Горничная для демона или Попаданка в Ад по ошибке

ПРОЛОГ

Пахло серой.

Нет, не так.

Серой воняло так, что резало нос и из глаз текли слезы. Жар накатывал волнами, лип к коже, забивался в легкие, и казалось, еще немного — и я действительно вспыхну, как сухая ветка.

Сходила, называется, полюбоваться звездами.

Везение, как всегда, шло со мной под руку, так что я умудрилась провалиться в какую-то мерзкую яму. Хорошо еще, что упала на что-то мягкое. Правда, воняло это «мягкое» так, будто до меня на нем долго и с энтузиазмом умирали.

И темно. Хоть глаз выколи.

Я пошарила рукой по лбу, нащупывая кнопку на налобном фонарике. Свет вспыхнул резко, ослепил на мгновение, и я не сразу поняла, что в яме нахожусь не одна.

— Мамочки… Вот это вам рога наставили. Причем в буквальном смысле.

Я уставилась на существ, которые смотрели на меня с не меньшим потрясением. Несколько… кого? Мужиков? Тварей? Чертов? Темная серо-черная кожа, будто их с головы до ног вымазали в саже, горящие глаза, рога, а за спиной еще и перепончатые крылья.

Я приложила ладонь ко лбу. Там уже наливалась внушительная шишка.

— Ну все. Точно сотрясение. Еще и глюки пошли.

Устало вздохнув, я опустила фонарик вниз и только теперь рассмотрела, на чем сижу. Это оказалась куча тряпья, перепачканного сажей, запекшейся кровью и еще какой-то подозрительной дрянью.

— У вас тут что за секта такая?

— Секта? — одно из существ изучающе склонило голову набок. — А ты что за секта такая?

— Я? Я не секта. Я Лилит.

Вытянувшиеся черные морды я решила пока не комментировать. Не до того было. Завтра на работу, а значит, надо как-то выбираться из этой ямы и возвращаться домой.

— Сама Лилит? — недоверчиво прошипел один из рогатых, впиваясь в меня красными глазами.

— Как видите. А вот вы что за черти такие — вообще непонятно.

— Зачем сразу обзываться? Никакие мы не черти! — обиженно прогнусавил второй.

— Ну не черти, так не черти. Приятно было познакомиться, счастливо оставаться.

Кряхтя, я попыталась подняться на ноги на этой вонючей куче и найти хоть что-нибудь, за что можно уцепиться.

Шмяк.

Мой походный рюкзак свалился откуда-то из-под вороха тряпья и мягко шлепнулся на пол.

Я посветила фонариком вверх, надеясь увидеть ночное небо и дыру, в которую так удачно вляпалась, но вместо этого наткнулась взглядом на каменный сводчатый потолок. По нему спиралью тянулись светящиеся письмена на незнакомом языке, сбегали по стенам и уходили куда-то дальше, вниз. Высота — метров шесть, не меньше.

Какого, спрашивается, хрена?

Меня что, оглушили и притащили сюда?

Сжав кулаки, я резко обернулась к своим рогатым зрителям.

— Вы меня сюда притащили? — Я очень старалась, чтобы голос звучал спокойно, но он все равно предательски дрогнул.

— А на кой ты нам сдалась? — фыркнул один. — Все души под счет через врата идут.

— Души?

— Сначала на первый круг. Регистрация. Потом — куда распределят. А ты вона что…

— Что?

Я медленно осела обратно на вонючую кучу.

Все трое таращились в потолок.

— А ты с потолка сюда свалилась, — наконец сообщил первый, тот, что с длинными рогами.

— Давайте-ка по порядку… Сюда — это куда?

— Зал Падших, — ответил он.

— Ад, — торжественно провозгласил второй. — Нижние миры. Царство вечных мук и страждущих душ. Ты попала в преисподнюю, смертная, и обратной дороги…

— Заткнись, — процедила я сквозь зубы, еще раз оглядывая себя, их и все вокруг.

— Грубияны на третьем круге, — обиженно пробормотало существо.

Я уставилась на эту троицу.

Потом на потолок.

Потом снова на них.

— То есть вы сейчас хотите сказать, что я провалилась не в яму, не в подвал, не в декорации для какого-то очень больного квеста…

Я сглотнула.

— …а в ад?

— Именно, — с явным удовольствием кивнул тот, который, кажется, назначил себя главным по пафосу.

Я прикрыла глаза.

Пару секунд посидела молча, надеясь, что, когда открою их снова, все исчезнет: жара, вонь, рога, крылья и подозрительное тряпье подо мной.

Не исчезло.

— Прекрасно, — выдавила я. — Просто прекрасно. Я в аду меньше пяти минут, а меня уже тянет написать жалобу!

— Это к управляющему, — пробасили они хором. Судя по тому, как дружно они это выдали, соображали они тоже, кажется, коллективно.

— Надеюсь, что он принимает без записи. А то я, кажется, даже умереть нормально не смогла.