Голос моря

Глава 19. Туман

Цин Юнь заслушался. Он даже забыл о щётке в руках, замерев на коленях, согнувшись вперёд и опираясь о палубу. Он смотрел на Хай Фэя во все глаза. Его рассказ был путаным и непоследовательным и вызывал больше вопросов, нежели давал ответы.

— «Туман»? — спросил Цин Юнь.

— Это наш корабль. Служит верой и правдой уже давно. Надёжный друг, — словно домашнего любимца, пират погладил доски под ногами.

Цин Юнь склонил голову. Туман, Туман, Туман… Странно, но это название казалось ему смутно знакомым.

Оно, будто далёкое эхо, отзывалось в глубинах его памяти, воскрешая неясные воспоминания, окутанные густым туманом. Что-то горькое подступало к горлу, сердце сжималось тревожным предчувствием. «Туман» вызывал приступ беспокойства — Цин Юнь не мог объяснить, почему.

Может, он когда-то слышал рассказы моряков о пиратском судне с таким названием, а теперь воспоминания о самих историях стерлись, оставив только смутное ощущение тревоги?

— Значит, мой брат выслужился и унаследовал эту джонку после отставки предыдущего капитана? — спросил Цин Юнь, стараясь не произносить само название. Он хотел сменить тему, но ощущение холодного беспокойства всё ещё пряталось где-то на краю сознания.

Хай Фэй криво усмехнулся.

— Ну, можно и так сказать, — его улыбка превратилась в оскал. — Если убийство капитана можно так назвать! Ха-ха!

Цин Юнь побледнел.

— Но за что?.. Мой гэ не мог!

— Не мог? Ещё как мог! Смотри — видишь? — Хай Фэй широко распахнул глаза и указал в них пальцами. — Эти самые глаза видели, как Морской Призрак распотрошил предыдущего капитана, вздёрнул его тушку на крюк и вывесил за борт. Несколько дней она воняла, а акулы лакомились мясом. Лишь когда остался один скелет, капитан его скинул.

У Цин Юня потемнело в глазах, земля ушла из-под ног. Он оставил несчастную щётку и на ощупь нашёл ведро. Притянул его к себе и обнял. Было бы весьма досадно, если бы его вывернуло прямо на палубу, которую он так тщательно чистил весь день.

Словно прибрежные волны, которые сперва били по затылку, оглушая, а потом беспощадно втягивали в море, не давая и шанса на спасение, Цин Юня накрыла паника. Брат не мог! Тяо Сян Бэй не такой! Гэгэ пират, да, но он добрый и заботливый, он честный и справедливый, он… он не жестокий головорез, не бессовестный вор, не беспощадный убийца, нет! Он не такой! Он…

Он пират.

И он именно такой.

От этой мысли дыхание сбилось, в груди заполыхал леденящий ужас. Мир перед глазами расплывался, и Цин Юнь вцепился в ведро, словно только оно и могло удержать его на плаву в этом ставшем вдруг таким непонятным мире.

В мире, где тот, чью семью разрушил пират, стал пиратом.

Цин Юнь просто не понимал, совсем не понимал!

Тяо Сян Бэй всегда был ласков с ним. Он всегда отдавал ему последний кусок хлеба, всегда укрывал по ночам, всегда согревал своими ласковыми объятиями, всегда окружал заботой. Цин Юнь вздрогнул. Да, Тяо Сян Бэй такой — заботливый и добрый, но лишь для него.

Но теперь, вспоминая бесконечные вечера в их крошечном убежище, Цин Юнь вдруг ясно увидел то, на что раньше предпочитал закрывать глаза. Ссадины на руках брата, свежие порезы на лице, грязь и дыры на одежде. Он тогда не спрашивал, откуда это, и даже когда задавал вопросы, ответов всё равно не получал.

Но Цин Юнь больше не мальчишка. Больше он не может прятаться за наивными догадками. Правда оказалась слишком острой — она не просто ранила, а разрезала его сердце на кусочки.

Тяо Сян Бэй дрался. Воровал. Разбойничал. Он делал всё, чтобы выжить самому и кормить и одевать своего брата.

Он действительно жестокий, беспощадный и бессовестный разбойник.

Цин Юня начала бить дрожь. Он не мог поверить, что его заботливый брат хороший только для него.

Чья-то рука мягко легла ему на плечо, чуть надавливая.

— В порядке?

Голос Хай Фэя звучал приглушённо, словно сквозь туман.

Цин Юнь зажмурился и сглотнул. Нет, не в порядке. Совсем не в порядке. Недавно его похитили, хотели то ли по кругу пустить, то ли сиренам скормить, его брат оказался капитаном пиратов и более того — его руки были уже омыты в крови, да так, что от способов убийств, которые он избирал, кровь стыла в жилах. А впереди его ждало лишь расставание с братом, запрет на танцы, бесконечная жара на палубе и серая жизнь помощника в зале в какой-нибудь таверне портового городка… Нет, Цин Юнь определённо был не в порядке!

Он кивнул. В порядке он, в порядке.

Он сглотнул ком в горле, сделал глубокий вдох и попытался взять себя в руки.

— А ты… много вас из старого экипажа?

Хай Фэй беззаботно пожал плечами.

— Да нет. Только я.

— Только ты?

— Остальных капитан перебил.

Цин Юнь ощутил очередной приступ тошноты. Сглотнул.

— Тоже… на крюк?

— Нет. Одним глотки порезал, других вздёрнул, — пират говорил лёгким будничным тоном, словно такое происходило каждый день: как будто речь шла о смене ветра или ценах на рис. Может быть, подумал Цин Юнь, для Хай Фэя подобные убийства и были в порядке вещей, но для Цин Юня — нет.