Голубая кровь

Глава 8

Я билась в агонии несколько ночей, а днём спала. Иногда к вечеру, когда не было сил ни спать, ни кричать от боли, просыпалась на какое-то время, чтобы одним глазом посмотреть на окружающий мир. Тело не слушалось, состояние позволяло только приоткрыть тяжёлые веки.
Медея всё время находилась рядом. Я чувствовала её не только физически, она часто посещала моё сознание, и порой я ощущала её нестабильную энергию.
Сегодня мне снова удалось открыть глаза, туманный взгляд стал проясняться, щека ощутила шершавый язык фамильяра. Попытка пошевелить губами не увенчалась успехом, я не смогла произнести и звука. Обоняние, что всё это время подводило, сейчас уловило терпкий запах крови.
Проснулся голод.
Медея, которая пыталась привести меня в чувство, тут же почуяла неладное, прочитав мои мысли. Я смогла пошевелить пальцами, сжав простыню. Глаза же отыскали силуэт Эйтана. Он глядел на меня ошарашенными глазами, а после вскочил со стула, чтобы ринуться за лекарем, но Медея его остановила, вцепившись в штаны.
– Чëртова лисица, – выругался парень. – Что на этот раз?
Кицунэ запищала, прыгая на месте, а потом раванула в сторону двери, боевик за ней. Дышать стало значительно проще, я расслабилась, намереваясь снова провалиться в царство Морфея, но крики не допустили этого.
– Выметайся из палаты! – взревел Маркус, когда Эйдан попытался войти за ним.
Почему они позвали именно его?..
– Дрянная девка, вот кто велел идти в этот чëртов лес? Неужели твоя вампирская чуйка не нашла подвоха? – шипел мужчина себе под нос.
Я остро ощущала даже его кровь. Уверена, если бы была возможность шевелиться, испила бы, как только его ботинки коснулись пола комнаты. Но слабость, ноющая нога и сильный жар всё ещё не позволяли двигаться так, как хотелось бы.
На живот запрыгнула Медея и со слезами на больших глазах вцепилась когтями в одеяло. Я хотела ей улыбнуться, но не вышло. Маркус тем временем нашёл скальпель, которым без колебаний прошëлся по ладони.
В нос ударила горечь старой крови, но изголодавшийся и измученный заражением организм мог принять любую, лишь бы найти силы восстановить мутирующее тело. Капли крови медленно капали на мои губы, зеницы зацепились за глаза Лемана. В них горела злоба и неприязнь, пока он смотрел на мой приоткрытый рот. Пальцы снова сжали простыни, я отвела взгляд на рану на его руке.
С каждой каплей во рту мне становилось лучше, но вкус становился всё более неприятным. Я пила уже через силу, поскольку телу было мало, и плевать хотела на отвратительный вкус. Жизнь была важнее каких-то предпочтений.
Маркус сам решил, что достаточно и убрал ладонь. Наспех обмотав её каким-то бинтом, тут же скрылся за дверью. Медея слизала с шеи и лица ту кровь, что капнула мимо и поморщилась, явно недовольная вкусом. Я осталась солидарна с ней.
Дверь снова открылась, но вошёл даже не Эйтан, а кронпринц. Не ожидала его увидеть, несмотря на то, что мы поладили. Он встал надо мной, глядя на меня с сожалением. Его холодная ладонь коснулась моего запястья, и я вздрогнула. Он тут же убрал руку.
– Прости, – шепнул, виновато улыбаясь.
Я попыталась вернуть её на место, но ещё не успела восстановиться, поэтому попросила Медею что-нибудь сделать. Она тут же запищала на парня и потянулась мордочкой к нему, взглядом указывая на его ладонь.
– Ох, всё же вернуть? – спросил, глядя на мою ладошку, которую мне удалось повернуть внутренней стороной вверх.
