Голос в океане

Леди в милой шляпке

В самые злополучные дни, как правило, стоит солнечная, улыбчивая погода, но я ей не верю. Особенно остро укрепилось мое личное предубеждение сегодня.

Раннее утро дребезжало золотистым рассветом за пиками лесных верхушек, а я уже заварила себе кофе, высматривая в окно признаки нового дня. В доме было зябко, по полу тянулся холод, пробираясь через шерстяные носки, так и норовя схватить меня за ногу и утащить в недра теплой кровати, на которой творился хаос из одеял и грелок. Идиллия, наложенная недолгой жизнью дома, нарушилась стуком в дверь. Я насторожилась, оставляя чашку дымится на столе, прошла в коридор. Стук повторился, но все еще не настойчиво, как бы извиняясь, что потревожили меня, найдя в этой шотландской глуши именно мою дверь.

— Доброе утро, джентльмены. — На пороге стояло двое мужчин в черных пальто и красных галстуках, плотно впивающих ворот их рубашек к шее. — Чем обязана?

— Доброе утро, миссис Уилкинс. Я Ллойд Кроуфорд, а это мой коллега Мартин Дотсон, возможно, вы о нас слышали. Позволите?

Я пропустила их в прихожую, переминаясь с ноги на ногу, носки неприятно покалывали кожу. Ллойд и Мартин, одни из лучших двойных агентов во всей Британии, наверное, к концу войны их портреты будут висеть в каждой комнате поместья Монтегю. Они деловито прошли в гостиную, вальяжно расстегнув пуговицы пальто, присели на диван.

— Чай или кофе?

— Чай, пожалуйста, — хором ответили они.

Пока я заваривала чай, руководствуясь вежливостью, а не гостеприимством, уверена, они уже детально изучили содержимое мой маленькой гостиной, может даже пустили в ход свои психологические приемы, составляя мой психологический портрет по тому, какого цвета плед и под каким углом кресло повернуто к камину.

Я поставила поднос на столик, а сама села напротив, развернув кресло и сделала глоток уже остывшего кофе:

— Итак, что же привело вас сюда?

Ллойд отхлебнул чай, даже прикрыв глаза от удовольствия:

— Прекрасный у вас чай!

— Даже не думайте, что раскрою свои секреты.

Они улыбнулись и с любезностями было покончено.

— Могу я закурить?

— Только если угостите и меня.

Я с благодарностью приняла сигарету у Мартина, медленно собираясь в это утро воедино. Волнения от их присутствия не было, не самая плохая компания для чаепития. Сигаретный дым поплыл по комнате.

— Итак, как нам известно, вы довольно успешно окончили курс подготовки и даже «Школу благородных девиц», а также о вашей последней операции во Франции. — На этом Ллойд прокашлялся.

Поверьте, они говорят совсем не о той школе, о которой вы подумали. О, это место было куда более волнительным и интересным, чем уроки по правильной осанке и звучному смеху. Из нас не стремились сделать леди и джентльменов, однако, и это им удалось, помимо того, что каждый стал первоклассным двойным агентом, ассом в области самообороны и стрельбы, выдающимся мастером перевоплощений и блестящим маэстро по взламыванию замков.

Я растянулась в улыбке, слушая сквозящую похвалу:

— Верно. Все так и было.

— Так вот, вас ждет диверсионная миссия в Норвегии. Разумеется, будет собрана команда, пока у нас только предварительные списки, но хотелось бы иметь свои глаза и уши, понимаете?

Я кивнула, здесь и нечего объяснять, всем и везде хочется иметь любые части тела «своих».

— По нашим данным, у немцев есть шансы добраться до ядерного оружия раньше всех, это нельзя допустить. На носу оккупация Норвегии, а там и заводы по производству тяжелой воды.

— Я слышала, их больше не осталось.

— Во Франции – да, — поправил меня Мартин, — там действительно немцам ничего не светит.

Я медленно покачала головой, выпуская дым наружу, осмысливая их слова.

— Операция пройдет в строжайшей секретности, предварительно через неделю все будет готово к ее старту. А вы готовы, Эдит?

Две пары глаз вопросительно уставились на меня так, словно на месяц у меня могли быть планы.

— Всегда.

Я уже ощутила привкус горячей авантюры, нельзя же предать земле все свои знания, пора бы и на арену, в клетку к тиграм, с обрыва в бездну. Однако, знамение солнечной погоды теперь полностью оправдало себя, когда я закрывала за гостями дверь, то почти жмурилась от лучей.

Ллойд дал мне список указаний, назначил дату, в которую я должна явится в штаб и пожелал хорошего дня, а Мартин оставил на столике пачку сигарет. Конечно, не случайно. Такие люди вообще случайно ничего не делают. Я вылила ужасно гадкий кофе в раковину, день наконец начался, а двое мужчин в черных пальто исчезли, как тени.

В коридоре штаба было душно, пахло сигаретным дымом и накаленными нервами, казалось, любой проходивший мимо лишь дополнял тревожную симфонию своим глухим и быстрым шарканьем по деревянному полу, не поднимая глаз от паркета. Я повела плечами, задаваясь вопросом что творится за этой дверью: увольняют или четвертую, хорошо бы, если это дается на выбор.

— Итак, Честер, ваши ряды пополнит наш агент. — За дверью началось оживленное движение.

Я поправила жутко неудобную юбку, кто только придумал обтягивать ноги до колен в тугой «карандаш». Дверь скрипнула и отворилась изнутри, открывая вид на комнату, окутанную полутьмой. Дым красиво струился в воздухе, вырисовывая причудливые картинки на фоне темных обоев и плотно закрытых окон.

— Эдит, добрый день! Знакомься, это Честер Хилл. — Мартин кивнул на мужчину, стоявшего в другом конце комнаты, — возможно, не самый первоклассный джентльмен, но знаток своего дела.

— Здравствуйте, мисс Уилкинс, — он улыбнулся, поправляя и без того закрученные усы. — Наслышан.

Я учтиво кивнула, — Хорошее пальто у вас, кажется, припоминаю его на ком-то другом.

Он стоял в том самом черном пальто, в котором неделю назад ко мне заявились нежданные гости. Имя Честера произносили шепотом, как будто боялись, что он услышит и окажется где-то поблизости. Неоднозначная фигура, полный безрассудства воин и стратег, он нагонял шороху своими подвигами и неудачами. Конечно, каждый порядочный человек выказал некое пренебрежение, но только не я. Меня восхищало его безумие, в той степени, в которой оно вообще может.