Горько-сладкий

Мама

— Денис, ты вел себя очень хорошо, поэтому заслуживаешь шоколадку, — сказала улыбающаяся Аида.

Не то, чтобы она часто поощряла пятилетнего сына… Денис больше получал щелбаны и пендели, но в последнее время подозрительно умерил горячий пыл.

Мальчик делал только то, что могло обрадовать маму. По крайней мере, он так считал. Сын любил, когда грубая рука мамы касалась его кудрявых черных волос. Он понимал: Аида уставала от работы в магазине. Утомительно все время стоять на ногах и обслуживать покупателей без возможности присесть.

Совсем недавно она открыла собственный магазин и проводила там дни напролет. Денис часто сидел на стульчике, наблюдая за покупателями. Стул будто прирос к нему и стал его составной частью. Аида была существом три в одном. Она и владелец, и продавец, и уборщица. Маленький продуктовый магазинчик находился не в очень благоприятном районе, в основном, от покупателей несло перегаром, их кожа отливала желтоватым цветом, Денис удивлялся, видя перед собой действительно красивых людей в чистой одежде, от которых вкусно пахло. Поэтому его потянуло к Мире. Самой вкусно пахнущей и красивой девочке детского сада.

Сидя на стульчике, Денис всегда вздрагивал, когда дверь с шумом закрывалась после очередного посетителя. Мальчик не мог привыкнуть к резкости звука.

Вот и в этот раз он вздрогнул. Зашел мужчина лет пятидесяти в обтрепанной черной куртке. Он шатался из стороны в сторону и, кажется, не мог вспомнить, что ему нужно. Его маленькие черные глазки сверкнули, ведь он увидел за кассой Аиду. Ее блестящие черные, как ночь, волосы спускались до поясницы, стройное тело прикрывало облегающее синее платье и фартук. Полные алые губы что-то произносили, но мужчина не слышал. Денис отложил шоколадку в сторону с целью защитить маму от «непонятного типа». Мальчик обратил внимание на то, какие грязные ногти у посетителя.

— Я спрашиваю, что бы вы хотели?

— А, так это, мне… — он потерялся в мыслях.

Какое-то время мужчина рассматривал холодильник с пивом, но резко опустил взгляд в пол и произнес:

— Молоко и хлеб.

— Сорок восемь рублей.

— А как вас зовут? — осмелился спросить незнакомец.

— Аида, — спокойно ответила женщина.

Денису не нравилось, что мужчина так долго разговаривал с мамой. Тип явно не вызывал у него симпатии. Мальчик с презрением разглядел покупателя, почувствовал запах алкоголя и зажмурился, будто его дернули за уши. Недавно он пообещал матери, что никогда не будет пить и курить.

— У вас такое необычное имя. Не хотите помочь мне за деньги?

— А у тебя есть средства? — неожиданно съязвила Фила. Ей не в первый раз предлагали деньги за интимные услуги.

— Да как у тебя язык поворачивается? Ты сама только продаешь тут, так почему бы тебе не заработать другим способом. Вон, мальчонка есть. Как его содержать хочешь? Ходит весь в обносках. Это же твой сынишка, да? Выглядит миленьким. Только футболка изношенная.

Аида бросила взгляд на сына и к своему разочарованию поняла, что покупатель был прав. Футболка с «тачками» действительно была помятой и даже в некоторых местах грязной.

Мужчина перешел на крик. Желательно было стоять подальше от него, иначе пришлось бы вдыхать неприятный запах из его рта. Денис слез со стула и направился в кладовую. В нем кипела злость. Маленькие кулачки сжались, сердце было готово превратиться в камень и выпрыгнуть из груди, врезавшись прямо в мужчину, раздробив ему череп. Денис хотел скорее стать взрослым, чтобы драться по-настоящему и защищать мамочку. Он вытащил из коробки биту, которую мама приобрела на барахолке «на всякий случай». Может случай уже настал? В серых глазках проснулся волчий холод. Для пяти лет Денис был слишком умен и равнодушен.

— Ты купил, что тебе нужно, так что давай, проваливай!

— Сейчас бы мне рот закрывать, шлюха!

Денис часто слышал это слово, направленное в адрес матери. Оно ассоциировалось у него с выстрелом из пистолета. Мужчины, да и женщины всегда будто выплевывали «шлюху» с нотами злости. Денис понимал: слово имело плохое значение. Но почему его маму так называли?

— Выметайся, говорю, иначе вызову полицию.

— И что, они меня выпустят, я снова приду сюда. — Мужчина не переставал размахивать руками и случайно уронил стеклянную вазу на прилавке.

— Ты мне сейчас заплатишь за это!

— Да что ты мне сделаешь? Раскудахталась, как курица. Испугала. Да я и не таких видал. Полвека прожил, считай. Чтоб меня еще женщина учила. Ваше место на кухне или… в постели.

Мужчина говорил громко, но в тоже время медленно и бессвязно. Его язык заплетался, это раздражало Аиду. Она порядком устала от таких клиентов. Обычно они уходили, как только Аида просила их, но мужчина попался настойчивый.

— Не кричи на мою маму! — как львенок, рыкнул, вышедший из кладовки Денис и показал биту в руке. Мужчина только усмехнулся и зачем-то показал язык.

Терпение Дениса лопнуло, тяжелыми шагами он направился в сторону обидчика мамы и замахнулся битой. Губы сжались до предела, образовав прямую линию. Холодные глаза смотрели прямо на врага. Сам мальчик ростом был чуть выше табурета, на котором сидел в магазине.