вокруг откуда-то появилась вода. Я снова смог дышать ею. Я рефлекторно посмотрел наверх. Яркие пятнышки звезд, искаженные водой, быстро отдалялись от меня. Я с фантастической скоростью шел ко дну, хотя в его существовании я тайно сомневался. Я не чувствовал никакой хватки, никакое нечто не тянуло меня ко дну — я шел к нему сам. Звезды становились все дальше и дальше. Неожиданное понимание того, что вместе с ними от меня на бесконечно далекое расстояние удаляются отец, Артем, Соня и другие ребята заставило меня сопротивляться. Я попытался поплыть вверх, хватаясь руками за черную пустоту вокруг, но было слишком поздно — я остановился и больше не шел ко дну. Звезды уже исчезли совсем, исчезли люди, моя прежняя жизнь… Со мной осталась только мокрая и холодная тьма. И снова голос. Сначала я услышал его позади и быстро обернулся. Я ничего не увидел, но вскоре распознал знакомые силуэты. Их было десятки. Все повторяли одно и то же слово, но уже точно не мое имя.