Голубые Крылья

3. Игры с огнем - часть 1.2

Направляясь к хижине знахарей во второй половине дня, я не сразу обратила внимание на безлюдные улицы. Отсутствие прохожих дало о себе знать лишь за внешней стеной: обычная для этого времени шумиха была мне особенно не по нраву. Умиротворяющая тишина очаровывала, но, в то же время, заставляла судорожно искать причину столь необычного отклонения от привычного жизненного темпа жителей Тристенья.

Ответ, впрочем, нашелся быстро.

Странствующие купцы и менялы из соседних селений – редкое явление, что стягивало к себе внимание диковинками из дальних земель. Теплые шкуры, изящные украшения из костей и зубов, разного рода трофеи, блестящие камни… Не счесть, как много всего можно было увидеть в руках нежданных гостей. Наш город был богат и на пищу, и на иные ресурсы, а потому торговля шла настолько бурно, что до самого прихода луны люди забывали о работе и таскали на обмен припрятанное в хижинах добро.

Двигаясь меж лавок, травянистых островков и аккуратно разложенных кусочков ткани, я поневоле присматривалась к товарам. Побрякушки, красивая одежда, предметы роскоши – все это едва ли способно меня заинтересовать. Так я думала, пока мое внимание не притянул к себе случайный блик. Невероятно красивый цветок с бирюзовыми лепестками, что слабо трепыхались на ветру – он выглядел настолько нежным и изящным, что, казалось, был соткан из сияющих лунных бликов. Будучи отделенным от почвы, он держался прямо и гордо, словно только что был сорван из местного сада. Несколько человек, очарованных столь невиданной красотой, неотрывно смотрели на маленькое растеньице. В глазах их читалось благоговение.

– Сколько это стоит? – вырвалось у меня.

Торговец замер. Большая часть присутствующих поблизости в изумлении повернули ко мне голову. Поначалу причина такого удивления казалась непонятной, но, осмотревшись вокруг, я заметила, что все общаются с гостями исключительно при помощи жестов и несвязных слов.

Я же, как обычно, подсознательно понимала обе стороны и попросту этого не заметила.

– Знаешь наш язык? Признаюсь, весьма впечатлен, госпожа, – поклонился невысокий толстенький мужчина. – Откуда будете родом?

– Я, эм… – вопрос вогнал меня в растерянность. – Мне доводилось странствовать, когда-то давно…

– Ах, так вы, госпожа, нашли таки себе уютное гнездышко? Ох-ах, я даже немного завидую. Вижу, вас заинтересовал этот чудесный цветок? Чудно-чудно, он и правда весьма притягателен. Мне очень и очень нелегко будет с ним расстаться.

Он говорил медленно и сладкоречиво, любуясь растением так, будто и сам увидел его в первый раз.

– Лепестки этого цветка состоят из чистой энергии, что продлевает его жизнь даже вне земной почвы. Уже несколько лун он с нами в пути, и с тех пор не утратил ни крупицы своей свежести и чистоты. Ох, поистине волшебное чудо природы.

Все больше людей скапливалось вокруг нас, и все сильнее мне хотелось забрать цветок и убраться отсюда как можно дальше. И все-таки, любопытство брало верх.

– Что значит… волшебный?

– Ах, это и правда захватывающая история. Цветок этот из зимних садов Бринбура – города на дальнем юге, в котором обитают… ох-ох, вот уж не поверишь, самые что ни на есть странные создания, которых мне, путнику, доводилось видеть. Они похожи на людей, но не люди вовсе. Им под силу творить самые настоящие чудеса, а подобные растения на их родине растут на каждом шагу! Будь моя воля, знаете ли, остался бы там жить. Да вот только…

Он осекся, словно испугавшись перед кем-то за большую тайну, что собирался выдать. Выискивая кого-то взором, торговец совершенно не обращал внимания на два десятка людей, что не сводили с него глаз.

– Вот только… что? – нетерпеливо спросила я.

– Не шибко то и жалуют они гостей, вот что! Странные создания… некоторые и вовсе жуткие. Называют себя… ох, что же за слово то? Дефиксы, точно! Краснющ-щая кожа, впалые глаза… а ладони то какие горячие! Словно живут не внутри горы, а под жарким солнцем.

Чем больше я слушала его рассказ, тем меньше верила в его правдивость.

– Чудес не бывает. Как и… как и волшебных созданий.

Разумеется, я была не совсем права, ведь и сама являюсь своего рода аномалией. Тем не менее мне было очень интересно услышать ответ этого странника.

– Эх, согласился бы я с этим до той случайной встречи… Но знаете ли, моя дорогая, мы забываем про цветок. Для столь прекрасной девушки отдам его, скажем, за пару оленьих шкурок.

– С ума сошел? - вмешался его товарищ. – Такую ценность! Да тут не меньше десятка.

Трудно понять, была ли проблема в скромности торгаша, или же его прямо-таки подначило сплавить этот цветок поскорее.

– Заберу за полтора десятка заячьих шкур. Цветок и карты. Хочу знать как добраться до этого вашего Бринбура.