Голубая кровь

Глава 16

С того дня прошло несколько месяцев. На носу были экзамены и бал, к которому во дворце уже во всю готовились, если верить словам Гэбриэля. Я же тратила всё время на подготовку к теоретической части экзаменов, а также к алхимии, с чем мне здорово помогала Калиста. Выучить латынь оказалось простым занятием, по словам Эйтана я даже зашла чуть дальше, чем следовало, ведь тест по этой части будет совсем лёгким. С оккультной частью оказалось слегла сложнее. Если всё остальное требовало лишь заучивания, то здесь мне приходилось не только запоминать значения рун и плетений, а ещё и правильно применять их в бою. Поскольку я привыкла со всем справляться с помощью грубой силы и практикой владения оружия, мне было сложно.
– Дэл, сколько можно повторять: хватит создавать оружие! – в который раз кричал Эйтан, когда я достала клинок и превратила его в лук.
– Да не могу я! – орала я в ответ, выпуская стрелы одну за одной, от которых третьекурсник отлично уворачивался, используя плетения.
Мне до него ещё далеко.
– Достаточно! – послышался голос Гейба, и мы замерли.
Хоть Эйтан и был хорош в рунах и плетениях, это сильно выматывало его тело, особенно когда в него не прекращают лететь стрелы. Поэтому, когда я остановила поток, он бессильно упал на колени и тяжело дышал.
– Да тебя прихлопнут на экзамене, если ты хотя бы чему-то не научишься! – рявкнул парень, вставая с земли.
Гейб протянул ему воду и мягкое полотенце, а я спрятав клинок в ножны на бедре, скрестила руки на груди, дожидаясь когда парень уймëт жажду и подойдёт ко мне.
– Тебе прекрасно известно, что я не дам себя в обиду, – буркула я, когда Эйтан приблизился ко мне вплотную.
– Знаю, Оленëнок, но если ты не покажешь на что способна, то и на промежуточных в Лесу Мëртвых не появишься, – в сотый раз повторил он перед тем, как заключить меня в объятиях и поцеловать.
Гейб, сидящий с Медеей, молча наблюдал за нежностями, поскольку за несколько месяцев успел к этому привыкнуть, хотя раньше всегда кривился или вовсе отворачивался, чтобы ничего не видеть. Но на этот раз в покое он нас не оставил.
– Отлипните друг от друга уже наконец и давайте продолжим тренировку. Дэл, прими позицию и отдай клинок Эйтану, я не желаю получить пару стрел.
Мне пришлось послушаться и сосредоточиться, наблюдая за тем, как он сплетает сразу три руны одновременно. Я не могла ждать, когда начнётся атака, поэтому решила побыстрее тоже начать. Нарыв в воспоминаниях две первые попавшиеся руны, начала плетение с помощью рук, когда Гейб делал всё в уме. Новичкам проще следить за пальцами, если рисуешь магические руны, а вот более опытным магам и боевикам стоило лишь представить. Мне же, как магу Крови, было куда практичнее следить за потоками через кончики пальцев.
Сплетя между собой руны Фэху и Хагалаз, ожидала следующего шага кронпринца, который тоже закончил с плетением и уже шёл ко мне с льдом в ладонях. Я была готова в любую секунду приказать его телу остановиться, но покорно ждала, когда он окажется ближе. И вот Гейб попал в радиус действия рун, которые сплетались в печати защитного кокона и пространственной атаке, из-за чего, как только он коснулся зоны щита, его пронзила боль как от моей магии, только руна Хагалаз также забирала часть маны из резерва, что помогало быстрее вывести противника из равновесия и закончить бой.
– С него хватит, Дэл, – засмеялся Эйтан, когда Гэбриэль уже не мог стоять.
Я разрушила плетение, и парень смог выдохнуть. Третьекурсник помог ему встать и любезно, хоть и не без ехидной ухмылочки, передал ему воды. Я поймала бежащую на меня Медею и заботливо почесала её за ушком, направляясь к бревну, на котором сидели друзья.