Боевик подвинул ко мне стул, на который плюхнулся, и вложил мою ладонь в свою. Я уставилась в потолок, проглотив скопившуюся слюну и наслаждаясь прохладой, которая расползалась по всему телу. По коже пошла мелкая дрожь, я глубоко вздохнула.
– Ты буквально горишь, – со страхом шептал парень, привлекая моё внимание. – Я положу полотенце.
Гейб вскочил с места и умчался куда-то, а пришёл уже с небольшим тазиком, из которого достал сложенное полотенце и выжал лишнюю воду. Холодная ткань касалась моего лица, вытирая солёный пот. Парень аккуратно протëр и мокрую шею, убрав мои тëмные волосы. Грубая кожа щекотала щёки, когда он аккуратно поворачивал голову так, чтобы тщательно меня протереть. Он снова смочил полотенце и оглядел меня, взгляд упал на пересохшие губы. Гейб нежно коснулся их сначала пальцем, а после и тряпочкой.
Момент казался интимным. Если бы не температура, парень бы обязательно заметил смущение на моих щеках. Я приоткрыла губы и наконец тихо прошептала то, что меня действительно волновало:
– Где Эйтан?
Если бы не загробная тишина в кабинете, меня бы не услышали, настолько тихим оказался мой хриплый, севший от ночных криков в огне, голос. Кронпринц замешкался, замер на пару секунд, а после снова обмакнул полотенце в воде и положил на мой лоб.
– Я позову, если хочешь, - предложил, чуть улыбнувшись.
Я едва заметно кивнула, Медея запищала, как бы давая ответ за меня.
– Что ж, тогда быстрее иди на поправку.
Он скрылся за дверью, а я вдруг почувствовала облегчение, тело, что, оказывается, было напряжено, стало невесомым. Удалось почувствовать себя лучше, кажется, сказывалась выпитая кровь.
Эйтан появился значительно позже, чем ожидала. Я даже успела ненадолго задремать, но его тяжëлые ботинки громко стучали по плитке и разбудили меня. Он уселся туда же, где и сидел, когда я очнулась. Выглядел парень явно чем-то раздосадованный.
– Рад, что ты выкарабкалась, – сказал он, убирая прядь волос с моего лица. Сегодня все будут такими добрыми? – Честно, думал, уже не очнëшься. Даже успел обрадовался, что больше не будешь запрещать прокрадываться в комнаты девушек.
Я тихо засмеялась, не скрывая улыбки, и попыталась сесть. Парень быстро поднялся и начал укладывать меня обратно, но я коснулась его руки и попросила не мешать. Он сжал губы и помог мне удобнее сесть, даже подушку поправил и уложил под спину. Я сжала его крупную ладонь и улыбнулась.
– Спасибо, – севшим голосом поблагодарила я, глядя ему в глаза.
– Не я один тебя искал, поблагодаришь потом и остальных.
Он ушёл только к ночи, когда я уже была не в силах слушать его рассказы о том, что происходило в Академии пока я отсутсвовала. Меня стало клонить в сон и парень сразу же умолк и уложил меня спать.
Утром следующего дня я смогла встать и тут же воспользовалась этим. Отыскав душ в соседней комнате, тут же сняла грязную одежду и залезла под воду. Первое время я задумчиво смотрела в стену перед собой, стараясь не думать о том, как выглядит укус скелета, но любопытство заставило меня опустить взгляд.
Я закричала, но тут же закрыла рот ладонями. В комнату ворвались в ту же секунду, но у меня даже не было мысли прикрыться, всё внимание осталось на ноге. Как и взгляд Эйтана, который, видимо, пришёл меня проведать.
– Посмотри на меня, – приказал он, подойдя ко мне и пытаясь оторвать мои ладонь от лица. – Ты меня слышишь? Посмотри мне в глаза.
Его голос звучал властно и беспристрастно, отрезвлял холодом, а когда я посмотрела на его зеницы, увидела решимость и трезвость мыслей. Он крепко сжимал мои запястья, пытаясь привести меня в чувства, а я остолбенела, прикусив губу.
