Голос, спрятанный в молчании

Глава 7

Дилан изредка бросал на меня быстрые взгляды, и его улыбка казалась вызывающе-игривой. Флирт — его смертоносное оружие. Моё же... скорее всего, паническая растерянность и досадное неумение ему отказывать. Музыка давила на барабанные перепонки, а он, будто назло, снова увеличивал громкость, словно пытаясь заглушить мои мысли.

— А мы можем просто поговорить? — перекричала я биты.

Дилан мгновенно щёлкнул тумблер. Салон наполнился внезапной, оглушительной тишиной.

— Говори, — улыбнулся он, бросив на меня быстрый, пронзительный взгляд.

— Чем ты занимаешься? — пришлось выпалить первое, что пришло в голову, лишь бы не возвращаться к этому давящему стуку.

— Последний курс. Бизнес и управление, — отчеканил он, идеально вписываясь в поворот на Юбилейную дорогу. — Отрабатываю часы в конторе отца. Все ждут, что я приду и стану молодым боссом с дипломом в рамочке.

В его голосе не было энтузиазма.

— А ты чего ждёшь?

Он снова посмотрел на меня, на этот раз дольше обычного, с неподдельным удивлением, словно я задала единственный вопрос, который действительно имел значение.

— Никто не спрашивает, чего я жду, Фет. Все говорят, чего они от меня ждут. Отец построил целую сеть ювелирных магазинов. Хочет, чтобы я её сохранил и приумножил. Стандартный путь.

— А тебе не по стандарту? — рискнула я.

Он резко засмеялся.

— «Не по стандарту»… Сетью магазинов сейчас никого не удивишь. Я хочу создать то, чего у него не было. Не сохранить, а перестроить. С нуля. Своё.

Он произнёс это с такой непоколебимой уверенностью, что я мгновенно поняла: его высокомерие — это не маска, а суть характера. А вот взгляд... Он то становился хищно-хитрым, то смотрел почти нежно, то снова становился по-особенному отстранённым, недоступным.

— И что же ты построишь? — вырвалось у меня, и я сама поразилась, насколько искренне мне это было интересно.

Он медленно покачал головой, загадочно усмехаясь.

— Пока не скажу. Испугаешься.

— Я не из пугливых, — возразила я, ощущая лёгкий вызов.

— Это мы ещё проверим, — Дилан резко затормозил у обочины. — Приехали. Готова к проверке на храбрость?

Он выключил двигатель и указал подбородком на кирпичное здание театра «Куэсторс».

— Любишь загадками бросаться или пытаешься так произвести впечатление?

— Я уже произвёл, раз ты сидишь рядом, не так ли?

Его наглость была настолько вопиющей, что мне захотелось не просто взорваться, а буквально испепелиться из этой проклятой машины. Это уже переходило все мыслимые границы для человека, воспитанного в приличной семье! Неужели он считает меня настолько простой? Я, конечно, ко всему отношусь с добротой, но разве хоть что-то в моём поведении давало ему повод так со мной разговаривать?

В порыве гнева я резко распахнула дверь, намереваясь немедленно выйти, но забыла про ремень безопасности. Дёрнувшись назад, я вспыхнула, покраснев до корней волос. Отстегнула ремень и выскочила из машины.

Дилан вышел следом, небрежно облокотился на крышу и спокойно, с насмешкой, смотрел на меня.

— Обиделась?

— Да. Я не давала тебе повода разговаривать со мной так, как ты привык со своими подружками.

— А тебе говорили, что на шутки принято улыбаться?

Ещё один в группе поддержки Одетт. Её шуточки и эта его реальность до сих пор казались мне чужими. Я была слишком далека от такого примитивного юмора. Юмор в литературе — это другое, его я воспринимаю на ура. Но не эти заезженные фразочки из телевизионных шоу.

— Ладно, извини. Я не хотел тебя обидеть. Понял, с тобой нужно разговаривать фразами из книг, — в его голосе прозвучало наигранное раскаяние.

— Со мной можно просто говорить. И я не хочу пить кофе, — отрезала я, резко открыла заднюю дверцу, выхватила портфель и почти бегом направилась к автобусной остановке.

— Фет Конли, ну прости грешника! — его голос догнал меня.

— Не используй эти слова в оправдание! — крикнула я через плечо, ускоряя шаг, чувствуя, как злость сменяется какой-то странной обидой.

— Я тогда пойду за тобой! — он, с неожиданной для меня лёгкостью, подбежал и схватил меня за руку.

Я развернулась. Он смотрел на меня уже не вызывающе.

— Я прошу прощения за свои манеры. Больше не повторится. Можно я хотя бы отвезу тебя до дома?

— Снова вопрос, от которого я не могу отказаться? Ведь ты же не любишь отказы.

И тогда Дилан медленно убрал руку, а затем, к моему полнейшему удивлению, развернулся и ушёл. Просто ушёл! А я так и осталась стоять, ошеломлённая, наблюдая, как он садится в машину и уезжает прочь.