Тренировались мы, конечно, далековато от Академии, поскольку мне нельзя распространяться о своей магии. Несмотря на то, что я так безрассудно открылась перед некромантом, который уже давно покинул Академию, ведь большая часть Леса была очищена, мой секрет был всё ещё более-менее секретом. По крайней мере меня до сих пор не вызвали на кроваво-алую дорожку отчитываться об опасной магии. Это радовало так же сильно, как и настораживало, ведь мне так и не удалось узнать, что на уме у Виллоу, с которым после того для в столице мы больше не разговаривали, хоть и пересекались ещё до его отъезда обратно во дворец.
– Дэл, – позвал Эйтан, притягивая меня к себе на колени. – О чём задумалась?
Близкие друзья стали сокращать моё имя, поскольку Делайла было немного длинным, а Лайла вызывало бы много вопросов. Нам пришлось найти золотую середину, которая меня устраивала, хоть Гейб до последнего твердил, что имя принцессы всё равно подходило мне куда больше, поэтому мы иногда всё же слышали моё настоящее имя, хоть и только между нами.
– Не хочу провалиться, – призналась я, обхватывая его шею руками. – Ректор мне помочь не сможет, поэтому придётся постараться.
– Ты и так достаточно стараешься для того, кто только стал магом, – со всей серьëзностью сказал Гейб, заставив нас с Эйтаном улыбнуться.
– Спасибо, Ваше Высочество, – я вскочила, чтобы присесть в глубоком реверансе, за что получила оплеуху и уселась обратно на колени боевика.
– Придержи это до бала, – рыкнул принц, допивая оставшуюся воду во фляге.
– Чур первый танец за мной, – сказал Эйтан, поднявшись со мной на руках, чтобы закружиться.
– Это мы ещё посмотрим, – хмыкнул Гейб, вставая с бревна и направляясь к нашим лошадям.
Я слезла с парня, и мы пошли за ним, не забыв забрать то, что взяли с собой. Пока мы скакали обратно к Академии, я задумалась о том, какой на самом деле наш молодой кронпринц Гэбриэль. С самого начала он показался мне лишь запуганным парнем, что боится ответственности и скорого будущего, но сейчас, спустя несколько месяцев, он открылся мне немного с другой стороны. Страх, который он показывал мне изначально, был будто игрой перед публикой, чтобы показать, что нынешний принц ни на что не годен. Сейчас же я с уважением назвала бы его достойным трона, ведь в нём есть всё, что нужно правителю. Власть чувствовалась не только на словах принца, но и в его действиях, в его голосе. Меня учили стали и хладнокровию, этому он научился сам. И это действительно говорило об уважении к нему, как к будущему правителю.
– Завтра первый экзамен, я же не одна волнуюсь? – залепетала я, сжимая поводья.
– Ещё сотня первокурсников, как минимум, тоже, – усмехнулся Эйтан, и я на секунду зажала мышцы в его бедре, от чего он тихо зашипел.
– Я тебе говорил, что с ней шутки плохи, – засмеялся принц, когда я с гордо поднятой головой ускакала вперёд.
– Было трудно не догадаться об этом, – закряхтел мой ненаглядный. – Особенно когда она постоянно об этом напоминает.
Медея, довольная мной, грациозно фыркнула и поудобнее уселась на моём плече. До Академии мы доехали под оживлëнную беседу парней и их смех, что заставляло меня улыбаться.
У конюшни нас встретили Калиста и Матт, ещё не её молодой человек, но уже близкий друг. Их общение делало меня чуточку счастливее, поскольку за ней теперь приглядывают, чтобы она больше не поступала слишком безрассудно.
Я крепко обняла подругу и убрала непослушные пряди с её лица, чтобы разглядеть светящиеся добром изумрудные глаза. Она, хоть и не показывала этого, конечно, обижалась на меня некоторое время из-за того, что я тогда сделала с Эйтаном, но мы поговорили и решили забыть об этом.
– Есть прогресс? – поинтересовалась Лис.
– Малышка Дэл делает успехи, – сообщил Эйтан, забирая меня из рук подруги, чтобы по-собственнически обнять мою талию и прижать крепко к себе. – Сегодня даже смогла повалить нахального принца с помощью плетения, хотя руны были весьма скучными.
– Сплети бы ты то же самое на первом году обучения, так ещё и с только проснувшейся магией, я б и не почувствовал. Всё дело в магии Дэл, она восполняет пробелы практической составляющей и усиливает плетения.
