Гори со мной

Пролог

Первый пожар в части двадцать семь я запомнил не по количеству погибших, а по сладковатому, приторному запаху. От него хотелось вывернуть нутро наизнанку. Я знал его с детства. Но в детстве он был просто воспоминанием. Сейчас — реальностью. Густой, едкий, он заполнял заброшенное здание, въедался в одежду и оседал на языке.

Даже через фильтр маски.

Эта тварь кричала. Губы тряслись и просили прощения, которого не заслуживали. Глаза, полные слёз, смотрели на меня снизу вверх.

А я просто стоял и смотрел. Здесь я был не спасателем. Я был учителем.

— Пожалуйста... Я больше не буду...

Врёт. Все они врут, когда припечёт.

Его руки — обожжённые, в волдырях — вжались в подлокотники. Он сам привязал себя к этому стулу, когда решил, что имеет право играть с огнём. Теперь огонь играл с ним.

Я не отводил взгляд. Вдыхал запах его горелой плоти. Медленно. Спокойно. Так же, как когда-то он вдыхал дым чужого дома, стоя на другой стороне улицы.

Когда крики перешли в хрип, а хрип — в тихие всхлипы, я вышел на улицу и стянул маску.

Набрал номер с одноразового телефона, назвал адрес и бросил трубку. Через десять минут здесь будут копы.

Нельзя играть с огнём. Никак нельзя.

Огонь не прощает. Я — тоже.