Голос, спрятанный в молчании

Глава 14

Словно герои романа после важнейшего признания, мы не знали, что сказать дальше.

— Когда ты смущаешься, то становишься такой беззащитной. Мне нравится, — улыбнулся он и положил свою руку мне на колено.

— Я вот привыкну к твоим комплиментам и буду всегда ходить смущённой.

— Будь смущённой только для меня. На людях не стоит показывать свои слабости, Фет. Слабость — это порок.

— Быть собой — это не слабость, — возразила я, но голос прозвучал тише, чем хотелось.

— Поверь мне... — он мягко перебил меня, повернул на главную дорогу и включил музыку.

Мы ехали по улицам Лондона. Я не осмелилась настаивать. Где-то он, наверное, и прав. Но играть роль без чувств — уж точно не про меня.

Дилан держал мою руку, иногда поднося её к губам. А я смотрела на него и рисовала в голове нашу жизнь. Какой она будет. Как мы будем строить его гостиницы... Воспитывать детей...

— Не устала? — спросил он, притормаживая у дома Одетт.

— Нет. Я бы провела с тобой весь день... — вырвалось у меня, и я почувствовала, как залилась краской.

Мы до сих пор не переступали ту самую «черту морали», как говорила Одетт. Но сегодня... сегодня мне казалось, что я наконец готова. Он-то всегда намекал. Это я его останавливала, когда поцелуи затягивались. Да, я старомодная девушка из романа.

— Одетт обидится, если мы опоздаем, — он обернулся, и в его взгляде читалось обещание целой главы, которую нам только предстояло написать. — А потом... я весь твой.

Не успела я ответить, как дверь распахнулась и на улицу выскочила Одетт с воздушными шариками и бумажным колпаком на голове, напевая «С днём рождения».

В дверном проёме, смущённо улыбаясь, показался Бернард в парике и с клоунским носом. Да, моя подруга умела быть такой убедительной.

Она бросилась обнимать меня, и мы запрыгали на месте, словно школьницы. Взяв меня за руку, Одетт увлекла меня в дом, где в гостиной уже ждали все мои сокурсники. Их пение и смех наполняли комнату, но я почти не думала о своём дне рождения. Передо мной стояла лишь одна картинка: Дилан, опустившийся на колено, и его заветная фраза «выходи за меня».

— Ну что, моя литературная принцесса, — Одетт подбежала к креслу, схватила огромную коробку и водрузила её мне в руки. — Твой подарок!

— Что это? — удивилась я.

— Открывай быстрее! — она сжала кулачки в нетерпении, подпрыгивая на месте.

Все смотрели на меня, а я, как всегда, чувствовала себя неловко от такого внимания. Я поставила коробку на пол и открыла её. Внутри лежал большой кожаный чемодан, обклеенный наклейками наших с ней любимых групп.

— Чемодан? — переспросил Дилан, его голос прозвучал ровно, но с лёгкой ноткой недоумения.

— Да, мой дорогой друг! — парировала Одетт. — Доставай и открывай!

Я подняла яркое чудо и, щёлкнув замками, замерла. Внутри аккуратно лежали клетчатые майки, шорты, юбки, красный берет и блокнот с надписью, выведенной рукой Одетт: «Для новых историй».

— Я помню, ты когда-то давно мечтала оторваться в Париже. Мы там с тобой были лишь проездом. Предлагаю провести это лето там. Согласна?

Она смотрела на меня так умилительно, что я невольно повернулась к Дилану.

— Только посмей ей запретить! — тут же набросилась на него Одетт. — Если она не поедет, вычеркну тебя из своей телефонной книги навсегда!

— Я не против, — спокойно сказал Дилан. — Если моя невеста... — он сделал акцент на этом слове, и в комнате повисла тишина.

Все снова уставились на меня. Одетт подскочила ближе, взяла меня за руку и уставилась на серый лоскуток на моём пальце.

— Ты что, сделал ей предложение этой тряпкой?

— Это не тряпка, — возразила я, чувствуя, как защищаю нашу только что родившуюся легенду. — Это больше, чем кольцо.

Я посмотрела на Дилана — он был спокоен. Мне нравилось, что он никогда не воспринимал её выходки всерьёз.

— Так вы что, женитесь? — Бернард хлопнул Дилана по плечу.

— Да. Мы женимся, — Дилан протянул мне руку.

Я встала, и он обнял меня, а я в это время сжимала в руках красный берет, снова вспоминая Лесли. Интересно, как бы она отреагировала? Мы же тоже мечтали о Париже...

И теперь я точно знаю: и Одетт, и Дилан — это её подарки мне. Её способ оберегать меня оттуда, с небес. Чтобы я могла сдержать своё обещание: любить — за нас обеих.

Одетт обняла нас.

— Как я рада! Но если не будет нормального кольца, я прямо в костёле буду кричать, что против! Ну так что, отметим девичник в Париже?

— Бернард, а ты не хочешь со мной поехать в Париж? — спросил Дилан.

Все заулыбались.

— Устроим романтик на четверых, — бросил Бернард.

Я посмотрела на подругу. Она улыбалась.

— Вы что, встречаетесь? — тихо спросила я, но меня услышали все.

Одетт взяла Бернарда за руку, и на её лице расцвела самая счастливая улыбка.