Горький шоколад

***Глава 2.***

Когда слезы высохли и сил плакать больше не было,  я тихо сидела на своей кровати, подогнув ноги и спрятав лицо в коленки. 

После ужина состоялась дискотека, на которую мне совсем не хотелось идти, но благодаря уговорам подруг, я все же пересилила себя и пошла. Наводить морофет я отказалась. Пускай все увидят мои красные и опухшие от слез глаза. Может тогда Андрей поймет, что был мне не безразличен. Если бы мне было на него наплевать, я бы не плакала и расставание приняла бы спокойно. 

Но Андрей так и не заметил в каком я состоянии, ему было хорошо…там…в кругу друзей. Под громкую музыку он танцевал и смеялся. Ему хлопали и пытались повторить хоть какие-то его движения, но ни у кого не получается так красиво двигать как у него. Его движения резки, точны и вызывают тонну аваций. В танцах ему нет равных и он об этом знает, так как ещё никто не смог его превзойти.

Я тайком наблюдала за ним…за тем, как он счастлив без меня. Ему совсем не нужна была девушка. Как я поняла, для него она обуза, которая давит на него и заставляет сидеть всегда рядом с ней, дышать ею, думать только о ней. А он..он любит свободу, его кислородом являеться музыка, а сидеть на месте он не привык. Его жизнь — движения. Отношения для него клетка. А он — дикая свободная птица, жаждущая покорить себе небеса.

Самым кошмарным для меня на этой дискотеке являлся медленный танец. Видеть как с широкой улыбкой на лице Андрей приглашает на танец мою подругу Дашу, а она, покраснев, позволяет взять ее за руку, было выше моих сил. Прижавшись к ботарее спиной, я была на грани нервного срыва. Хотелось кричать, размахивать руками и проклинать тот день, когда Андрей сказал первое в моей жизни "люблю". Но я не могла себе это позволить. Сжав кулаки, что аж костяшки пальцев побледнели, и до крови прикусив нижнюю губу, я уставилась в пол, чтобы не видеть счастье на лицах Андрея и Даши. 

Я понимаю, что Андрею наплевать на мои чувства, так как думает, что их у меня больше к нему нет. А вот повидение подруги я охарактеризовать не могу. По лицу видно, что она давно мечтала оказаться в объятиях этого парня. Вон как улыбается. Да и глаза заблестели, когда он на ее улыбку ответил тем же. 

Я даже не заметила, как опять начала на них пялиться. Да что же это за черт! Оттолкнувшись от ботареи, направилась к выходу из этого душного, пропитанного духами и потом, зала. Хотелось скорее покинуть это место. Убежать и скрыться от Андрея и подруги, которая так жестоко со мной обошлась. Знала же ведь, что мои чувства к Андрею ещё не остыли и своим поведением она причиняет мне невыносимую боль в сердце. Рвет душу.

Я уже почти была около двери, как чья-то рука схватила меня за запястье. Резко остановившись, я обернулась и посмотрела на того, кто посмел меня взять за руку. 

— Дима? — непонимающим взглядом уставилась я на парня. — Ты чего? — растерялась я, не ожидая от Маркова такого.

Место ответа парень робко улыбнулся и потянул меня на середину зала, туда, где танцевали, обнявшись, Андрей и Даша. Я отпиралась и пыталась высвободиться от руки, сжимающее мое запястье, но результата это никакого не принесло, поэтому я покорно пошла следом за Димой, опустив голову, чтобы не видеть тех, кого никогда не хотела бы видеть.

Спустя шагов десять, парень остановился и, обхватив другой рукой мою талию, привлек к себе. Мои глаза тутже округлились и стали ещё больше. Такого поворота событий я не ожидала и повидение Димы, можно даже сказать, немного напугало меня.

Первое мое впечатление о нем было очень даже хорошим. В санаторий мы приехали на одном и том же автобусе. В отряд нас определили тоже в один. Комнаты наши находились не так уж и далеко, но общались мы редко. Его вечно не было в нашем корпусе, тусовался часто в соседнем. По-видимому там были у него друзья, но и в нашем отряде были те, кого он давно знает. Взять к примеру Андрея. Не этого, кто растоптал мое сердце, а его двоюродный брат — Андрей Митрофанов. Вроде бы братья, но ещё ни разу я не видела, чтобы они о чем-то разговаривали. 

Дима всегда был для меня загадкой. Он что-то постоянно скрывает от других. Старониться. А на дискотеки приходит крайне редко. Сегодня же он меня удивил: не только тем, что решил посетить сие мероприятие, так ещё и на медляк меня приглосил. 

Продолжая смотреть в глаза парня я старалась понять, что следует от него ожидать. 

Что же у тебя в голове? Что ты задумал? К чему это все?

Заметив на моем лице полное непонимание происходящего, парень ничего не сказал. Лишь улыбнулся и отвернулся.

Так, в полном молчании, мы медленно двигались под музыку и я на короткое время забыла, что в двух шагах от нас с придательницей Дашей Бугаковой танцует объект моих сегодняшних слез. 

Уткнувшись носом в Димину грудь, я прикрыла глаза и обвила своими руками шею парня. Тот, немного осмелев, притянул меня к себе ещё ближе и его руки сползли с моей спины на поясницу. По телу прошла сладкая дрожь, от которой мне стало как-то не по себе, но отстранитья от парня я не спешила, так как если я разомкнутой объятия и оторву голову от его груди, то увижу Андрея и его, причиняющую мне боль в сердце, ухмылку.

Нихочу. Нихочу больше его видеть.

Дима, прошу тебя, спрячь меня от него. Укрой, обними. Не размыкай кольцо рук. Песня, молю тебя, не заканчивайся.

Но крутить одну и ту же песню диджей был ненамерен и мелодичная и спокойная песня закончилась, а вместе с ней пришел и холод. Дима убрал свои руки с моей талии и мне пришлось убрать свои с его шеи. В этот момент я почувствовала холодное оденочество.

— Спасибо, — прошептал парень, обдувая горячим дыханием мое ухо.

По телу пробежала приятная дрожь, а щеки вспыхнули и стали походить на два спелых помидора.

Затем Дима сделал то, что окончательно повергло меня в шок.