– Это нормально, слышишь? Заражение больше не распространится. Ты мне веришь?
Я сомневалась, в панике смотрела то в его глаза, то на губы, которыми Эйтан пытался успокоить. Он уже насквозь промок под душем.
– Смотри, уже не болит, – уверенно сказал Эйтан, отпуская мою руку и медленно касаясь места укуса.
Сначала пальцы легли на бедро совсем деликатно, я еле ощутила бархат его мозолистой кожи, но после он чуть его сжал. Я пискнула, совсем не от боли, только от неожиданности. Боевик в миг убрал руку.
– Прости, – шепнул он уже не так уверенно и быстро вышел из комнаты.
Я повернулась обратно под струю воды и, не менее ошеломлëнная, продолжила мыться. Когда вышла, парня всё ещё не было. Я уселась обратно в койку, где Медея меня сразу приласкала, начав тереться о меня мордочкой.
– Я скучала, – раздался мой тихий голос.
– «Я могла думать только о плохом, - призналась кицунэ. - Но безмерно рада, что ты вернулась живая».
– А я как рада...
Глаза снова вернулись к бедру, которое я аккуратно оголила, разглядывая зажившую рану более подробно. Нога выглядела крайне плохо, буквально изуродованно. Я сжала губы и провела пальцем по шраму-укусу, вокруг которого было чëрно-фиолетовое пятно, которое вряд ли когда-то пройдёт. Хотелось вцепиться в кожу когтями и вырвать участок кожи, разве это составило бы труда? Совсем нет. Но я отбросила эту идею так же быстро, как она пришла мне в голову - за секунду, несмотря на то, что пальцы всё же дрогнули в сторону бедра.
Я удручëнно вздохнула и накрылась одеялом, чтобы согреть замëрзшие конечности. Одну секунду... Заëрзав в кровати, повернулась к Медее и уткнулась носом в её горячее пузико, явно ощущая свой холодный нос. И застыла. Замерла, будто в ожидании чего-то страшного, от чего останавливалось дыхание в предвкушении испуга. Отбросив одеяло, вскочила и оглядела все окна, но они оказались закрытыми. Кицунэ заметно занервничала, её мысли стали приноситься в моей голове, совсем как ураган сносили мой разум с ног. Что её так напугало?
Встряхнув головой для ясности ума, окликнула её, но она не отозвалась, только запрыгала на кровати, ворочаясь на все 180 градусов, будто не могла за кем-то поспеть. Я попыталась коснуться её мягкой шерсти, но только поранилась, а восстановление шло довольно медленно, у меня всё ещё было мало сил, кажется, даже маны стало меньше.
Признаться, ощущала я её впервые, когда её количество изменилось и мне удалось наглядно прочувствовать свои запасы. Там действительно была чуть ли не чёрная дыра. Когда Медея будет чувствовать себя чуточку... лучше, если это можно так назвать, то я обязательно спрошу у неё всё, что меня заинтересовало.
Оглядев комнату, думала отыскать что-нибудь, что могло бы помочь успокоить фамильяра, но глаза наткнулись только на тазик с водой. Конечно, я могла бы опрокинуть его на неё, но мне показалось, что это только сильнее её напугает, а это было действительно не тем, чего я хотела добиться.
Дверь в палату открылась, и Медея притихла, испуганно заскулила и прижала к себе ушки и хвост. Я, не обращая внимания на ударивший в нос пряный запах, поспешила взять зверушку на руки, чтобы успокоить. Шепча ей слова, чесала шëрстку и надеялась, что это поскорее закончится со всеми нами. Мне искренне хотелось, чтобы всё было в порядке. Не только с нами двумя, но и со всей империей. Тут всё зависело только от нас.
