Горничная и звезда в грязных ботинках

Глава 2. Вы кто вообще?

Арина стояла, скрестив руки, и наблюдала, как знаменитый Марк Вольский пытается прийти в себя.

Он моргал, будто только что вышел из тёмной пещеры, а не из алкогольного забытья.

Его пальцы неуклюже копались в волосах, пытаясь привести их в порядок, но тщетно — чёрные пряди упрямо торчали в разные стороны.

— Кофе, — хрипло произнёс он, глядя на Арину мутными глазами. — Умоляю.

— Кофе — за дополнительную плату, — ответила она, поднимая подбородок.

Лена, её напарница, снова ахнула и толкнула Арину локтем так сильно, что та чуть не споткнулась.

— Ты с ума сошла?! — прошипела Лена. — Это же Марк Вольский!

— И что? — Арина пожала плечами. — Он что, не может сам сходить в ресторан отеля, если хочет кофе?

Марк вдруг засмеялся — глухо, но искренне.

Его смех был неожиданно приятным, тёплым, как первый глоток того самого кофе, которого он так просил.

— Мне нравится ваша прямота, — сказал он, приподнимаясь. — Большинство людей начинают лебезить, как только узнают, кто я.

— Поздравляю, — Арина ухмыльнулась. — Вы нашли единственную горничную в этом отеле, которой плевать на вашу славу.

Лена закрыла лицо руками, будто представляя, как её увольняют за хамство перед знаменитостью.

Но Марк, кажется, был только рад этому.

Он даже улыбнулся — криво, но вполне доброжелательно.

— Тогда, может, вы хотя бы представитесь? — спросил он, потирая виски.

— Арина.

— Арина, — повторил он, как будто пробуя имя на вкус. — А я, кажется, Марк.

— Поздравляю с открытием, — она протянула ему со стола бутылку минералки. — Пейте. Выглядите так, будто вам это жизненно необходимо.

Он взял бутылку, их пальцы ненадолго соприкоснулись, и Арина вдруг почувствовала лёгкий разряд — то ли статического электричества, то ли чего-то другого, чего она не хотела признавать.

— Спасибо, — Марк открутил крышку и сделал большой глоток. — Вы, должно быть, профессионал своего дела.

— Это ещё почему?

— Потому что вы единственный человек, который смог заставить меня почувствовать себя виноватым за грязные ботинки, — он усмехнулся.

Арина не смогла сдержать лёгкую улыбку.

— Ну, если вы теперь будете снимать их перед сном, значит, моя работа здесь сделана.

— Обещаю, — он поднял руку, как школьник, дающий клятву. — Но только если вы принесёте мне тот самый кофе.

— Сахар?

— Три ложки.

— Молоко?

— Немного.

— Доплата за доставку в номер?

Марк рассмеялся снова.

— Вы торгуетесь, как на базаре.

— А вы спите в обуви, как бродяга.

Лена, стоявшая рядом, казалось, вот-вот упадёт в обморок.

— Ладно, — Арина вздохнула. — Кофе будет через десять минут. Но если я вернусь и увижу, что вы снова упали в кровать в одежде — я вас пристрелю.

— Чем? Шваброй?

— У нас очень тяжёлые швабры.

Она развернулась и вышла из номера, оставив Марка смеяться, а Лену — в шоке.

И, возможно, впервые за долгое время, Арина почувствовала, что сегодняшняя смена будет не такой уж и скучной.