Гордячка для мажора

Глава 1. Беркли, вот и я

Мну в пальцах рукав толстовки. Ткань затёртая до дыр, но это последний подарок Брэдли.

«Носи, мелкая, и помни — ты сильнее, чем думаешь».

Ага, конечно. Сильная я. Настолько сильная, что стояла как столб и смотрела, как увозят единственного человека, которому я была нужна. Даже голоса не подала. Просто сжимала эту толстовку и... всё. Брэдли ещё умудрился подмигнуть мне через стекло. Улыбнулся своей фирменной улыбкой — мол, всё окей, малявка, прорвёмся.

В животе урчит. Блин, когда я вообще ела? Вчера? Позавчера? А, точно. Вчера утром доедала остатки пиццы, которую Рэй не доела. Холодная, с застывшим сыром. Но хоть что-то.

Оглядываюсь. Мрамор везде. Всё такое... идеальное. Люди тоже под стать интерьеру — отполированные до блеска, с фальшивыми улыбками.

А я тут со своим ободранным чемоданом. Колёса визжат при каждом повороте — одно вообще заедает.

За стойкой регистрации сидит женщина. Укладка — ни волоска не выбилось. Улыбка приклеена намертво, но глаза холодные.

— Чем могу помочь?

Ой, какой тон... Прямо так и слышится: «Чего припёрлась, оборванка?»

— Эвелин Грей. Комната 307.

— А-а-а, — тянет она, и брови взлетают к самой причёске. — Вы та самая... стипендиатка.

Ох, как же хочется ответить. Прям язык чешется выдать что-нибудь типа: «Удивительно, правда? Оказывается, можно поступить в Беркли и без папиного кошелька».

Но нет. Прикусываю язык так сильно, что чувствую металлический привкус. Шесть месяцев подготовки. Ночи без сна. Учебники вместо еды. Я не для того через все это прошла, чтобы вылететь в первый день из-за своего длинного языка.

— Да, это я.

Она театрально вздыхает. Достаёт откуда-то ключ, кладёт на стойку.

— Третий этаж, правое крыло. Лифт, к сожалению, временно не работает.

Хватаю ключ и тащу чемодан к лестнице. Три этажа. С этой колымагой. Супер.

Первый пролёт — нормально. На втором уже пот выступает. К третьему ноги гудят, дыхание сбивается. По пути встречаю несколько девиц. Все как под копирку. Окидывают меня взглядом с ног до головы и морщатся, будто от меня воняет.

Да пошли вы все. Я тут по праву. Заслужила.

Но всё равно неприятно. Думала, готова к такому приёму. К снобизму, к презрению. Оказалось нет. Одно дело знать, что тебя будут гнобить. Другое — чувствовать это на собственной шкуре.

Наконец добираюсь до третьего этажа. Ноги гудят, спина мокрая, дыхание как у астматика. Правое крыло... где это, черт возьми? А, вот табличка. 305... 306... 307.

Достаю ключ. Пальцы трясутся. Ключ никак не попадает в скважину.

— О. Мой. Бог.

Резко оборачиваюсь. За спиной стоит... как это назвать? Ожившая обложка Vogue? Инстаграм-модель? Нет, это слишком просто. Эта девица — квинтэссенция всего, чем я не являюсь.

— Значит, слухи не врут?

— Какие слухи?

Хотя догадываюсь. Новости тут разлетаются быстрее скорости света.

— О том, что к нам подселили... — она делает паузу, смакуя момент. — Стипендиатку из гетто.

Из гетто? Да я из обычного трейлерного парка, но ей-то какая разница.

Щёки горят, но стараюсь держать лицо.

— Оперативно у вас тут сарафанное радио работает. Я польщена таким вниманием, —выпрямляюсь, смотрю ей прямо в глаза. — Эвелин Грей.

— Блэр Кингсли. И поверь, милая, к концу семестра таким как ты здесь места не будет. У нас свои... стандарты.

— Правда? И какие же? Минимальная толщина папиного кошелька? Или количество пластических операций до совершеннолетия?

— Увидишь.

Ключ наконец-то проворачивается в замке. Слава богу, хоть что-то идет по плану. Захожу и захлопываю дверь прямо перед её носом. Прислоняюсь спиной, пытаюсь отдышаться. Сердце колотится как бешеное.

Ну и пусть. Пусть ненавидят. Я не за их любовью сюда приехала.

Оглядываю комнату. Вот это контраст... Справа — это прямо обложка журнала «Богатая сучка». Шелковое покрывало розового цвета. Постеры на стенах. Туалетный столик завален косметикой.

А моя половина... Ну, это даже смешно. Голые стены. Кровать узкая. Стол пустой, даже лампы нет. Подчеркнутый минимализм? Скорее вкус нищеты, как есть.

Ставлю чемодан и сажусь на кровать. Пружины жалобно скрипят. Отлично. Буду всю ночь скрипеть при каждом движении. Соседка обрадуется.

— Чёрт!

Дверь распахивается без стука. На пороге ещё одна блондинка. Но эта хоть выглядит живее — глаза не стеклянные, улыбка вроде настоящая.

— Так ты моя новая соседка? Я Скарлетт.

Грациозно проплывает мимо меня, усаживается на свою кровать. Ноги складывает как-то по-особенному элегантно. Наверное, в их мире это важный навык — красиво сидеть.

— Эвелин. Можно просто Эви.

— Ммм, — она разглядывает меня с ног до головы. — Я просила одноместную. Папа даже декану звонил.

— Сочувствую. Но меня тоже не спросили.

Начинаю выкладывать вещи. Жалкое зрелище. Пара джинсов, несколько футболок, нижнее бельё. Всё помещается на двух полках.

— Давай сразу проясним, — Скарлетт наклоняется вперёд. — Я не собираюсь изображать подружек. У нас с тобой разные... орбиты, понимаешь? Ничего личного.

По крайней мере честно.

— Понимаю. Не волнуйся, навязываться не буду.

— Отлично. Но кое-что тебе стоит знать. Это Беркли, детка. Здесь всё решают связи. С кем дружишь, где тусуешься, во что одета. Завтра вечеринка — начало семестра. Будь там, если хочешь хоть как-то вписаться.

Смотрит на мои вещи с плохо скрываемой брезгливостью.

— Хотя в этом... тебя точно не пустят.

Телефон вибрирует. Достаю — экран весь в трещинах, еле работает.

«Нужна на смену. Двойная ставка» — сообщение от Рэй.

Двойная ставка. Это шесть часов в "Розе". Ноги будут отваливаться, спина ломиться. Пьяные уроды с их сальными шуточками и лапами. Но деньги. Мне позарез нужны деньги.

«Буду в одиннадцать».

— Слушай, ещё пара моментов, — Скарлетт проводит пальцем по тумбочке, проверяя на пыль. — Никаких гостей после десяти. Мои вещи не трогать. Свою половину содержи в чистоте. И... — она делает паузу, — не влюбляйся в Джейдена Монтгомери.