Город Бессмертных. Трилогия

Книга 2. Глава 14

Тангор первым пришел в себя, открыл глаза и огляделся. Судя по солнцу, прошло уже несколько часов, но ничего с тех пор не изменилось. Лисси все так же неподвижно лежала на груди эльфа, рядом в нелепых позах покоились Эллагир и Альрин. Неподалеку неприкаянно бродили их лошади.

Гном бросил взгляд на чародеев и впервые за долгое время порадовался: мертвые так не лежат. Затем он вздохнул и попробовал встать с колен, опираясь на секиру, как на посох. В голове зашумело, кровь прилила к вискам.

“Последствия сонного заклинания, – подумал Тангор, выпрямляясь. – Хорошо еще, что живой… Ненавижу магию!”

Борясь с головокружением и тошнотой, он подошел к Лисси и бережно перенес ее на траву, попутно отметив, что сердце девушки бьется исправно.

“Могло быть хуже”, – мрачно подумал гном, возвращаясь за чародейкой.

К удивлению Тангора, едва он склонился над Альрин, та открыла глаза и прошептала:

– Йерра… Она не сработала?

Гном промолчал.

– Эллагир… Что с ним?

– С ним все в порядке, – хмыкнул Тангор в ответ.

Альрин вздохнула, собираясь с силами.

– Yerrha equillia!

Чары, направленные на самоисцеление, сработали образцово, как на университетском экзамене. Девушке сразу стало легче дышать, и голова прояснилась. Гном завистливо вздохнул, глядя на нее:

– А меня сможешь так приободрить?

– Прости, – Альрин виновато развела руками. – Из нас только Эллагир умеет творить заклинания на гномов.

– О да, – отозвался Тангор. – Он умеет, паршивец.

– Не сердись на него, – Альрин положила руку гному на плечо. – Это был приказ Эннареона.

– Это не тянет на оправдание, – отрезал Тангор. – Он ударил меня в спину.

– Ему не в чем перед тобой оправдываться. Эльф взял с него обещание. Yerrha equillia!

Заклинание вернуло Эллагиру силы. Он открыл глаза и рывком сел.

– Что…

– Не сработало, – предвосхищая вопросы, сказала Альрин горько. – Мы его не спасли.

– Оказывается, эльфы могут лгать, – вполголоса, ни к кому не обращаясь, заметил маг.

– Ты о чем? – Альрин с гномом переглянулись.

– Он дал слово, что с ним все будет в порядке, что он не погибнет в схватке. И на этих условиях я пообещал ему, что не позволю вам ввязаться в бой.

– Ох!.. – чародейка вздохнула. – Да, эльфы могут лгать. Эннареон сказал мне об этом несколько дней назад. Сейчас надо позаботиться об остальных: Тангора до сих пор мутит после твоих чар.

– Обойдусь без новых заклинаний, – проворчал гном.

– Да иди ты, – усмехнулся невесело Эллагир. – Yerrha equillia!

– Я что, неясно сказал? – взревел Тангор, вскакивая.

– Гляди, как запрыгал, – хмыкнул чародей. – Ну, что ты собирался там сделать? Врезать мне? Смелее. Я даже отбиваться не стану, ибо мне сейчас все равно.

Тангор выругался на своем наречии и остался стоять, где стоял. Альрин тем временем привела в чувство Лисси и сейчас поила ее водой из фляги.

– Надо… уходить отсюда, – медленно проговорил гном и ушел к лошадям

Вернувшись с мешками, навьюченными на Ромашку, он застал странную картину: Эллагир и Альрин обыскивали мертвых варваров и грабили их.

– Что вы творите?

– Мы пытались помочь Эннареону заклинаниями, – ответил Эллагир, обыскивая очередного воина.

Неизвестно, из какой части света он пришел, но на Далахара он был совершенно не похож. Низкий приплюснутый лоб, квадратные скулы, короткие темные волосы и неприятный запах, теперь грозивший перейти в отвратительное зловоние. Маг нашел, что искал, и поспешил отойти от трупа.

– Но чары не действовали, – продолжил он. – У них у всех было вот это, – в руке засверкал небольшой изумруд.

– Тот самый камень, который мешает вам колдовать? – уточнил Тангор.

– Да. – Эллагир с яростью посмотрел на смарагд и швырнул его оземь. – Noriemme Skaladhar! – воскликнул он и простер к камню руку.

Ничего не случилось.

– Не сходи с ума, – Альрин деловито срезала очередной изумруд с шеи убитого врага. – Никто и никогда не мог совладать со Смарагдом Отречения.

– Но попробовать-то можно? – раздосадованно отозвался маг. – Dellharo Laerrhan!

– Вы не тем занимаетесь, – хмыкнул Тангор. – Что будем делать с Эннареоном?

– Посмотри, – Альрин кивнула в сторону эльфа.

Возле тела, на коленях, немым изваянием, сидела Лисси. Опустив голову до земли, рядом с девушкой стояла Ниэроиль.

– Пока они с ним прощаются, мы ничего не посмеем…

– Лисси может так сидеть целый день, – нахмурился гном.

– Хоть год, – отрезал Эллагир. – Не думаю, что кто-то из нас вправе ее поторопить.

– Вдруг это ей поможет? – Тангор помахал в воздухе тоненьким свитком. – Письмо, что эльф оставил перед боем.

Он подошел к Лисси и деликатно коснулся ее плеча. Девушка обернулась и медленно подняла глаза на гнома. Тангор поймал этот взгляд и отшатнулся: никогда прежде он не видел такой смеси горя, ненависти и яростного огня.

Тело бойца среагировало прежде, чем мозг успел осознать угрозу, и гном распластался в падении на спину. Лиссин меч с тонким пением рассек воздух там, где мгновение назад стоял Тангор. Гном понял, что следующий удар принесет ему смерть, но опять-таки спасся исключительно благодаря инстинктам, а не осознанным действиям. Лежа, он подсек Лисси ноги, и та с ругательством упала.

– Эллагир!!! – выкрикнул гном, перекатываясь и вскакивая на ноги.

Лисси, тоже уже на ногах, за малым не достала его: клинок чиркнул по кольчужной рубахе Тангора, самым кончиком. Никаких иллюзий, что доспех защитит его от прямого удара, гном не испытывал, и поймал себя на мысли, что ему страшно. Тело, однако, исправно делало свою работу: правая рука метнулась к секире и сорвала ее с пояса.

– Я не могу ее убить! – растерянно воскликнул маг, опуская руку.

Заклинание Стрелы Эххара так и не сорвалось с его губ.

Тангор все же успел поставить блок секирой перед следующим ударом. Он никогда не мог пожаловаться, что недостаточно силен или плохо владеет оружием, он пережил много битв и давно уж сбился со счета, скольких врагов убил. Но сейчас его противник, совсем юная девушка со светлыми волосами, с запястьями не намного толще, чем тангоров указательный палец, сделала легкое движение кистью, и выбила секиру из рук гнома так же легко, как ураган вырывает с корнями сухое дерево.