Голубка для ворона

Глава 3

Наконец мне позволили спуститься со стола, который уже порядком надоел. Крыло еще было жестко привязано к телу, но я теперь чувствовал себя немного окрепшим и почти счастливым. Пусть долго, не профессионально, но эти люди меня лечили. Ноги, вернее лапы, еще слабо держали и расползались в самые ответственные моменты, но я усиленно тренировал их, разведывая место где очутился.

Странные маленькие апартаменты смущали. У меня в таких только слуги живут. А эти двое целителей на них не были похожи. Нет, жаловаться мне на условия было бы стыдно: в тепле, сыт, спасли и лечат. У нас на практике, когда учился в академии, порой даже таких не имелось. Жили в палатках, в лучшем случае, а то и под открытым небом. На последнем курсе так вообще два месяца воронами пролетали, а когда вернулись с той практики еще долго не могли отойти от привычек второй ипостаси.

Всё бы ничего, но напрягало отсутствие силы, вернее маленькие струйки, которые долетали до меня. Их было слишком мало для оборота и исцеления. Всё чаще и чаще стали закрадываться подозрения, что я могу застрять здесь надолго. Такой поворот меня совсем не устраивал, тем более, что я чувствовал на улице остаточный фон моего портала. Удивительно, но он не развеялся до сих пор и его хотелось впитать.

Сидя на подоконнике и смотря в окно, понимал, что меня занесло очень далеко от дома. Ближайшие миры мы давно изучили, и они все были магическими, с более или менее выраженными магическими потоками. Здесь же всё было иное, чуждое. Странные люди ездили в ужасных вонючих повозках. Как они заставляли двигаться этих монстров, так и не понял: не магия — это точно. Всё время пытался просчитать к какому кругу пространства относится этот мир. И по всему выходило или к нижнему, или к закрытому.

— Сирион, ты опять скучаешь по небу? — обернулся на голос девушки. — Потерпи, вот заживет крыло, и я тебя отпущу.

По небу, после такого головокружительного смертельного веселья, я еще не успел соскучиться, да еще находясь в ипостаси ворона, но ей об этом знать необязательно. Меня волновали вороны. Я точно помнил, что не уничтожил всех, значит они где-то рядом. Вот только до сих пор не увидел ни одной, стало быть выслеживают словно гончие, а потом, когда не буду ждать — нападут. Сами же они не могли развоплотиться, или могли в этом мире?

Девушка подошла к окну и легонько погладила мои перья. Это было приятно, хотя у нас и не приняты такие ласки. Погладив оборотня как животное, можно нарваться и на дуэль.

— Мы с тобой сегодня будем смотреть фильмы? — наклонив голову, глянул на девушку одним глазом, и она рассмеялась. — Какой ты умный! Уже знаешь слово “фильм”! Что мы сегодня будем смотреть: про войну, про любовь, фантастику, боевик, или что-то другое?

Да, слово “фильм” я уже знал. В странной плоской коробке появлялись живые картинки. В самый первый раз, когда Света начала показ я специально заглядывал за неё, сзади ничего не было. Удивительно! Вначале думал, что это просто детская игрушка, но потом понял, что по добыванию информации этот телевизор обогнал старинные свитки и книги. За непродолжительное время я узнал многое о мире в который меня забросило.

Света, видя мой интерес, оставляла обучающие фильмы. А вечером мы смотрели кино об отношениях и про войну. Особенно поразил военный фильм про боевой отряд поющих летчиков. Оказалось, что они даже летают в этих странных не магических коробках! Но если отбросить все эти необычности, мужики были настоящие, правильные, сражающиеся за свою Родину до конца. Только опять же: где эта война, если за окном я не увидел никаких боевых действий?

Мистику и ужасы Света не включала. Ей хватило одного раза. Впервые увидев на экране тварей бездны, у меня сработал рефлекс и забыв кто я и где я, с воинственным кличем бросился в бой. Но запутавшись лапами в мохнатом пледе, уткнулся клювом в диван. Девушка, перепугавшись, переключила фильм, и с тех пор больше не показывала ничего подобного. А меня мучили сомнения: как же они справляются с такими тварями, если у них ни крупицы магии? Может быть, взрывают, как в фильме про войну? Потому что холодное оружие носят не все. На улице я никого с ним не видел.

Задумавшись, пропустил её слова про ванну. Там я еще не был. Предвкушение нарисовало соблазнительную картинку обнаженной девушки. Нет, с парнями мы никогда не подглядывали за девчонками в академии. Но тут мне, почему-то, захотелось поозорничать. В конце-то концов я — птица. Безмозглая! Кто будет стесняться ворона? Никто!

Словно дурак мысленно хихикая и предвкушая пикантную картинку, медленно сползал с окна. Все неприличные и заманчивые мысли, не должные появляться в этой ипостаси, крутились вокруг Светы. Удивительно, но это имя ей шло. Она казалась лучиком света в этом не магическом мире. Всегда доброжелательная, с улыбкой на красивых губах она излучала радость.

Мне нравилось смотреть как она готовит, убирается, занимается странными непонятными делами и разговаривает со мной или по плоской коробочке. То, что она узнала моё настоящее имя до сих пор повергало в смятение. Откуда? Как? Но ответов не было. Поэтому решив, что это чистая случайность — закрыл тему.

Не спеша доковылял до двери из-за которой доносился плеск воды и помогая себе клювом и лапами нетерпеливо открыл её. В небольшую щель нагло просунул голову. Малюсенькая ванная убила. Мда… А чего я ожидал? Это не королевские апартаменты! В ванне, закрыв глаза и погрузившись в пенную воду, лежала девушка. Представшая картинка заставила мысленно застонать. Ну, так не интересно, снизу ничего не видно!

Подпрыгнув, забрался на стул. От шороха и царапающих звуков Светлана открыла глаза.

— Ах ты, проказник! Сирион, кыш отсюда! — на меня брызнули пенной водой.

В голове пронеслось: а что будет, если я прыгну в ванну, она выскочит из воды или нет?

***

Сегодняшнего вечера я ждал с нетерпением поджидая лекаря. В последний раз когда Лешка осматривал мое крыло очень удивлялся, как быстро идет исцеление и восстановление двигательных функций. Наконец прозвучал звонок и на пороге с цветами появился парень. Мысленно фыркнул: “Ну как же без них!” Нежно поцеловав Свету в щеку и с обаятельной улыбкой подарив ей свой веник, жизнерадостно повернулся ко мне.