Голубые Крылья

4. Опавшие лепестки - часть 2.2

Лестничные пролеты, выщербленные в форме необычной спирали, вели нас высоко наверх. Перемещаться большую часть времени приходилось в кромешной темноте, отчего шли мы, скорее, ползком, нащупывая пальцами ступеньки перед собой. Изредка встречались маленькие расщелины с видом на город сбоку, и во многом благодаря им мы могли определять, какая часть пути осталась позади.

Когда моя нога ступила на порог первого просторного помещения, Мия уже едва дышала.

– И зачем вообще нужно строить что-то на такой большой высоте? – прерывисто запричитала она. – Это же так неудобно, по сравнению с обычными домами!

Света здесь было больше из-за наличия плавающих в воздухе светлячков, коих присутствовало около десятка. Они походили на маленькое солнце голубого цвета, вот только в отличие от небесного светила оно не било по глазам, а лишь плавно освещала все вокруг. Стоило мне приблизиться к ним чтобы рассмотреть получше, как они медленно начали разбегаться в разные стороны, не позволяя себя поймать. Выдержав мой настороженный взгляд, они возвращались к привычному медленному вальсу вдоль забитых полками стен.

– Рэвери, это что, кора?

Отдышавшись, Мия потянулась к лежащем на большом столе обрывкам выпрямленной коры, испещренной странными черными вырезами разных форм и размеров. Со стороны это походило на хаотичный узор, не имеющий под собой никакого смысла, но вглядевшись детальнее я с удивлением начала улавливать в своей голове слова:

Объединение Неватория:

Аттика, путь 166180, север. Три канала, население более пяти тысяч. Не открывать портал без предварительного предупреждения!

Бринбур, путь 235176, северо-запад. Один канал, население менее двух тысяч. Открытие портала допускается на верхней площадке.

Лессвиль, путь 100611, восток. Каналы отсутствуют, перемещение невозможно.

Приписка: необходимо провести проверку.

Приписка: попытка открыть портал вне канала провалилась.

Отакина, путь 642239, Юго-восток. Два канала, население свыше семи тысяч. Запрет на открытие порталов без сопровождения представителей.

Приписка: от Отакины давно не было послов. Предлагается отправить кого-то невзирая на правила, или исключить их из канальной паутины.

– Как странно, никогда не сталкивалась с подобным…

– Да, я тоже ничего не понимаю. Какие-то странные рисунки, – Мия начала вела пальцем по угольным линиям.

– Как раз наоборот… мне здесь все понятно.

Я прошлась по символам повторно, но в этот раз произнесла их значение вслух.

– Это не картинки, и даже не узоры, – восхищенно шептала я. – Самые настоящие слова, только выраженные при помощи уголька и кусочка коры. Каждый символ что-то означает, подобно нашим простым зарисовкам, и… поверить не могу, да ведь так можно запечатлеть целые истории!

Теперь уже я, под взглядом удивленной подруги, прощупывала кору в разных местах, переводя смысл каждой петельки и линии в конкретные фразы и словосочетания. Мне не под силу оценить, насколько большой труд проделали дефиксы чтобы добиться такого, но совершенно точно ясно одно – им удалось на несколько голов превзойти письмена людей, состоящие исключительно из простейших образов того, что мы постоянно видим в реальном мире.

– Ты сказала про какие-то каналы и порталы… что это?

Повторно вдумываясь в прочитанное, я пришла к выводу, что добрая половина слов произнесена скорее на языке дефиксов, нежели людей.

– Не знаю… у нас таких слов нет. Думаю, что речь идет о нескольких городах, что поддерживают между собой связь…

Сказав это, я поневоле задумалась о том, что в мире наверняка существует еще много скрытых под скалами городов с необычным населением. Некоторые из них вполне могли прятаться на уже пройденным мною пути.

Когда кора вернулась на место из наших любопытных рук, мы продолжили движение вверх. Наверняка за спиной осталось еще немало интересной информации, но я разумно посчитала, что злоупотребление любопытством может стать излишней наглостью. Последующие этажи также включали в себя комнаты, наполненные странными предметами: многочисленные кости, обломки горных пород, причудливые инструменты из странного блестящего материала, а также большой чан со странной жидкостью черного цвета, что отдавала мерзким запахом гнили. Наконец, преодолев последние несколько ступенек, мы вышли на свежий высокогорный воздух.

Назвать это наружной частью можно было с некоторой натяжкой: окружение куда больше походило на заснеженный горный овраг, окруженный когтистой каменной хваткой. Скалы обвивали плато со всех сторон, но оставляли большой просвет наверху, отчего надобности в искусственном освещении здесь не было. Именно это место открывало тайну происхождения чудесной растительности Бринбура – тяжелый зимний климат оказался родной стихией прекрасных порождений местной флоры.

– Осторожнее! Прошу вас, смотрите внимательно, куда наступаете.

Престарелая на вид женщина выскочила из ближайших кустов и ткнула в меня странным деревянным инструментом, напоминающим раздвоенную трость. Хозяйка была необычайно высока, а морщинистое лицо имело особенно грозный вид, внушавший острое нежелание как-либо переступать ей дорогу.