Голубая лента

Часть 20

- Всё, парик пока откладывается, сиди дома, Дениска. Я всё к вечеру подготовлю для охоты и займусь твоим «облачением».

- Как же я могу сидеть здесь, если моя Полиночка в вашей деревне в тюрьме сидит?! Может, её и не кормит никто! Да ведь ты к этому старосте пойдёшь, так спроси у него, зачем и почему её держат в тюрьме? Она ведь не преступница какая! Поговори, может быть, этому старосте освободить её не трудно? Разве ж так можно с молодой девушкой поступать?! Давай я с тобой пойду! Уж я этого старосту заставлю её освободить!

- Угомонись! Сиди дома и жди меня. А то и ты в эту тюрьму попадёшь. У нас с этим просто. Жди и сиди тихо. На улицу не выходи. Я всё точно узнаю и обязательно постараюсь добиться, чтобы твою невесту из тюрьмы освободили.

Дети наелись и выскочили во двор, чтобы хоть немного поиграть в свои детские игры перед тем, как  уйти с матерью в поле работать.

Макар  тем временем, хоть и успокаивал Дениса, размеренно и с удовольствием поглощал пищу.

- Да, тебе хорошо, - занудливо бурчал Денис. – Ты вот сейчас можешь есть с аппетитом и меня успокаивать! Твоя жена дома, дети в порядке, ты свою картошечку с сальцом уминаешь, а меня уговариваешь сидеть в твоей избе и никуда не рыпаться.

- Ещё не хватало мне без аппетита есть в такой редкий для нас день, когда нет поста! Ведь у нас б-о-ольшая часть дней в году – постные. Только и слышу в церкви:  наступил пост, а значит, скоромное не ешьте, с женой в одну кровать не ложитесь! И попробуй нарушить что, так Бог и накажет. А Бог не накажет, так поп в церкви проклянёт, анафему нашлёт. А как попу про то узнать? Так любой сосед заметит и тут же ему доложит.

- Твоя правда! – согласился Денис. – При этом сосед будет искренне верить, что действует из самых лучших побуждений. Пройдёт после Екатерины Второй  два века и у нас в России править будет очень суровый диктатор. Он и его помощники никакого вольнодумства не допускали, но критические мысли у умных людей  хочешь не хочешь, а появлялись и они на свою беду их высказывали, как им казалось, среди уважающих их людей. Вот эти-то уважающие их люди на другой же день писали искренний донос на того, кто в их присутствии, надеясь на их порядочность, высказался критически по отношению к насаждаемым порядкам. За этим человеком этой же ночью приезжала чёрная машина и увозила его на пытки и истязания. Один бывший заключённый бабушке моей рассказывал, что его, когда привезли, сразу заперли в тюремной камере. В этой камере сидел ещё один заключённый с разбитыми на кусочки костями ног. Он умирал и посоветовал этому мужчине признаваться во всём сразу, даже, если на самом деле он в этом не виноват.  «Целей будешь», - сказал. И мужчина его послушался, во всём, что ему предъявляли, он признался, поэтому остался жив, хоть и пришёл из тюрьмы с туберкулёзом открытой формы. Он потом вылечился и жил долго.

- Половины того, о чём ты рассказываешь, мне не понять, но все же ты погоди, -  смачно двигая челюстями, остановил Дениса Макар. – Куда увозили тех, кто наказан? На конюшню пороть, как нас? И что это за зверь такой - машина?

- А-а, ты ж не знаешь! Машины – это быстрые механизмы для перевозки людей и грузов. Лошадей машины давно уже заменили. Сейчас вот у вас 18-й век, а это было в начале 20-го. Тогда машины только появились, их было очень мало, а сейчас у нас в 21 веке всяких разных машин видимо-невидимо, у каждой семьи по одной, а у некоторых и по несколько. Если рассказывать  про нашу жизнь, то нескоро закончим, а мне надо спешить спасать мою Полинку.

Что касается соблюдения постов по церковным законам, то нам сейчас их тоже навязывают сверху, церкви на каждом шагу строят. У нас сейчас общественный строй переменился. Был социализм, а теперь вот уже 30 лет – капитализм. Капитализм всех накормил досыта, но теперь наступает его кризис. Я тебе потом объясню, что и как. А у вас  только Павел Первый, сын Екатерины, объявит для крепостных строго не рабочим днём воскресенье, но всё равно помещики будут его указ нарушать.

- А ты откуда знаешь? Екатерина же ещё жива и сын её не правит?

-  Мы всё это в школе учили. Ты вот грамотный?

- В церковно-приходской  школе  я учился два года, но я не шибко вообще-то грамотный, а Ульянка моя и вовсе тёмная. А вы, выходит, все до одного в школе учитесь?

- Да, раньше всех детей заставляли учиться, и держали в одном классе по несколько лет, если ума не хватало понять всё с одного раза, но сейчас, говорят, с этим уже не так строго. У меня  ещё детей нет, поэтому я пока не знаю. У нас, похоже, приближаются времена, когда умные и образованные в таком множестве уже не будут нужны.  Работать будут машины, а людям останется только творчество. Сейчас вот ваши дворяне не обязаны служить и от нечего делать записывают всё, что с вами, с крепостными они творят. Писатели, блин! А у нас сейчас пока людей держат на работе, чтобы не бунтовали, платят малюсенькую зарплату, на которую полноценно жить невозможно, однако никто особо не голодает, приспосабливаются, ведь есть свобода, какой не было никогда раньше.

Ульяна вошла в избу, убрала со стола и смела  с него все до единой крошки.

Потом она зашла за занавеску, где стояла их с Марком кровать да сундук с одеждой, а когда вышла, Денис её даже не узнал.

Платок на голове этой красивой женщины на этот раз был красным и завязан под горло. Волосы надо лбом зарыты были белым уголком с вышивкой.

Ноги её были обмотаны неширокими холщовыми перевязками, а на них были надеты самодельные, сплетённые из ивовой лозы, башмаки.