Голубой дом с розовыми ставнями.

Глава 4. Игорь. Плен и освобождение.

- Что ты делаешь? - выдавил из себя он, испуганный и озадаченный.

Она легонько провела ножом по своей руке, и капля крови тут же выступила на поверхности кожи. Парень перепугался еще больше, осознавая серьезность ситуации.

- Хорошо, хорошо, не надо ничего делать, - заверил он, садясь на кровать и стараясь успокоить ее, понимая, что больше не может игнорировать ее чувства и проблемы.

Игорь проснулся с ужасом, обнаружив себя привязанным к кровати. Жесткие веревки жмурились на его щиколотках и запястьях, словно стальные зажимы, грубо натирая кожу до боли. Спина затекла, каждая мышца в теле пульсировала от боли.

- Надя! Срочно развяжи меня! - крикнул он, чувствуя, как отчаяние сжимает его сердце.

Но Надежда отреагировала не так, как он ожидал.

- Нет, - прозвучал ее ответ, словно камень, неподвижный и непреклонный.

Игорь почувствовал, как разочарование и беспомощность окутывают его. - Пожалуйста, Надя, развяжи меня, - мягко умолял парень, стараясь уговорить ее своим голосом.

Но Надежда осталась непреклонной.

- Как только ты осознаешь, что здесь твой дом, я развяжу тебя, - ответила она, ее голос звучал как монолитная уверенность.

Игорь почувствовал, что ему нечего больше сказать. Он знал, что в этой борьбе он одинок и бессильный.

- Тогда я объявляю голодовку, - прошептал он, понимая, что это, возможно, единственное, что он может сделать в этой ситуации.

- Надя! Надя! - кричал он, голос пронзал тишину комнаты, проникая в ее сознание, - Я обещаю, больше никогда не скучать по двери. Пожалуйста, развяжи меня. Мне уже очень нужно в туалет.

Но Надежда оставалась непреклонной.

- Ты опять попытаешься сбежать, - отвечала она, ее слова звучали как предупреждение, пронизывая воздух тяжелым настроением.

- Нет, я обещаю, - заверил Игорь, его голос пропитывался отчаянием.

– Пожалуйста, я уже, наверное, целую вечность, привязан. Уже не в могату - воскликнул он, отчаянно надеясь на сострадание.

Надежда, наконец, сдалась.

- Хорошо, - тихо произнесла она, сочувствуя ему. Она открыла металлическую дверь ключом, развязав его запястья, пока он сам освобождал ноги. Затем, не произнеся ни слова, она вышла из комнаты, оставив его одного, и снова заперла дверь на замок.

- Надя, давай просто поговорим, - услышала она его голос, звучащий как мягкий шепот в темноте.

- Конечно, милый, - ответила Надежда с улыбкой, словно в ее голосе зазвучала музыка ночи.

Они просидели и проболтали почти всю ночь, словно плетень времени расплетался в их руках, окутывая теплом и смехом. Он сидел на краю кровати, взгляд его скользил по комнате, освещенной электрической люстрой, висевшей на потолке.

Он разглядывал люстру. Ее металлический каркас, покрытый слоем античного бронзового оттенка, словно притягивал взгляд своим изящным дизайном. К каждой ветке каркаса присоединены хрустальные подвески, играющие светом, будто тысячи маленьких алмазов, рассеянных по всему помещению.

Каждый элемент люстры, словно танцевал в лучах света, отражая его разноцветные оттенки, создавая игру теней и бликов по всему пространству. Изящные завитки и узоры металлического каркаса добавляют элегантности и шарма, делая люстру не только источником света, но и украшением интерьера.

Но внезапно, словно волшебство, его потянуло в объятия сна, и он, утопая в мягких облаках ночи, погрузился в мир сновидений, оставив за собой лишь тихий шепот ветра за окном.

Сегодня Игорю, наконец, выпала возможность попробовать вырваться из плена, оставшись наедине с собой. Он внимательно выслушал, как шаги Надежды удалялись, лишая его страха быть пойманным врасплох. Подождав несколько мгновений, чтобы убедиться в безопасности, он принялся изучать возможности побега.

Металлическая дверь, ведущая в его комнату, была тщательно заперта на навесной замок, лишая его шансов на свободу. Ставни, казалось, предоставляли некоторую надежду, и Игорь начал их шевелить, надеясь, что смог бы выйти наружу. Ставни немного поддались его усилиям, но не настолько, чтобы дать возможность пролезть сквозь них.

Пытаясь увеличить щель, Игорь столкнулся с видом, который заставил его сердце замирать от страха. За ставнями не было ничего, кроме безжизненного вида металлического забора, за которым тянулся мрачный пейзаж промышленной зоны. Огромные здания и громко работающее оборудование гудели на фоне, а вдалеке не было ни единого дома, ни даже прохожего.

Отчаянно пытаясь привлечь внимание, Игорь кричал, но его голос терялся в шуме производства. Он обнаружил решетку на окнах и молча понял, что даже если бы кто-то услышал его крики, выход через окно был бы невозможен.

В отчаянии он попытался что-то бросить в металлический забор, надеясь привлечь внимание рабочих, но не нашел подходящего предмета. Завершив свои попытки, он скрыл следы своего бесполезного старания, аккуратно закрыв ставни, чтобы Надя не догадалась об его беспокойстве. Остается только ждать свою мучительницу, ибо в этом месте, кажется, у него нет другого выбора.

Услышав приближение Надежды, Игорь застыл, прикидываясь спящим. Слыша, как она тихонько шарит, он затаил дыхание, предчувствуя нечто зловещее. Через мгновение дверь приоткрылась, и она вошла. Молодой человек почувствовал, как крепко его прижимают к кровати. Попытки вырваться были напрасны – один укол снотворного лишил его силы.

Пробудившись от боли, он пытался вымолвить что-то, но кляп не дал этого сделать. В руках Надежды блеснул молоток, и он понял, что происходит.

- Прости, любимый, но это необходимо", – прошептала она, поднимая молоток и вновь нанося удар. Игорь скривился от мучительного ощущения, борясь с веревками, но безуспешно.

- Прости, я не хотела причинить боль, – ласково произнесла женщина, гладя его взволнованную голову, - Всё это для нас, для нашей любви.

- Пошла ты! – пытался выкрикнуть он, но только непонятное мычание сорвалось из-под кляпа.