Я почувствовала тяжëлые руки на своих плечах и обернулась на уже сухого Эйдана, смотрящего на меня так внимательно, что по коже заходили мурашки. Как бы мне не хотелось возненавидеть его за то, что ворвался в мою душевую, это никак не выходило сделать даже специально. Я трезво оценивала эту ситуации лишь как помощь и даже не думала как-то стыдить Эйдана за неправильный поступок. Я не считала его неправильным. Возможно, если бы он не прибежал на мой вигз, Я бы действительно выбрала себе половину бедра, лишь бы не видеть эту изуродованную плоть, когда-то бывшую безупречной, настоящего вампира. Сейчас я верила в это чуть меньше, даже царапина на моей руке подтверждала это. Получится ли восстановить прежнюю силу с такими повреждениями? Вопрос оказался занятным.
– Не знаю даже, что на неё нашло. Она вдруг перестала меня слушать и совсем перепугалась, – прошептала я. Говорить громче всё ещё не позволяли болевшие связки.
– В последнее время такое случается довольно часто... – пессимистично заметил Эйдан, гладя уже чуть более спокойную Медею. – Кто-то из учеников решил устроить взбучку в медицинском крыле, это продолжается уже некоторое время.
– Почему ты раньше об этом не рассказал? – Я нахмурилась, Эйдан в ответ.
– Делайла, ты только второй день на ногах. Предполагаю, что ты обязательно захочешь с этим разобраться, если учитывать, что вы с Гейбом решили поиграть в детективов. Хотите всех спасти? Решили стать героями?
– Он всё тебе рассказал?
– Смотря что ты подразумеваешь под всем, – отмахнулся он. – Это растяжимое понятие и не всегда значит, что мы говорим об одном и том же.
– Что он тебе рассказал? – спросила я, теряя терпение. Мне не хотелось разгадывать на одну загадку больше.
– На самом деле ничего, - улыбнулся Эйтан. – Я просто заглянул туда, где вы были, когда мы поехали в столицу. Старикан даже бровью не повёл, когда я спросил у него про вас.
Я недовольно чертыхнулась, посмешив этим парня. Этот старикашка мне сразу не понравился, и кровь у него пахнет совсем отстойно, совсем не похоже на достойную старость. Даже Маркус пахнет приятнее. Я посмотрела на парня перед собой и повела носом, что не скрылось от его зорких глаз лучшего боевика академии. Поэтому он только что легонько ударил подушечкой пальца по моему носу? Если честно, это ненадолго выбило меня из колеи, я постояла несколько секунд в ступоре пока снова не подвигала кончиком носа, чтобы удостовериться, что мне это не приснилось. Эйтан же выглядел довольным своим поступком, будто совершил какое-то геройство.
– Я... Я ещë хотела спросить тебя насчёт Леса... – запнулась я и отвела взгляд, надеясь, что он не видит моего румянца.
– Не хочешь для начала перекусить? – Он взглянул на зачарованные часы на стене. – Для завтрака поздновато, но для обеда в самый раз.
Я кивнула, решив, что однажды можно и пойти против собственных правил. Ну съем что-то из столовой, ну устрою свидание с унитазом... Разве это так страшно, особенно если в награду получишь ответы на некоторые вопросы? Мне почему-то показалось, что нет, но это только сейчас, когда я ещё не знаю, что обнимать белого друга я буду чуть больше, чем планировала.
Эйтан оповестил, что сменная, более презентабельная одежда лежит в тумбочке у кровати и любезно вышел, чтобы я могла переодеться во что-то приличное для столовой. Что-то говорило, что на меня будет смотреть вся Академия и это мало меня веселило.
Медею было решено оставить в палате на восстановление крепким сном без всяких мешающих своей болтовнëй людей. Я всё ещё чувствовала слабость и еле как передвигалась, особенно на такие большие расстояния, которые приходилось преодолевать в этой огромной Академии, хотя внешне она казалась чуть меньше. Один путь из медицинского корпуса до большого зала, где всех любезно встречала стража, мы шли минут двадцать только из-за моего состояния. Эйьан терпеливо шёл со мной нога в ногу, чтобы я не отставала и могла идти в своём темпе, который я только могла себе позволить с анемией.
