Гонка дьявола. Мир хаоса.

Сказание третье. Блуждающая в лабиринте.

Сказание третье.

Блуждающая в лабиринте.

Девушка открыла глаза и села. Резкая пронзающая боль сжала все ее существо, заставляя выгнуться дугой. Упав на четвереньки, она завалилась на бок и поджала под себя ноги. Заскулив как раненый зверек, девушка перекатилась на спину и вытянулась. Постепенно тупая колющая боль стала уходить, уступая место холоду. Пролежав так без движения с полчаса, она встала и, облокотившись о стену, опустила голову. Кровь тонкой струйкой текла из носа и… капала… на пол?

Она оказалась в незнакомом месте. Длинный сырой, поросший сухой колючкой, коридор, уходил вправо и влево от нее. Гнетущая тишина окутала ее, словно панцирем и звенела, будто назойливая муха. Вода сочилась с потолка и текла по стенам, уходя в каменный пол. Было холодно. Девушку, до костей, пробирал озноб, и она никак не могла справиться с этим, чтобы согреться. Осмотрев себя, она увидела кожаные штаны и такую же куртку на пуговицах. Удивившись, девушка пыталась вспомнить, как это все одела на себя, и когда это произошло, но как ни напрягала память, так и не смогла ничего достать из подсознания. Такое чувство, словно прошлое стерли, вырвали из ее памяти, заставили забыть… но вот как?

Где-то вдалеке что-то зашумело и, загремев, эхом раскатилось во все стороны. Вскинув длинные густые ресницы, девушка, в испуге, оглянулась, но, не обнаружив ничего подозрительного, вновь углубилась в себя.

Становилось холоднее. Она стала дрожать, но продолжала стоять на месте, пытаясь все расставить по своим местам.

«Я помню врата, словно вырезанные из дерева. Потом появилась сфера с молниями, заключившая меня с Фролом. Затем была… смерть! Я умерла, осыпавшись песком. Алекс заключил мой дух в Храме Тьмы, над каменной статуей самого себя. Потом было пробуждение. Храм Ада штурмовали, и он не выдержал осады. Мой дух освободился… и теперь я здесь, в новом теле. Но где я? Что это за место? Мой дух… Тело умерло… рассыпалось пылью. Значит, я всего лишь бесплотный дух! Фрол, милый, что же ты натворил, глупышка! Однако у меня есть шанс стать прежней. Нужно лишь выбраться отсюда. Отсюда… Если я дух… а все души попадают… Боже! Преисподняя! Самое ее начало. Чистилище!»

Девушка осела на пол и, закрыв лицо руками, заревела, содрогаясь всем телом. «Что ты натворил! Что же ты натворил!» Просидев так долгое время, она все же поднялась и, смахнув постоянно текущую кровь из носа, решилась идти. Вначале это были маленькие шажки, словно поступь ребенка вот-вот научившегося ходить. Но потом они все больше и больше приобретали уверенность. Совсем скоро Аэрис овладела своим телом (если можно было его так назвать) и довольно-таки быстро перемещалась по коридору.

Как она и предполагала, это оказался лабиринт. Лабиринт самого чистилища. О чем-то подобном говорили Старшие Вампиры, когда она сама была еще ребенком, по меркам их времени. Старшие утверждали, что отсюда есть выход. Шанс наткнуться на него крайне мал, если не сказать – ничтожен. Это словно соревноваться на арене с чемпионом. Призрачная надежда всегда теплится внутри, но возможность ее использования заканчивается провалом. Лишь одному Старшему (на ее памяти) удалось вырваться из цепких лап преисподней и возродиться в новом теле. Он рассказывал страшные… жуткие моменты своей жизни, но именно они должны пригодиться ей в этом месте и девушка решила использовать любую возможность, любой шанс, чтобы оказаться далеко отсюда. С ее любимым! С ее Фролом! «А если не удастся его остановить, призвав к самым лучшим его чувствам, то пусть я стану той, кто убьет мага, поднятого с той целью, чтобы поставить весь мир на колени. Я сама совершу это, как бы мне не горько приходилось об этом думать. Я возьму на себя такую ношу. Пусть смерть моего любимого будет моих рук дело, если до этого все же дойдет. Я приложу все силы, все свое умение, чтобы не допустить подобного, но… Не все зависит от нас самих!»

Девушка резко остановилась, упершись в «Т» образную развилку коридора. Один уходил вправо, другой влево. Она прислушалась. Звенящая тишина резала уши, но вокруг не происходило совершенно ничего. Аэрис лишь впустую потеряла десяток драгоценных минут и решилась свернуть влево. Что побудило ее принять подобное решение, оказалось загадкой. Возможно, любящее сердце подсказало. Она, почему-то была уверена, что выбрала правильное направление и теперь ничто не помешает ей на пути добраться до цели, которая стала согревать и уже не казалась такой далекой и неосуществимой.

Полумрак не мешали ей ориентироваться и быстро принимать решение. Чувствовала она намного лучше, чем при пробуждении. Прежняя сила, как она думала, практически полностью вернулась, и теперь местонахождение выходов было делом времени.

Девушка свернула на очередном повороте и едва не столкнулась с неким лысым низкорослым существом, увенчанным на голове небольшими рожками. Оно сидело к ней спиной и ковырялось в брюшине лежащей перед ней тушей, смутно похожей на человеческую. Тварь медленно повернуло голову и такими же глазами с вертикальными зрачками, посмотрела на Аэрис. В следующее мгновение, оно прыгнуло вперед и вцепилось зубами, больше похожими на кухонные ножи, в плечо девушки. Та ничего не смогла противопоставить. Даже ее молниеносная реакция вампира оказалась бессильной. Она вскрикнула и попыталась отцепить от себя вгрызающуюся в плоть тварь, но схватка явно была не равной. «Почему? Где моя сила? Что происходит?» Она смогла лишь отвести голову существа в сторону и самой впиться в, находящуюся в нескольких дюймах, шею. Кровь или то, что ее заменяло, потекла по внутренностям вампира. Странное дело, сил от этой короткой трапезы девушке не прибавилось, но… непонятным образом усилило голод и потребность в еде. Страх стал возрастать. Отчаяние медленно заполняло каждую клеточку ее организма.