Гори Жить 2

3.Тибет

Тибет

«Это – край земли. Конец

геологии; предел.

Место точно под венец

в воздух вытолкнутых тел»

И. Бродский, «В горах»

Раны затягивались быстро. Боль ещё не прошла, но огромный синяк, оставленный слоном на ноге, светлел на глазах. Майку скоро надоело лежать, и он бодро хромал по номеру, не решаясь, впрочем, нарушить запрет Джима на выход из гостиницы.

- Теперь тебя одолеет аппетит, - заверил Майка друг, - твоему телу требуется огромное количество строительного материала. Мало того, что у тебя шло обычное для живущих перестроение организма, так ещё и травмы…

Подобно голодному зверю Майк поглощал всё, что носил Джим из лучшего здешнего супермаркета.  В груди кололо, всякое неловкое движение отдавалось резями, да и сиделось неудобно: нога затекала и ныла.

Джим рассказал много нового, но ответить на вопросы, мучившие Майка, не мог. Да, он странствует по свету, по собственной инициативе борясь с несправедливостью в мире людей. Бессмертных мало, они не требуют большого внимания. Честно говоря, Джиму вообще непонятно, для чего он существует. Он, если угодно, вынужден убивать время, катаясь с Джо на волнах или напиваясь с Майком балийскими ночами.

Нет, он не лишает негодяев жизни вот так чтобы сразу, тем более своими руками. Он позволяет себе вмешаться лишь тогда, когда злому человеку удается создать практически неразрушимую систему угнетения и обмана. Да, он всегда оставляет выбор: памятный Майку южноафриканский плантатор мог бы и не прижиматься к дереву с пиявками. Сел бы на корточки, как сделал проводник… Ну, а раз прижался – всё, воля Джима свершилась!

Да, он понимает, что толку в такой деятельности – чуть. Он один, людей – миллиарды. Но ведь главная роль Джима – надзор за деятельностью живущих! Участие в жизни живых – это так, хобби. Нет, он не знает, кто дал ему такой наказ. Просто почувствовал в себе. Месяца через – уже и не вспомнить – три, что ли, от того момента как к нему, воскресшему на берегу в Назаре, явился Джо.

Джим красочно описал, как он сирый и убогий, поднимается подле скрюченного своего тела – а шторм бушует, волны неистовствуют, студёный ветер на клочки рвёт низкие чёрные тучи – и тут, обернувшись, он видит Джозефа Макальпина, воссиявшего во всей своей белокурой красе, трепещущего разноцветьем сине-зелёных клеток своего клана…

Джо попытался воспитать из Джима своего помощника – вот как сейчас он учит Лили, а до неё обучил ещё несколько десятков своих «наместников». Но к Джиму скоро и чётко пришло осознание своего назначения – что принесло ему некоторое разочарование, хотя и удовлетворение тоже.

Поддерживать справедливость в отношениях между бессмертными – это так легко! Критерии добра и зла толком не выработаны, поэтому он следит, чтоб живущие не вмешивались в дела друг друга. Что они творят – бог ведает, он им и судья…

Живые? Должен ли он заботиться о живых? Не раз и не два задавал Джим этот вопрос в пустоту, но не получил ровно никакого ответа. По-видимому, силам, воскресившим его, безразличны судьбы людские. Ну, поживут человеки, ну, набедокурят. Нарушат ими же выдуманные правила… Что с того? Главное, чтобы живущие действовали, не выходя за рамки полномочий. Их подопечные – тем более.

Откуда ему известны нормы взаимодействия живущих? Вшиты в память, улыбнулся Джим. Яркий пример экзистенциального озарения. Знание, пришедшее само собой, ниоткуда. Всё просто: живущие не препятствуют друг другу и не осуществляют насилия над живыми.

Лично он всегда даёт своим «жертвам» возможность избежать кары. Порой, правда, проявляет настойчивость. Если б означенный плантатор не получил от пиявки дозу бактерий, продуцирующих нейротоксичные вещества, Джим нашёл бы иной способ ограничения его дееспособности. Возможно, ещё более эффективный. Свёл бы гада с голодными, допустим, крокодилами. Или побудил бы проинспектировать высоковольтный трансформатор…

Аттикус? Он точно сумеет объяснить больше Джо и Джима. Он намного раньше стал живущим – но до сих пор один. У него нет помощников. За все эти столетия он так и не нашёл никого, кого бы ему захотелось сделать живущим и назначить своим пособником. Отчаявшись, он даже попытался создать совершенное существо самостоятельно, да только не получилось. Ну, это тайна. Алекс никому не показывает своих… питомцев.

Белла – вот она наверняка знает что-то, что сокрыто от остальных живущих. Начать с того, что Прекрасная находится на Земле с тех времён, когда вся вода находилась в атмосфере, кислород пребывал в связанном состоянии, а до появления самой что ни на есть одноклеточной жизни оставались сотни миллионов лет.

Неизвестно, что именно она тогда делала. Разрушала, разъединяла, упрощала… Она – воплощение силы деструкции. Хотя, если разобраться, её усилиями создается даже больше, чем потугами Аттикуса.

Как? Да очень несложно! Не забыл ли Майк ту неотразимую даму с Бали, которую он встретил еще до знакомства с Джо и Джимом?

Майк кивнул, дожёвывая очередного цыплёнка, на сей раз жареного.

- Это помощница Беллы. Их по всему миру, не знаю, тысячи… У них разные обличья, но их не спутаешь ни с кем. Каждая из них желанна до такой степени, что мужчины прямо-таки с ума сходят, абы овладеть красоткой.