– Как-то тихо... – буркнула я.
Эйдан только с усмешкой заметил:
– Пары идут.
– И почему ты не на них? – тут же возмутилась я.
– Меня приставили следить за твоим состоянием, как того, кто тебя нашёл. Да и ладим, по их мнению, мы неплохо. Мне разрешили навещать тебя в любое время, для остальных доступ к тебе закрыт. Кроме Гейба, разве что. Ему уже я разрешил
– Поэтому ты воспользовался этим, чтобы прогуливать лекции? – Я закипала. Вот хитрый лис!
Он только рассмеялся. Громко так, со всей детской невинностью, которая в нём имелась. Я даже остановила размеренный шаг, но слишком поспешно, поэтому чуть не рухнула на пол, потому что закружилась голова. Эйтан вовремя – почти сразу же – обхватил мой живот и аккуратно установил на ногах, чтобы снова не упала, а после положил руки мне не плечи и нагнулся вперёд, поближе поглядеть в моё лицо.
– Может, тебя понести? Выглядишь усталой.
Я не отстранилась, как хотела сделать в случае с Гэбриэлем, но и дурачить себя не давала, смотрела на него со всей трезвостью мыслей, которые могла себе позволить. Мой уставший мозг желал поскорее провалиться в сон, но совсем не хотел спросить об этом остальную часть меня. Мы ещё даже не дошли до столовой!
– Я в порядке. – Я стряхнула с себя его ладони. – Идëм скорее, если не хочешь, чтобы я действительно свалилась с ног.
Он лишь тихо посмеялся, следуя за мной.
В столовой было пусто, но это оказалось нам только на руку. Мы смогли спокойно взять еды и сесть туда, куда хотели, а не туда, куда оставалось. Я взяла себе совсем немного еды, чтобы не давиться, только и этого оказалось много, в итоге на подносе осталось больше половины. Но Эйтан всё равно это доел, будто ему не хватило той горы, которую он оперативно закинул в свой бездонный рот. Это показалось мне даже милым.
– Почему тебя взяли в Лес с учителями? Ты же всего лишь адепт.
– Ох, ты хотела сказать, что я всего лишь самый лучший адепт этой Академии? – поправил меня он.
– Не вижу разницы, – отмахнулась я.
– Ректор Веллер подумал, что раз уж мы неплохо ладим, – он повторил это уже дважды, будто это означало что-то большее, – то я мог бы здорово помочь. Вряд ли первогодка с заражëнным сознанием смогла бы довериться кому-то из преподавателей, которые могли её найти. Маркуса, наверное, тоже в счёт можно не брать?.. – задумчиво заметил он, ложкой вырисовывая в воздухе круги.
– Но меня мог найти не ты, разве в этом есть хоть крупица смысла – так подвергать адепта опасности?
– Вообще-то... Совсем нет, это так. Но на войне всё средства хороши. Да и в такие леса я частенько захаживал, конечно, не без преподавателей. У меня всегда дух захватывает от таких мест.
– А тебя часто роняли в детстве? – недоверчиво спросила я. – Ни за что больше не сунусь туда одна, а тебе лишь бы нервишки пощекотать?
– Так точно, – он подмигнул, а я только вздохнула.
– И как вы там не потерялись? – перевела тему я, не желая узнавать и о других его мазохистских наклонностях.
– Простая магическая нить. Этому заклинанию учат всех первогодок как раз для таких случаев.
Я закивала в просветлении, осознавая, как могла бы помочь мне хотя бы простейшая магия. Какой толк от несбыточного резрва маны, если самой магии во мне нет? Нет, ну, теоретически, она есть, но уж больно крепко спит, раз её не разбудило даже такое катастрофическое заражение в моём теле. Только маны меньше стало, но даже это было не так критично. Парочку ночек погоняюсь за зайцами и в скором времени восстановлю резерв.
