Город, где никогда не светит солнце

05. Город, где никогда не светит солнце.

Место уволившегося Жанно Клемана почти сразу занял его старший брат Жильбер, он тоже долгое время не мог найти работу.

Суровый и рассудочный мужчина, он проигнорировал предупреждения брата, лишь посоветовал парню не смотреть на ночь всякую мистику и ужасы, и да, меньше увлекаться выпивкой, не доведет до добра...

Через несколько дней Анри Сан-Совер вызвал к себе в кабинет всех сотрудников, кто видел злосчастную пленку и жёстко предупредил:

- Этот проект слишком дорого обошелся нашей семье, и я не позволю отвадить от заведения массу выгодных клиентов всякими страшными историями и истероидными выходками.

Кто так чувствителен, что не может больше здесь оставаться, тот вправе уволиться. Я... четко изъясняюсь? И да... пленки больше нет...

И ради общего блага и спокойствия, не пытайтесь создать вокруг моего клуба «черную легенду»... хотя бы уже потому, что звучит всё это, как бред психически неустойчивых либо злоупотребляющих чем-то людей...

И мне и вам нужно дальше жить и работать... репутация старшего брата, даже покойного, для меня не пустой звук... Все меня правильно поняли? Можете быть свободны, расходитесь по рабочим местам!

Работникам клуба ничего, впрочем, и не оставалось, как согласиться с новым начальником.

Ну, что же. Король умер, да здравствует король! Не один Сан-Совер, так другой. Жизнь и серые рабочие будни продолжаются... А плёнка... брр... бред возбужденной фантазии, стоит об этом забыть...

.... ..... ....
Одна Беатрис отчетливо ощущала, что чёрная жуть никуда не исчезла, а лишь затаилась в каждом углу, окутав собой постепенно все здание, все три яруса, от кабинета начальника на самом верху до отдаленных подсобных помещений. Разлилась в воздухе как невидимый, но ядовитый газ.

Первой сдалась уборщица Мадлен Камю, следом за ней подруга Беатрис из бухгалтерии Алина Карфадек. Обе, не сговариваясь, рассказали примерно одно и то же. На среднем ярусе после захода солнца работать, особенно в одиночестве стало невозможно.

Терпение Мадлен иссякло, когда буквально за ее спиной то оказывалось открытым запертое окно, то приоткрывалась запертая лестница на запасной выход.

Алина иногда видела свет и слышала шаги в кабинете Сан-Совера, притом, что новый шеф недавно ушел домой, выключив свет и заперев дверь в ее присутствии.

Наутро, открыв дверь в свой кабинет, Анри Сан-Совер в первые минуты сам был поражен, увидев разложенными на столе документы, которые он сам вечером аккуратно убрал в сейф...

Но, конечно, он тут же строго потребовал от мадемуазель Карфадек молчания, в качестве версии, сказал, что возможно это он сам после смерти брата стал рассеянным, но ведь это можно по-человечески понять...

.... ..... ....
Зачем Беатрис попросила подругу «подежурить» вечером на втором ярусе?! Алина смерила ее диковатым взглядом и пожала плечами:

- Тебе что, острых ощущений не хватает? Пожалуйста... только не пожалей... и не говори, что я не предупреждала...

Мадемуазель Ассанж закрыла за собой тяжелую металлическую дверь и оказалась одна в узком длинном коридоре, по сторонам которого располагались запертые после рабочего дня кабинеты, в том числе и кабинет начальника.

Стены были отделаны также хорошими копиями майясских фресок и изображениями древних богов.

Вот группа бронзово-смуглых воинов с длинными копьями, один из них с ножом в правой руке, держит за волосы стоящего на коленях беззащитного пленника... Похоже на фреску со стен дворца в городе Бонампак на юге Мексики, недавно была передача по TV.

С противоположной стены вслед девушке таинственно и зловеще сверкает рубиновыми глазами Пернатый Змей – Кетсалькоатль...при движении даже возникает иллюзия, что он летит за ней...

Алина на время оставила ей незапертыми два кабинета, свой и секретарский.

Беатрис включила везде свет, села за стол за компьютер в кабинете секретарши Луизы и стала создавать «иллюзию бурной деятельности».

Нервно и с внутренним трепетом наблюдала за всем вокруг, скосив глаз то в одну сторону, то в другую...

С деловым видом перекладывала папки, что-то «изучала», на самом деле чутко и болезненно прислушивалась ко всему вокруг...

За окном стемнело. Из-за запертой двери еще слышались голоса, ресторан второго яруса еще не был закрыт, не все люди еще разошлись....

И тут из кабинета бухгалтерии раздался характерный звук, об этом рассказывала Алина, с полок падали книги. Сердце девушки больно стукнуло. Взяв себя в руки, она пошла на шум.

