Голубые сны Незабудки

Глава 13

— Значит ты предлагаешь мне уволить Артюхина? – в кабинете Кирякина как обычно пахло свежестью и хвоей. Сам мужчина, сложив руки домиком, с задумчивым видом откинулся на спинку кресла. – А ты знаешь, что Павел один из самых ценных наших кадров? И он один стоит шестерых. Ты в курсе про презентацию, которая у нас случится не сегодня-завтра? Хотя, ты да не в курсе? – Михаил Юрьевич хмыкнул. - Предлагаешь мне уволить его сейчас?

— Допустим ты можешь уволить его после мероприятия, когда смысла в нем уже не будет? - Денис самодовольно улыбнулся и развел руки в стороны, как бы намекая: «подумаешь, и делОв то».

— Знаешь в чем твоя проблема, Денис, - Кирякин забарабанил пальцами по столу. – Ты молод, горяч и тобой управляют эмоции, а не разум. Когда-то я тоже был таким, безбашенным, скорым на расправу…с неугодными. Но сейчас другие времена, и бизнес так не делается, как ты предлагаешь. Ценными сотрудниками дорожат. Лично я дорожу Арюхиным.

Улыбка сползла с лица Дениса, хмурая складка прорезала лоб.

— Не уволишь значит. Хорошо. Тогда лиши его зарплаты, всех премий, я не знаю… выговор прилюдно сделай. Ты же можешь придумать, Юрьич.

— Мелко, Дениска. Слишком мелко, - усмехнулся зам. – Сейчас ты похож на обиженного ребенка, которому не дали игрушку и месть твоя не месть, а так, мелкопакостничество. Поверь, Артюхин этого всего даже не заметит.

Денис вскочил со стула и нервно стал расхаживать по кабинету.

— Я не знаю, но надо что-то сделать! Мне хочется его придушить, - зло прошипел Денис.

— Даже не буду спрашивать, где он тебе перешел дорогу, - вздохнул Кирякин. – Но могу предположить, что виновата женщина. Так всегда и бывает.

А женщина виновата, да. Денис сам не знал в какой момент возненавидел Павла Артюхина. Тогда ли, когда Юля особенно часто и с теплотой в голосе упоминала его на вечерних прогулках? Или тогда, когда он наведался к ней в гости, будучи в самом романтическом расположении духа и увидел там его – Павла. Но даже не этот факт выбесил особенно, а то, что Денис понял – Павел влюблен в Юлю так, как сам Денис в Юлю влюблен не был никогда. Взгляд Павла на девушку полный преданности и обожания – взгляд послушного и любящего пса. Кажется, Дэн даже не сдержался и сказал Юле что-то на этот счет.

А Юля.. Где тот нежный цветок, тающий в его руках, полыхающий страстью. Такой невинный и такой порочный одновременно? Кто это был перед ним вчера? Кто-то совершенно заурядный и посредственный, серая мышь, не иначе. Ни кожи ни рожи, одна зеленка на лице. Как будто он не понял, что это ветрянка. И где она только подхватила эту дрянь?

«Сейчас мы не вместе, не вместе, не вместе…», - словно на повторе звучало в голове Дэна. Да они и не были вместе никогда! Что она вообще возомнила о себе? Он просто с ней тусовался в тех местах, где его никто не смог бы спалить из знакомых. Планировал трахнуть пару раз. На этом все.

Вчера до блевоты было противно смотреть на эту парочку, еле сдержался. Ушел, как только представилась возможность. Находиться в этой совдеповской дыре, насквозь пропитавшейся запахом нафталина, не было никаких сил.

Разочарование, злость, обида; осознание, что им пренебрегли – все это смешалось в такой гремучий коктейль, что Дениса буквально рвало на части. Он втопил все двести на спидометре, мог бы больше, возможности Субару позволяли, но не стал. Сделал «круг почета» по Садовому и остановился где-то во дворах. Набрал Ингу.

— Сегодня чтобы к десяти была у меня. Будешь отрабатывать роль влюбленной невесты.

Ночка вышла, что надо. Инга очень старалась, и Дэн был ей доволен на все сто. Его роскошная невеста была нечета некоторым, перепачканным в зеленке.

— … ты понял меня, Денис? – голос зама выдернул из воспоминаний о событиях прошлого дня. Дэн сфокусировал взгляд на лоснящемся лбе Кирякина. Конечно мало приятного, но зато какая никакая точка фиксации. Поймал его взгляд. – Говорю тебе, совсем ты размяк в своих Англиях. Здесь тебе Россия-Матушка и люди совсем другие. Хочешь ударить человека – бей по больному. Найди его слабое место и выстрели в упор. Пфф, - Кирякин изобразил выстрел из пистолета и задул воображаемый дымок. – Перефразирую, если ты еще не понял. Дождись, когда твой противник встанет на табуретку, чтобы дотянуться за любимой банкой соленых огурцов и выбей ее одним ударом, так, чтобы тот сломал себе шею.

У Дэна сложилось ощущение, что речь шла не про какой-то абстрактный пример, а совершенно конкретный случай из жизни Кирякина. Оно и не удивительно, каких только дел не наворотил в свое время он с его отцом.

И в голове Дэна словно прострелило. Он точно знал, что нужно теперь делать. Слабое место Павла? По-моему сейчас представился шанс совместить приятное с полезным.

Он хотел забить на Юлю? Ну уж нет, Юля та самая табуретка, которой можно отломать ножки, а потом выбросить. Что в принципе и предполагалось с самого начала, только Дэн несколько увлекся… А Павел? С ним все предельно ясно. Денис уж точно позаботится об этом.

Он не стал терять времени даром и как только покинул кабинет Криякина, сразу же направился к секретарю, чтобы узнать у Леночки, когда заканчивается больничный Юли.

В тот день с самого утра лил дождь, небо затянули беспросветно хмурые облака, а осенний зябкий ветер пытался пробраться под куртки к каждому прохожему. Дэн, сидя в своей теплой машине дожидался Юлю. По его подсчетам девушка с минуты на минуту должна была выйти из подъезда, чтобы наконец-то пойти на работу. Так кстати испортившаяся погода, сыграла ему только на руку. Если Юля не дура, то она не должна отказаться от его заманчивого предложения - подвезти ее. А дальше максимум обаяния, немного убеждения, хлоп, и птичка в клетке.

Юля вышла точно в то время, как и предполагал Денис. Пропустить ее появление было невозможно, девушка ярким пятном ворвалась в эту серую промозглую реальность. Одетая в светлое пальто, с розовым зонтиком в руках она на ходу перепрыгивала лужи, будто ей не двадцать с чем-то лет, а всего лишь пять. Денис невольно залюбовался этим зрелищем, но быстро задвинул все сантименты в дальний угол своей очерствевшей души. Ни к чему это.