Голубые Крылья

4. Опавшие лепестки - часть 2.1

Прольется свет на наши души,

Волны хлынут над рекой,

Разум шепчет – не спеши!

Ты укройся тишиной,

Чтобы время в твоей власти,

Увлекло всех за собой.

Пробуждение было долгим и болезненным. Вопреки гамме неприятных ощущений, я не пребывала в беспамятстве и больше не засыпала. Впервые со мной происходило нечто подобное: внутренности скручивало, конечности шевелились с трудом, но тело и разум были бодры и полны сил, как после очень долгого сна. По этой причине я то и дело искала повод отвлечься и сосредоточиться хоть на чем-то помимо того, что происходило со злосчастным организмом.

Первое что попало под мое внимание, это необычная кровать. Еще в тот момент когда пальцы нащупали травинки, в голову закралось ощущение, что я вновь нахожусь на поверхности. На деле же местной койкой служила мягкая почва, усеянная свежей и приятно пахнущей травой. В качестве одеяла использовалась бархатная ткань болотно-зеленого цвета – льняная, легкая, но необычайно теплая. Подушкой же служило некое растение, напоминающее воздушный комок из лопухов и пуха одуванчиков. Природное ложе оказалось невероятно мягким, комфортным и приветливым.

Когда суставы дали возможность немного приподняться, я с любопытством начала оценивать и прочую обстановку в помещении. Вид из окон подсказал, что расположили меня в той же самой башне. На то же намекали и узоры на стенах: снова изукрашенные резные фрески, но в этот раз они представляли не дефиксов, а разномастные узоры и природные пейзажи. В эпицентре ландшафта стояло дерево, листья которого были выражены прозрачными зелеными камнями. Последние словно впитывали пещерный свет от растений и густо выдыхали его по комнате, придавая свой фирменный оттенок изумрудной свежести.

Пораженная красивой обстановкой, я позволила своим ступням ступить на пол. Он оказался теплым, подобно остывающей после растопки печи. Попытка сделать несколько шагов далась не слишком хорошо – потеря контроля вела меня к неизбежному падению, и чтобы его избежать, пришлось инстинктивно ухватиться за ближайший предмет обстановки. Им оказался высокий каменный ящик с массивной ручкой. Заслонка позволила устоять на ногах, но, в то же время, приоткрыла внутреннее содержимое, ударившее по взгляду необычайной белизной. Движимая любопытством, я заглянула внутрь: большую часть пространства занимали крохотные затвердевшие кристаллики, слипшиеся друг с другом в плотную и твердую массу. В небольших импровизированных отверстиях хранились плотно закрытые костяные сосуды, но изредка между ними встречались побелевшие внутренние органы.

– А, Рэвери, ты уже пришла в себя?

Гелиас вновь появился без единого звука, и прямо сейчас он стоял в двух шагах от меня. Вероятно, мое лицо оставалось застывшим от удивления после увиденного в контейнере, из-за чего дефикс поторопился прояснить ситуацию.

– Не удивляйся, не все, подобно вам, питаются мясом и плодами природы. Мы, дефиксы, устроены несколько иначе, и наша основная пища – кровь.

– Значит… в этих сосудах…

– Кровь животных. Самых разных, из числа тех, что водятся вблизи. Охотничьи отряды, под руководством Калиоста, выбираются наружу и добывают для нас пищу. Чаще всего мы лишь забираем дозы крови, оставляя лесное зверье в живых, что помогает не навредить популяции. Но иногда…

Он усмехнулся, но концовка была мне понятна и без лишних слов.

– Так вы питаетесь обыкновенной кровью, выбрасывая мясо? – удивилась я.

– Не совсем, – Гелиас шагал из стороны в стороны. – Мясо, в каком-то смысле, тоже кровь, просто в ином виде. Используя элемент затмения, мы можем разлагать животных и извлекать максимум живительной жидкости, избавляясь от твердых останков.

– А что насчет… органов? Их вы тоже едите?

– Ох, нет, не совсем. Органы у нас – что-то вроде лекарств.

– Л-лекарств?

– Сердца, желудки, мозги, печень… с ранних времен нашему народу известно, что подобная пища благотворно воздействует на внутренние травмы, в том числе вызванные с помощью магии. На вкус же они… весьма неприятны.

Последовал весьма неприятный звук, напоминающий нечто среднее между фырканьем и рвотным рефлексом. Скорее всего, так дефиксы выражают свое чувство омерзения.

– Элемент затмения, – я вспомнила еще один странный термин. – Что это такое?

– Об этом мы еще поговорим, но позже, – загадочно ответил Гелиас.

Нахмурившись, я коснулась белого порошка, в котором хранилась столь необычная пища. Несколько маленьких белых крошек осыпались вниз, оставив на полу едва заметные крохотные точки.

– Соль повышает сохранность продуктов питания.

– Соль? Что это такое?

Некоторое время Гелиас объяснял полезные свойства соли и описывал места ее добычи – подземные водоемы под Бринбуром, содержащие невиданный порошок в избытке. Не выдерживая больших объемов информации, я слушала вполуха, продолжая оглядывать комнату и прикидывая, сколько еще здесь может быть неизвестных мне жутких секретов.

– Не буду врать, ты сильно меня удивила, Рэвери, – в один миг Гелиас сменил тему, заметив мою отвлеченность. – Когда ты бросила мне вызов, я сильно разозлился и не стал сдерживать себя. Все моя мощь, многолетние тренировки, опыт и познания ушли в никуда. Скажи, как тебе это удалось?