Действительно, аккуратно выставленные на полке книги съехали как карточный домик, а некоторые другие упали на пол...

Беатрис подняла их и аккуратно поставила обратно в прежнем порядке. Демонстративно села за стол на место секретарши, делая вид, что ищет нужные документы, с затаенным страхом наблюдала за положением книг.

Но они стояли спокойно, устойчиво и аккуратно, одна к одной, не шелохнувшись.

Минут через десять-пятнадцать девушка поднялась и вышла из кабинета секретарши, не успев дойти до кабинета бухгалтерии, за спиной, услышала характерный звук, книги снова не желали стоять спокойно...

И тут, не узнавая собственный голос, ставший от страха и нервного напряжения хриплым, она произнесла громко, на весь коридор:

- Месье Сан-Совер! Вам что-нибудь нужно? Я могу помочь?

Ответом ей была тишина.
.... ...... ......
Справедливо говорят «мой дом – моя крепость». Беатрис любила уют своей маленькой и бедно обставленной квартиры.

Старенький компьютер и погружение в яркий виртуальный мир, общение в соц.сетях приносили облегчение и чувство спасения от засасывающей трясины болезненного личного одиночества...

Отношения с молодыми людьми отчего-то не складывались, хотя Беатрис было всего двадцать три года, не красотка, но стройная и миловидная, ей вряд ли приходилось стыдиться своей внешности.

А что касается интеллекта, то она не раз замечала еще со старших классов школы, что как раз умственно ограниченные, но патриархально «женственные» девушки и не имеют проблем с кавалерами и замужеством...

Едва пройдя в единственную комнату, Беатрис вдруг интуитивно почувствовала впервые, что ее родная «крепость» где-то получила пробоину и в неё ядовитой струей хлещет темная энергия.

С порога захотелось бросить рабочую сумку и уйти на улицу в темноту... но куда, к кому?! Кто и где ее ждет в такое позднее время?! У одноклассниц своя налаженная жизнь, мужья, ребенок, лучшие подруги давно разъехались кто куда...

Квартира встретила ее холодно. Стайка веселых статуэток на полке неодобрительно и даже зло сверкала золотистыми глазками. Шланг пылесоса недобро изогнул спину, как зверь, затаившийся в углу и готовый к броску...

Обстановка в собственной квартире вдруг до ужаса напомнила Беатрис то, что она испытала в ночном клубе. Ощущение опасности накрыло пространство, как удушающий газ.

В каждом предмете, родном и привычном, словно затаилось неведомое зло, каждая невинная с виду вещь будто обрела жизнь, таинственную и враждебную человеку.

Коллекция статуэток замерла в зловещем напряжении, глаза мужчины во фраке со старинного портрета Гейнсборо восемнадцатого века неотступно преследовали девушку...

Стоп. Так недалеко и до приема антидепрессантов и до палаты номер шесть.

Мадемуазель Ассанж большим усилием взяла себя в руки. Не накручивай себя, хоть дома расслабься и забудь о том, что происходит в стенах клуба.

Итог? Надо принять душ, расслабиться, поставить приятную музыку и... просто лечь спать.

.... .... .....
Беатрис набрала в ванную воды и села, когда вдруг неожиданно погас свет.

Девушка от сильного испуга быстро поднялась на колени, расплескивая воду, и тут же услышала, как сзади по стене тихо зашуршало.

Сверху со стойки резко сорвался душ, но вместо того, чтобы рухнуть в воду рядом с ней, гибкое металлическое тело шланга-змеи жёстко обвилось вокруг шеи Беатрис, сжимаясь с каждой секундой всё туже.

Девушка захрипела, отчаянно пытаясь оторвать от себя взбесившуюся вещь или кого-то, кто её держит, но ладонь лишь ударила по покрытой сайдингом стене позади неё. Душ никто не держал.

В голове Беатрис раздался внутренний голос, но не её собственный, а чужой, мужской низкий, перебивая, ее и так парализованные ужасом мысли он зло хрипел:

- Что, догадалась?! Если кому обо мне расскажешь, ты сдохнешь! Слышишь меня, сдохнешь!»

Через минуту шланг-змея обмяк и тяжело упал в воду рядом с ней. И тут же включился свет.

После исчезновения темного непрошенного гостя атмосфера квартиры словно оттаяла, и устыдившись своего бездействия подобрела к хозяйке.

Стайка статуэток стыдливо и неловко блестела золотистыми глазками, шланг как кошачий хвост свернулся вокруг тела пылесоса и не высовывал голову.

Беатрис рухнула на диван, не раздеваясь, и погрузилась в полуобморочный тяжелый сон.
..... ...... ......