Горький вкус калины

Глава 1

- Вы хорошо себе представляете, чьи интересы… эм-мм… Что за сделки Вы требуете признать действительными? – пожилой судья позволил своим увесистым очкам в позолоченной оправе скользнуть по переносице, и глянул на меня поверх них. Укоризненно. Осуждающе. Так любят «распинать» юристов, забывая о том, что правосудие слепо…

По обе стороны от него женщины-судьи тоже напряглись, но молчали, сверля меня взглядами.

- Полагаю, что хорошо. – невозмутимо отвечаю, дрожа от желания рассмотреть того, чьи глаза упрямо прожигают меня со спины. Паника пускает колкие нити тока по нервным окончаниям, и спину покалывает, будто он собирается меня расстрелять после заседания. Прямо сейчас заправляет патроны в магазин, не сводя с меня глаз!

Едва сдерживая эту чертову дрожь, я судорожно сглатываю, вздергивая кверху нос. Не хватало еще, чтобы мое замешательство стало предметом обсуждения.

- Заседание переносится на двадцатое число в связи отсутствием одного из участников и в связи с вновь открывшимся обстоятельствам. Судебное решение придет участникам процесса электронной рассылкой, публикация резолютивной части в пятидневный срок. – бесцветно бубнит мужчина в черной мантии, окатывая меня леденящей паникой.

Выйти из этой камеры пыток и встретиться лицом к лицу с этим… заказчиком. Истошно вопя внутри от тревоги, я шагаю из зала заседаний прочь, в шумный коридор, стараясь не представлять, что произойдет дальше. Конечно, об этом стоило задуматься чуть раньше, когда я взяла разбирать арбитражный спор двух крупных компаний, но тогда мною двигало банальное чувство заработка. У меня нет богатеньких заступников, чтобы содержать, и крутиться в жизни привыкла сама. Так вот и расплата!

Едва оказавшись в коридоре, я делаю шаг в сторону и упираюсь «простреленной» спиной в стену, делая глубокий вдох. Края старенькой блузки под лацканами некрасиво оттопырились, потому что я выросла из нее еще на первом курсе универа, а сейчас… Словно в замедленной съемке мимо меня проплывает этот самый человек, настолько волнующий, что коленки готовы подкоситься. Хмурое серьезное лицо с внушительным шрамом на шее, сверлящие глаза неопределенного цвета, отнюдь не романтичная грубая щетина, огромные плечи, обтянутые идеальной одеждой и сумасшедшая, пахнущая стрельбой и погонями, опасность. Именно так. Снисходительный взгляд скользит по мне, по старенькому костюмчику и нелепой блузке, и мужчина продолжает шествие к повороту на лестницу, а я забываю, как дышать, влипая в стену арбитражного суда. Его я взялась защищать? Да он таких как я лопает в полдник! Или отдает мерно проследовавшим за ним двум амбалам на ужин!

- Алина Владимировна. Я жду Вас завтра у себя. Найдите время. – знакомый голос пробивается в сознание, выцарапывая меня из паучьих лап страха. – Вы будете работать с этим делом, и поверьте, Вас устроит гонорар.

Приоткрытый рот и мое беззвучное «А?» отнеслись к небытию. На меня насмешливо пялится «адвокат», который посвятил меня в суть дела, вчера, без доступа к электронным материалам. Почему-то сейчас только я въезжаю, как желторотая практикантка, что дело по сути своей не видела в глаза! Там могут быть такие махинации, которые и не снились! Где была моя голова? Ах, да… По самые уши в гребанных долгах!

- Да, конечно… - прикусываю губу до боли, опуская глаза. Голова повинно кивает, признавая одно из существенных поражений, ведь у меня почти не было осечек с правовой трактовкой, зато как я шикарно ошибаюсь в людях…

- Держите, - протягивает мой паспорт и доверенность, переданные из зала суда. – Оглашение уже было. Подвезти Вас?

- Нет, я доберусь, - принимаю документы дрожащими пальцами, спешно засовывая в сумочку.

- Перестаньте, Алина. Вы взрослая и умная женщина. Господин Николас только с виду суров. На самом деле он обычный бизнесмен, и Ваша репутация как юриста-арбитражника взлетит до небес после этого дела. – подмигивает, а у меня на глазах влажная пелена. Едва сдерживаюсь, чтобы не разреветься!

Снова киваю, разворачиваясь и следуя по коридору, уворачиваясь от кого-то, пытаюсь собрать себя воедино. «Адвоката» больше нет рядом. Мимо с грохотом катят корзину с толстенными томами дела. Впечатление на грани настороженности и необходимости выбивает меня из равновесия, и чуть не споткнувшись на лестнице, я вяло шагаю прочь, сворачивая за угол красивого здания суда, облицованного мраморными плитами в когда-то популярном сталинском ампире.

Ветер кажется ледяным, пробираясь колючими иглами под тонкое пальтишко и раздувая полы. Плотнее завернув на шее шарф, я семеню к метро, стараясь не поскользнуться на присыпанных первым снегом опавших листьях. От суда ведет маленькая второстепенная улица, но неожиданно на ней появляется черная иномарка, набирающая скорость. Каким-то чудом удается заприметить ее сразу, учитывая собственный анабиоз. На меня… прямой наводкой, не пытаясь свернуть, и бордюр крайне низкий. Позади меня невысокая изгородь одного из домов, но перемахнуть через нее я не успела бы никак, потому что узкая юбка и невысокий каблучок не располагают к таким кульбитам. Да и видя, как на тебя несется тонированная устрашающе черная машина в осенних сумерках, стало не до прыжков. Словно в бреду, я отступаю на шаг, упираясь лопатками в забор, и шумно выдыхаю, не понимая на самом деле, почему это происходит со мной. Учитывая мои доходы, я практически нищебродка. Кому понадобилась моя персона? Людей как назло ни одного поблизости, будто их волшебным образом убрали из кадра, и только я одна, со своими проблемами, стою, переставая дрожать, и широко распахиваю глаза навстречу двум галогеновым фонарям, летящим на меня из мутных сумерек.