– Значит ли это, что мне можно не париться с плетениями и использовать только руны? – я посмотрела на него с мольбой и надеждой в глазах, но он помотал головой.
– На экзамене будут засчитывать только плетения, отдельно от них не будет никакого проку, даже если ты победишь, – Гейб пожал плечами и ушёл в глубину конюшни, чтобы увести лошадь на место.
Эйтан и Матт забрали остальных лошадей, а я, подхватив Лис под руку, потащила её прочь от мужской составляющей, чтобы немного посекретничать, если это можно так назвать.
– Я провалюсь, Лис. Обещай, что не разочаруешься во мне, – я положила руку на сердце и сделала самое жалкое лицо, на которое была способна, поэтому получила подзатыльник. – Можно и нежнее.
– Не провалишься, хватит наводить тоску. Мне вот только теоретическую часть сдавать, я тоже в себе уверена не на все сто процентов, но не настолько же отчаялась.
– От этого зависит вся моя жизнь, Калиста! – продолжала я нудеть, разводя руками. – Я хочу в поход, это опыт, который мне необходим.
– Ага, вместе с магистром Леманом, которого ты на дух не переносишь, а также деканом Джозефом, который на дух не переносит уже тебя, – она ткнула меня в грудь, чуть толкнув назад, но я не сдвинулась ни на дюйм.
Надув губы, взяла её ладонь в свою и пошла дальше ко входу в Академию. На входе меня тут же поймала какая-то адептка и передала, что меня ищет ректор. Я недовольно цыкнула и решила на некоторое время проигнорировать его просьбу, дожидаясь парней из конюшни. Пока мы стояли около дверей, в большом пролëте парадной лестницы показалась группа третьекурсников, среди которых была девушка, которая бесила меня даже больше Лемана.
Мы с Эйтаном не особо распространялись о наших отношениях, а точнее старались их скрывать, поскольку это привело бы к ненужным сплетням, а ещё к вниманию мегер Эйтана, то есть его бывших ночных спутниц. К его счастью, с ними я парня больше не видела, даже не чувствовала их противных духов на нём, но их взгляды меня не на шутку бесили, поскольку боевика я держала рядом с собой всеми конечностями и могла бы даже клыками. На удивление не только меня, но и Гейба, парень даже не был против, и всё его внимание на персонах женского пола заканчивалось на мне, несмотря на то, что дальше поцелуев мы так и не зашли.
Сначала принц говорил, что Эйтан долго возиться со мной не будет, поэтому, как только ему наскучит меня соблазнять, он развернëтся и уйдёт, но какого было его удивление, когда я сообщила ему, что брюнет большего пока и не просил.
Чего нельзя было сказать обо мне.
Я всё же встретилась со взглядом той самой дамочки, которая всегда попадалась мне в столовой Академии. Как, например, в тот день, когда меня признала Медея или когда мы с Эйтаном пришли перекусить во время моего постельного режима. Я поймала её довольную ухмылку и свела брови на переносице, потому что эта улыбочка не предвещала ничего хорошего, особенно в сочетании с всегда злобной магиней. Она скрылась в коридоре вместе со своими друзьями, и я наконец оторвалась от этой группы, поняв, что Калиста мне о чём-то увлечëнно рассказывает.
– А ещё я слышала, что в этом полугодии теоретическую часть немного усложнят, кажется, латынь. Но факультету алхимиков повезло, мы все хорошо знаем этот язык, поскольку большая часть рецептов всегда на латыни. О, а я тебе рассказывала, что мои родители владеют латынью на уровне родного?
Ох, Калиста, святая простота...
– Кажется, что-то такое было, – улыбнулась я и почувствовала присутствие Эйтана за дверьми, куда обернулась.
