Горгона. Богини тоже ошибаются 3 часть

Глава 24

Виарн перенёс нас на Землю без всяких спецэффектов — вот мы стоим в торжественном зале и под лёгкое негодование и страх Гондальфы в последний раз осматриваем свои личины. На нас с Димом личины лишь скрывали признаки наших рас — уши, саккараш, клыки. Детям же Виарн перекрыл магию, от чего они стояли словно оглушённые и недовольные. Десятилетние близнецы и пятилетняя Линея всё привыкли делать с поддержкой магии. Возраст их в физическом восприятии был почти одинаковым — горгоны росли не так, как люди. Девочкам саккараш я заплела в косы, которые достигали колен. Алю сделали личину — его волосы тоже были длинными. Последний раз осмотрев нашу немного притихшую в ожидании чуда толпу, Виарн что-то рыкнул — и вот мы уже на Земле.

Сразу почувствовала запах города: выхлопные газы, запах уличной еды, непрекращающийся гул живого мира. Я глубоко вздохнула, Дим в защитном жесте прижал к себе детей, которые с испугом смотрели по сторонам.

— Это парк, — коротко сказал Виарн. — Времени прошло мало после того, как ты ушла, поэтому всё будет понятно. Итак, какие развлекательные программы желаем? — обратился он к детям. Те ещё не соображали, поэтому молчали.

— А язык?.. — в сомнении спросила я. — Забыли про язык?

— Обижаешь… — протянул Виарн.

— Хорошо, — кивнула я и, закрыв глаза, сканируя всё вокруг, сразу почувствовала, как мои силы стали куда-то утекать.

— Советую не использовать магию, — улыбаясь, сказал Стаур. — Щит сразу её забирает. Ходим как мышки.

— Почему сразу не сказал? — недовольно посмотрела на Виарна.

— Я хочу тебе рассказать, — тихо сказал Стаур. — Всё рассказать, — подчеркнул он.

— С чего вдруг? — насторожилась я. — Только попробуй испортить мне жизнь, Виарн — придушу.

Стаур рассмеялся и пошёл к ожившим детям, которые увидели вдалеке карусели и вприпрыжку пошли туда, а за ними — как приклеенный — Дим. Что такое карусели, дети знали — я как могла создала похожие в Гондальфе. Но здесь же всё немного по-другому.

Несколько часов мы выгуливали мелочь. Потом зашли в летнюю кафешку перекусить. Дим нюхал и морщился от современной еды, а я с наслаждением пила и чай, по которому соскучилась, как оказалось, и кофе, и колу. Потом соблазняла Стаура, чтобы он организовал эти вкусняшки ко мне на Гондальфу — чисто для собственного пользования. А лучше всего — притащил растительность, которая эти вкусняшки даёт. Стаур запросил много… много камней силы, но я согласилась. Оказывается, я очень скучала. Наблюдала за людьми, за оживлённой улицей, на которой без остановок ездили машины. За довольными детьми, которые уже нашли друзей, а Линея успела подраться. Кафе было большим, сюда приходили в основном с детьми, и был специальный уголок для мелких, где в чанах — разноцветные шарики. В сухих бассейнах резвились неугомонные карапузы, пока их родители, уставшие, отдыхали за чашкой чая или кофе.

Дим кинулся разнимать малышню — к драке подключилась Арина. Косы девчонок всё–таки надо было замаскировать: мальчишки такие мальчишки, как не дёрнуть за такую красоту? Надеюсь, Дим хорошо усвоил правила поведения в этом мире.

— Стаур, — несмотря на Виарна, сказала я, — у тебя есть момент мне сказать всё, что хотел. Потом я не захочу слушать.

Стаур не стал мяться, словно ждал этого момента. И тогда я узнала много интересного. И то, что я — осколок души богини, её аватар. И то, что в момент сильной опасности сама, не понимая, как именно, перенесла на Землю и себя, и Периона.

Он был так рад, так рад… гад, что бросил меня в детском доме, а сам стал готовить плацдарм для других Виарнов, став для них как маяк, на свет которого они приходили. Нет, за мной наблюдали и даже иногда помогали — и ждали, когда же я войду в возраст, когда можно окончательно выпнуть меня отсюда.

Моё настроение от этих слов не прибавилось. Потом мне рассказали о судьбе Виарнов и Создателей. Одни любили своих господ и преклонялись им. Другие, считавшие себя детьми, посчитали себя преданными, когда их отправили в свободное плавание.

Я скептически приняла мысль, что Создатели сами смогли закрыть на планете-тюрьме целую всемогущую расу. Кто-то им в этом помог — и это факт. Виарн мою гипотезу принял и сказал, что они тоже склоняются к такой версии. Но Создатели не идут на разговоры и воспринимают всё в штыки.

— Чего же ты хочешь от меня, Виарн? — спросила я затихшего Стаура.

— Ничего, — удивил он меня. — Когда ты вернёшься в тело Раниэль, она уже будет всё знать. По сути, рассказываю всё это я ей. Надеюсь, ты не в обиде.

— О, что ты, — усмехнулась. — Ты настолько меня ошарашил тем, что я всего лишь осколок шизанутой богини, что такая мелочь меня не смущает.

— Не обзывайся, — усмехнулся Стаур.

— Ну, здесь, когда у человека раздвоение личности — он считается шизофреником, сумасшедшим, — я развела руки в стороны. — Если честно, мне всё равно, — потом посмотрела по сторонам. — Но что вы будете делать с такой толпой необученных всемогущих магов — это вопрос.

— Посмотрим. Щит уже давно работает в аварийном режиме, поэтому стали появляться попаданцы в другие миры. Мы слышим зов своих Создателей, наблюдаем за ними, но не лезем. Вначале мы думали, что это в ком-то просыпается кровь Древних. Оказалось, что они все отсюда.

— Да, представляю. А Раниэль вам зачем? — всё равно спросила я. Осознавать, что я — осколок чьей-то сущности, буду уже потом. Пока собираем информацию…

— Этого я не могу тебе сказать, — сказал Виарн. — Ну что, смотрю, твои дети насладились новыми приключениями — и пора вам домой.

— Если всё как ты сказал, Виарн, то мы дома. У родителей… — усмехнулась я, получив в ответ такой же оскал.

Дети были немного потрёпаны, но довольны. Они наперебой рассказывали, как здесь хорошо, и что они не откажутся вернуться.

Линея категорически не захотела расставаться с мелким мальчишкой, которого тащила за собой, и злилась, что за ней следом идёт какая-то женщина и вырывает нового друга из рук. Да-а-а… зря он её за волосы дёрнул. Хотя, может, всё дело в другом. Посмотрела на них вторым зрением — и мои опасения подтвердились: между детьми была тонкая, незримая ниточка связи.