Гора семи пороков

16

Время истекает.

Эти слова накрепко засели в голове Дориана, когда он направился следом за своими необычными друзьями вперед по узкой тропке, огибающей гору. Слева высился монолитный кряж. Справа зияла укутанная туманом пропасть. Туман выбирался из нее, набрасывая петли на тропу, - чудилось, вот-вот запнешься о них, и полетишь вниз! – но страха почему-то не было.

Дориан шел, погруженный в свои мысли, так и эдак прокручивал в голове два слова, брошенных привратником и никак не мог понять, что побудило его произнести их. Время истекает – почему? У Алекса должен был быть в запасе месяц. Хорошо, уже не месяц, но дней двадцать, минимум десять у него же должны быть! Ночь… может, Арнон опасается прихода ночи? Ночью идти будет сложнее – это верно, но это же не значит, что настанет конец и пути, и всем надеждам разом!

И, ведь главное, не допытаешься у этого негодяя, что он имел в виду. Ландау, бросив несколько фраз, снова замкнулся в себе, абсолютно игнорируя окружающую действительность.

Дориану даже казалось, что делать это привратник специально, нарочно отстраняется от реальности, чтобы не поддаться вдруг снова чувствам. Похоже, путешествие в мир живых сильно взволновало его, вынудило испытать эмоции, каковых давно не испытывал, и теперь парень просто боялся опять вернуться к ним.

Но почему? Что мешает ему вновь начать чувствовать, что мешает пройти тот же путь, что и Алекс, или, быть может, найти какой-то другой способ, и снова жить? Кто запрещает ему вернуться к жизни? Неужели знающий? Или, может…

Закончить мысль молодому человеку помешал внезапно раздавшийся голос друга.

- Слушай, а раз уж я такая необыкновенная душа… - Алекс продолжал идти, разгоняя туман призрачным телом, - Что мне полагается за достижение пути?

Ответ привратника был короток и холоден.

- Жизнь.

- И только? – призрак удивленно обернулся, - Вообще-то, я думал, что меня встретят всякие там почести… награды… В конце концов, став живым, я же должен буду на что-то жить! Мне нужны деньги.

- Ты слишком рано заговорил о наградах, Александр, - в голосе Арнона, казалось, похрустывал снег, - Ты пока еще лишь тень. Дух. Тебе нет нужды питаться, ты не живешь.

- Но я буду жить! – Шеа гордо выпятил грудь, - И вот когда буду – мне понадобятся средства. Хм… может, подрядиться уничтожать паразитов за деньги?

Дориан удивленно хмыкнул, приподнимая брови. Поведение друга заставляло его недоумевать.

- Не замечал за тобой прежде такой алчности, - отметил он и тотчас же перевел взгляд на Ландау, - Это что, еще один порок?

Привратник едва заметно пожал плечами. Знал он что-то или нет – угадать было трудно, а гадать бесполезно. Арнон, судя по всему, вообще предпочел замкнуться в себе и сейчас казался еще более холодным, чем в начале пути. С чем это связано, Дориан не знал, хотя и мог предположить. В мире живых Арнон едва не сорвал замок… знающий был этим недоволен, тут сомневаться не приходится. Тем более, что и сам Арнон честно сказал – на Горе Семи пороков его быть не должно. Он оказался здесь по причине… Алекса? Да что же он, в самом деле, за душа такая, что даже привратниками управлять научился! Нет, это надо выяснить.

Парень прибавил шагу и, едва ли не наступая на пятки идущему впереди привратнику, тихо проговорил:

- А мне ты можешь сказать? Кто он?

Арнон только покачал головой. Сознаваться ему не хотелось. И не только, не столько потому, что привратник ощущал необходимость сохранить до поры тайну, но и… по другой причине. Он не хотел признаваться в этом даже самому себе, но чувствовал, ощущал подспудно, что каждый шаг приближает его – именно его, а не Александра Шеа! – к чему-то новому. Что впереди ждут какие-то изменения, неизвестно, приятные или не очень.

Да и вообще… что для него, отказавшегося от чувств, может означать слово «приятно»? Он же запретил себе испытывать эмоции, запретил давно… Сорвался в мире живых, но после беседы со знающим решил, что вновь прекратит чувствовать.

Другой разговор, что спутники его этого решения принимать не желали. Где-то в глубине Арнона это раздражало, но на поверхность он эмоции не выпускал.

Да как же они не понимают? Они относятся к нему, как к равному, как к человеку или тени человека, но ведь он – это нечто совсем другое! Он уже давно не человек и не тень человека, он просто существо, привратник, а человеческая форма… ну… может, просто дань памяти прошлому. В любом случае – когда Шеа получит то, чего так страстно желает, они уйдут в мир живых. Оба! А он останется здесь, вернется к своим прямым обязанностям. Какой смысл привязываться, если расставание все равно неизбежно и случится уже вскоре?..

- А еще мне, наверное, понадобится свита… - ввинтился в мысли голос Александра, - Ну, или, как это… Кортеж, сопровождающие… Если все узнают, что я вернулся с того света, я же стану чертовски знаменит!

- Тебе понадобится охрана, - насмешливо ввернул Дориан, - Иначе заинтересованные ученые поспешат распилить тебя на кусочки, чтобы понять, как тебе это удалось.

Это заявление, судя по всему, произвело на неугомонного, подверженного порокам духа, впечатление. Он притих, потупился и очень заметно принялся переваривать такой вариант.

Ландау чуть заметно улыбнулся.

Глупец. Он даже представить не может, что его ждет, какая роль уготована ему… Быть может, живому и в самом деле следовало бы держаться подальше от него. Впрочем, даже если он даст такой совет, Дориан не согласится. Он довольно упрям, этот живой парень.

Привратник сдержал вздох. А может быть, он ошибается? Может, Александр Шеа стоит дружбы этого человека?.. В конце концов, надо быть совсем уж законченным подонком, чтобы не вызывать ни в ком приязни и дружеского участия. Таких людей мало, и вряд ли Алекс – один из них. У эгоистов тоже есть друзья, и порою их довольно много…

- Что это там? – голос Дориана снова нарушил ход мыслей Арнона. Алекс, в свой черед отвлеченный от пасмурных размышлений, подозрительно вгляделся вперед.