Парни вошли в Академию и выглядели довольно счастливыми, но я не могла не почувствовать их усталость, не считая Матта, на чью долю пришлось не так много дел. Если не считать подготовки к экзаменам, нам троим (мне, Эйтану и Гейбу) до сих пор приходилось возиться с бумажной волокитой и искать людей, что помогли бы нам из обычных несостыковок в документах сделать серьёзное заявление для императора. Я до сих пор порой находила бумаги, где были ошибки, и каждый раз принц говорил мне, что это здорово нам поможет, на что я только вздыхала и продолжала дальше их искать. Эйтан, хоть и не был вынужден рыться в горах бумажек, тоже без дела не сидел и помогал нам со списком посредников, а также с их убеждением. Как я в итоге узнала, боевик является не последним лицом в высшей знати. Его семья оказалась на вершине аристократической иерархии, если не считать императорскую семью, поэтому союзника мы нашли неплохого.
Я же часто прибегала к весьма незаконным методам привлечения внимания людей на нашу сторону, из-за чего чуть пару раз не попалась на использовании магии Крови, поэтому парни пришли к выводу, что лучше переговорами будут заниматься они. Мне оставалось только согласиться и принять их решение. Я осталась в стороне и вела свой отчëт о том, что мы смогли получить, а что упустили, потому что не всё в этом мире, так или иначе, нам подвластно, поэтому в блокноте было достаточно перечëркнутых имён, хоть и весьма полезных.
– Дэл, тебя же ректор Веллер звал, – напомнила мне Калиста, когда мы с ребятами заболтались о предстоящем экзамене.
– Точно, совсем забыла, – ойкнула я.
– Я тебя провожу, – предложил Эйтан, от чего я, конечно, не отказалась, и мы умчались в сторону кабинета ректора.
По пути нам посчастливилось проскользнуть в пустой угол, где парень не упустил возможности меня поцеловать, но нам быстро пришлось вылезти из укрытия, поскольку нас могли застукать, а мне хотелось держать ещё одну карту в рукаве.
Эйтан предложил подождать меня за дверью, но Веллер разрешил ему посидеть с нами, поэтому отказываться он не стал. Я уселась прямо перед ректором, закинув ногу на ногу, ожидая, когда он закончит что-то писать, а сама стучала ногтями по деревянным подлокотникам.
– На практическом экзамене по оккультизму оценивать учеников будут не только учителя и я, в Академию приедут маги из Бальварона. Слышала что-то о Бальвароне? – спросил Веллер, когда ставил последнюю печать на бумаге.
– Разве это не башня магов на окраине столицы? – заинтересовалась я, поддавшись чуть вперёд.
– Так и есть, – согласился мужчина и откинулся на спинку кресла.
– Но зачем? Такого ещё ни разу не предпринимали, – вмешался Эйтан.
– Если верить письму, которое мне отправили, император хочет, чтобы маги из Бальварона начали новое поколение, – он снял очки и потëр переносицу, тяжело вздыхая. – Держи, сама почитай этот бред.
Ректор кинул мне вскрытый конверт с золотой печатью, из которого я достала плотную и дорогую бумагу, на которой красивым почерком были выведены слова о том, что Бальварону не помешало бы больше последователей. Я раздражëнно прыснула со смеху, кидая конверт с письмом на журнальный столик.
– Вот ублю...
– Делайла, следи за языком, – пресёк ректор мои попытки высказаться, бессовестно меня перебив.
– Какие к чëрту последователи? Это магическая башня или секта какая-то? – злилась я, размахивая руками. – Да не магов в Бальварон они ищут, а аномалии.
– С чего такие выводы, Дэл? – спросил Эйтан, встав сзади меня и начав мять мне плечи, чтобы я успокоилась.
– Потому что не может быть всё так просто, – скептически пробубнила я, придерживая челюсть ладонью и пялясь на письмо. – Там наверняка будут маги не только из Бальварона.
– Думаешь, император отправит кого-то своего? – поинтересовался у меня мужчина.
– Более чем уверена. Что-то мне подсказывает, что там знают больше, чем нужно, – недовольно заключила я, касаясь рук Эйтана, чтобы он остановился. – Или наши «друзья» хотят сделать глобальную проверку и выловить всех крыс.
– Нас? – усмехнулся Веллер.
– И вас, ректор, – я улыбнулась в ответ. – Если узнают, что в Академии есть маг Крови, о котором Вы вовремя не сообщили, то Вас незамедлительно отправят на плаху.
Я хитро улыбнулась, прикусив губу, а Эйтан рядом со мной тихо усмехнулся, откидываясь на спинку большого дивана и закидывая на неё руки так, что плечи стали казаться ещё шире. Ректор в это время вдруг задумался, теребя оправу очков и кусая скулы.