В столовую тем временем стали вваливаться толпами адепты. Я даже вздогнула, когда открылась дверь, тут же обернулась и с горечью приняла, что мой слух нехило притупился. Сейчас я словно человек, и это мне не нравилось, совсем.
– Пора бы отсюда валить. Ты доела? – спросил тот, кто сам за мной доедал.
Я кивнула и хотела уже встать, взяв свой поднос, но чьи-то сильные руки усадили меня обратно. Я с испугом обернулась. Кажется, это третьекурсники, учащиеся вместе с Эйтаном. А также та дамочка, которая когда-то на меня тут напала с вопросами о моём спасителе.
– Уже выздоровела? – спросила она.
Девушка смотрела на меня так, будто я убила её собаку, которую она лелеяла всё детство, а потом застукала меня с ножом в руках перед её истерзанным телом. Я встрепенулась, представив это так реально, как только могла. Мне даже стало её жаль. Собаку, конечно, не бестию с тëмными волосами, которая стояла тут и делала самый важный вид из всех тех, что имела.
– Мы уже уходим. – Скидываю с плеч руки парня и поспешно встаю. Голова снова кружится. – Ой.
Я чуть ли не падаю обратно на стул, но хватаюсь за его спинку, снова ощущая на себе руки Эйтана. Он смотрит на своих друзей с некой долью отвращения, а затем быстро старается увести меня из столовой, совсем забыв о подносах. Мои ноги и до этого еле способные на какие-то передвижения, сейчас были ватными, поэтому я еле поспевала за широкими шагами парня. Вот-вот и он вспорхнëт, как птица, и улетит прочь от шума и толпы столовой. Жаль, я так не могла, даже мало себе представляла. Да и какой бы птицой я могла обратиться? Самой жалкой, если говорить о том, какой бы птицей я могла ощущать себя сейчас.
– Эйтан, я не успеваю за тобой. Чуть-чуть помедленнее, у меня болит нога.
Это была ложь. Конечно, ложь во благо. И совсем не важно, что только в моё, сейчас, как мне кажется, я могла себе позволить немного приврать. К тому же мне сразу поверили (вспомнить хотя бы случай в душе, Эйтан до сих пор думает, что мне правда было больно). И только сейчас, когда напряжение в воздухе спало, я заметила, что моя ладошка аккуратно лежала в ладони Эйтана, хоть и была крепко сжата.
– Сильно? – Он повернулся ко мне, перестав бежать по коридору словно от пожара.
Я покачала головой и крепче сжала его мозолистые от меча пальцы. Он, не долго думая, поднял меня, перекинув мою руку на его широкие плечи, когда другая рука, по какой-то неизвестной мне ранее привычке, замкнула круг на его шее.
–Вышло не особо... приятно, наверное?
– Твоя подружка мне и в прошлый раз не особо понравилась. Или это я ей не симпатизирую, – усмехнулась я, глядя только вперёд и стараясь не обращать внимания на внимательные взгляды адептов и не только.
– Она не моя подружка, – скривился он. – Я провёл в её постели всего пару ночей, а она уже думает, что мы идеально друг другу подходим.
Я прикусила губу. Этого мне знать не хотелось, вот ни капли. Видимо, это оказалось заметно по моему лицу, потому что Эйтан тут же принялся извиняться за такие подробности своей личной жизни. Интересно, сколько женских постелей в Академии побывали родео для этого боевика? Здравый смысл тут же сместил моë любопытство, и я поспешила ответить:
– Не переживай, эта информация только поможет моей совести быть целой, если мы с тобой немного повздорим, а с чего-то решу, что ты был не таким уж и плохим другом.
– Значит ли это, что я не такой уж плохой друг? – вдруг спросил он, совсем не обидившись на мой язвительный тон.
– Вполне.