Горничная для Амирхана

Глава 1

Зябко поеживаюсь.
Когда-то я представляла, что вернусь в родной город королевой, под руку с мужем – самым завидным когда-то женихом в этом местечке и его окрестностях. С ребеночком, с красивой жизнью, о которой мечтала сразу после нашей роскошной свадьбы.

Но иллюзии давно рассыпались.

За прошедшие годы я даже думать не хотела о возвращении сюда.
По телефону всегда говорила маме и брату, что у меня все замечательно, посылала им деньги — сколько удавалось накопить, припрятать, сэкономив на расходах по дому, ведь муж не разрешал мне работать. Говорил, что жена должна сидеть дома и варить борщи, противно ухмыляясь при этом. До нашей свадьбы и отъезда в столицу, он обещал мне совершенно иные перспективы. Хорошую должность преподавателя иностранных языков в университете, который я закончила с красным дипломом когда-то. Все оказалось ложью.

Зачем моему мужу понадобилось пускать мне пыль в глаза?

Я давно перестала задаваться этим вопросом. Ответила раз и навсегда для себя – потому что он садист и психопат. Главное, что я смогла вырваться. Прошла через ад, когда бежала босиком по ночной улице, дрожа от холода и боли, со следами от хлыста на спине. Некоторые встречные по пути люди думали, что это такой перфоманс, кричали и одобрительно улюлюкали, а мне казалось, что я схожу с ума. Я бежала, пока не потеряла сознание, прохожие вызвали скорую, меня отвезли в больницу. Я знала, что у мужа связи, что ему все равно ничего не будет. А месть его может быть чудовищной. Повезло – в больнице оказалась очень отзывчивая пожилая медсестра. Она помогла мне сбежать из медучреждения, принесла одежду, приютила, а потом купила билет и отправила к своей дочери в Турцию. Я никогда не думала, что чужие люди могут вот так бескорыстно помогать.

Я не могла вернуться домой – смотреть в глаза маме и лгать, будто я счастлива, все хорошо. Сказать правду – было бы мучительно стыдно, а еще означало бы разбить мамино сердце. А оно и так слабое. Мама часто жалуется на боли. Нужны лекарства.

Больше идти мне было некуда, так что я согласилась на помощь той очень отзывчивой сердобольной медсестры. Поехала в другую страну, до этого ни разу не была заграницей. Все было странным, чужим, а я – в состоянии тяжелейшего стресса. Старалась не быть обузой. Помогала своим спасителям по дому, брала на себя всю работу. Они жили в деревне и забот всегда хватало. Но и в этой солнечной гостеприимной стране все не сложилось гладко, да и тоска грызла. Я получила сообщение, что маме стало хуже, положили в больницу. Я больше не могла оставаться вдали. Тем более, что узнала в общем чате, в котором состояла еще с универа, под псевдонимом – никто не знал, что это я, случайную новость о муже – Латынский снова собирается жениться. Меня это воодушевило и обрадовало. Значит, он забыл обо мне. Конечно, очень хотелось бы предупредить его новую жертву… но я очень сильно боялась.

По крайней мере, он меня забыл. Как же мне хотелось в это верить! До отчаяния. Я так соскучилась по маме!

И вот я здесь. В одиночестве, в родном городке, где жизнь всегда была безоблачной.

Стою под дождем на вокзале, сжимая ручку дорожной сумки. Это все, что у меня есть.
Промокла до нитки, и не представляю, как заявлюсь в родной дом. Мама сразу поймет, что случилось что-то плохое.

Три года назад я уезжала отсюда счастливой невестой, уверенная, что жизнь будет красивой и интересной.
Но все обернулось кошмаром. Я так и не сказала маме, что произошло со мной. Каким ужасным был мой брак. Латынский приезжал к ней пару раз после моего побега. С подарками и вкусностями. Если бы я хоть каплю из того что он вытворял когда мы были наедине рассказала маме… Она не умеет притворяться. А так – она встретила его радушно. В полной уверенности что у нас с ним все хорошо – просто я уехала по контракту в другую страну. Маме я врала что нахожусь в Париже. Пусть хоть весь его перероет!

Латынскому ничего не оставалось как улыбаться и поддерживать мою версию.

Но все когда-то заканчивается. Он женится. Значит поставил точку в нашей истории. А я должна попасть домой. Я так устала… Мне больше некуда идти.

За вокзалом — набережная.
Море сегодня неспокойное, тяжелое.
Завороженно смотрю на волны — и на секунду закрадывается слабая, трусливая мысль:
Как же просто было бы все закончить…

Нет.
Я не готова сдаться.
Есть мама. Брат. Я не могу так поступить с ними.

— Константинова? Алинка?! — радостный женский голос прорывается через шум дождя.

___