– Значит, моя жизнь зависит от того, как ты покажешь себя на экзамене... – пришёл к логичному выводу он, но в глаза мне так и не посмотрел.
– Так точно, ректор Веллер, – я отдала честь и захихикала. – Только вот на результат «отлично» надеяться и не стоит. Сами понимаете, в плетениях я мало что понимаю. Если бы это был обычный боевой экзамен, то это здорово облегчило бы задачу.
– Я не могу так просто поменять правила экзамена, – рявкнул мужчина.
– Я и не прошу Вас об этом. Если бы всё в этой жизни было так просто, я бы сидела не здесь перед Вами. У меня просто есть одна просьба, для Вас не составит труда.
– Что тебе нужно?
– Гарантия того, что Эйтан пойдёт в Лес Мëртвых вместе с первым курсом, – я пожала плечами, мило улыбаясь.
– Зачем тебе это? – выдохнул ректор, напялив очки обратно на переносицу.
– Обещала.
Я встала с кресла, хлопнув ладонями по коленям, и поймала на себе внимательный взгляд Веллера.
– Я буду осторожна, обещаю. В ином случае всю вину возьму на себя. Или, в конце-то концов, её всегда можно скинуть на Лемана, – махнула я рукой.
– Не говори так об отце, – скорее равнодушно, чем с целью поучения сказал мужчина.
Я ничего не ответила, и мы с Эйтаном поторопились покинуть кабинет, чтобы найти друзей, которые оказались в столовой. Поскольку сегодня был последний день выходных перед экзаменами, адептов в Академии было много. Мало кто решился уехать под родительское крыло, поскольку на подготовку оставалось мало времени, а завалить экзамены не хотел никто. А для Гэбриэля это было хорошей отмазкой, чтобы не возиться с подготовкой к балу.
– Скучали? – спросила я, забирая Медею с плеча блондина, а затем села рядом.
– Твой ненаглядный принц нам все уши прожужжал с этой Остарой, – пробубнила Лис. – Мне всё равно не получить приглашения на бал в честь равноденствия, так зачем на больное капать?
– Для него это тоже больная тема. И вообще, этот принц не мой и уж тем более не ненаглядный, – запротивилась я, глядя на севшего передо мной Эйтана.
Он довольно ухмыльнулся и приступил к обеду, из-за которого подошёл чуть позже, чем я. Матт, всё ещё находящийся не в курсе наших с боевиком отношений, сочувственно закивал Гейбу, над чем мы все дружно посмеялись.
– Так и что там с балом? – спросила я парня.
– Слышал, отец хочет представить нового мага Бальварона, чтобы тот нашёл себе спутницу, – безразлично объявил он, заставив нас с Эйтаном переглядеться.
– Виллоу? – спросил брюнет, зависнув с ложкой у рта.
– Мысли мои читаешь. Если императору нужны свои люди там, где уже поздно кого-то переманивать, то лучшим решением будет послать туда своего человека, – заключила я, застав всех остальных врасплох, поскольку они ничего не поняли.
Нам с Эйтаном пришлось в быстром порядке всё им рассказать. Новости оказались для Гейба слегка шокирующими, поскольку он не ожидал таких видимых наступающих действий от отца, так ещё и абсолютно не в нашу пользу. Зато Калиста с Маттом предпочли покинуть столовую, чтобы повторить материалы, а мы могли спокойно обсудить поправки в плане.
– Это вряд ли помешает нашим планам, если всё пройдёт гладко, – попыталась я его успокоить. – Даже если у меня будет плохая оценка за этот оккультизм, я не сильно расстроюсь. Сейчас куда важнее, чтобы меня не поймали.
– Нас, Дэл, – поправил Гейб. – Если поймают тебя, то абсолютно всё пойдёт насмарку, поскольку без тебя во всём этом и смысла нет.
– Он прав, – согласился Эйтан. – Ты – всё, что у нас есть. Если не будет тебя, то и дело можно считать проигрышным.
Я вздохнула и нервно улыбнулась, поскольку понимала, что ничего хорошего на экзамене меня не ждёт.