Город, которого нет. Живая библиотека

Глава 5. 3 августа 2015

- Для особо любопытных, я сказал, что ты просто сиделка, - первым делом сообщил Алексею Сафонову Василий Дмиров при встрече. – Пусть лучше судачат о том, что ты кормишь меня из ложечки, чем гадают о том, чем мы занимаемся. Никто не должен ни о чем узнать, даже мои сыновья.

  К слову сказать, Алексей Сафонов все таки кормил старика из ложечки. И делал еще много чего мало приятного, о чем бы он предпочел забыть.

  На первый взгляд, работать на Василия Дмирова было невыносимо скучно. Большую часть времени Алексей Сафонов молчаливо слушал бредовые предсказания слепого старика. Ему даже не нужно было их записывать. Ежедневник в кожаной обложке с золотым тиснением, невидимой рукой записывал каждое произнесенное слово, поэтому Алексей Сафонов молчал, чтобы не внести ненароком беспорядок в и так путанные предсказания.

  Но бывали периоды, когда старик предавался воспоминаниям и охотно делился ими с Алексеем Сафоновым. Оказалось, дряхлый старик был одним из правителей города, пока не повредил голову. Он спасал Старград и горожан множество раз. Предотвратил взрыв на складе газовых баллонов; спас школьников от обвала старой крыши; не допускал появлений в городе опасных чужаков, случайно забредших. В общем, посвятил жизнь на благо Старграда.

- Я видел, что упаду и так же видел, что останусь после этого живым… Но не подумал о возможных последствиях… - с сожалением рассказывал он. – Тогда бы я относился к себе бережнее…

- И из-за этого вас попросили из Совета?

- Нет, я сам ушел, - вздохнул старик. – Я стал недостоин места в Совете… Ведь я так подвел горожан…

- Что вы сделали? – спросил Алексей Сафонов. Он не понимал, что могло заставить человека отказаться от теплого местечка в местном правительстве.

- Наоборот, чего не сделал… Я не предвидел магической аварии… - с горечью ответил старик. – По чьей-то невнимательности, в хранилище опасных творений, рядом друг с другом оказались совсем неподходящие, и произошла магическая вспышка, которая разрушила защиту у остальных артефактов. Те, один за другим активировались, словно током поразили всю магическую составляющую Старграда и вырвались на свободу. Ударили молнии, разгорелись пожары и на горожан посыпались артефакты, а с ними беды и несчастья. Порталы замкнуло и люди, которые в панике пытались покинуть Старград, оказывались в горах, на верхушках деревьев, на проезжей части, в гробах, на других континентах и еще, даже подумать страшно, где. Магия города ослабла, заклинание «Ограждения» между измерениями рассеялось, и мируги пробрались к нам, истязая и мучая горожан. Уличные порталы засасывали людей в неизвестность. Из тюрьмы бежали преступники, а законопослушные и добрые горожане, под действием артефактов и ради них, нападали друг на друга, калечили и убивали. И некоторые последствия аварии, даже спустя пятнадцать лет, так и не были устранены.

  Алексей Сафонов был настолько потрясен услышанным, что просто умирал от любопытства узнать все подробнее и с трудом удержался от расспросов.

  До падения, видения старика были четкими и понятными, и ему не стоило особых усилий, чтобы их разгадать

- Как будто смотришь кино, - с грустью вспоминал он. – Я, бывало, баловал себя иногда, откладывал все дела и покидал Старград, ради хорошего фильма.

  Но теперь видения были путанными, обрывочными и разными. Старик слышал разговоры, но не видел, кому они принадлежали.

- Что мне с того, что кто-то костерит учеников, не выбирая выражений? – спрашивал он Алексея Сафонова, которому нечего было ответить.

  Либо видел немые эпизоды из жизни горожан.

- Вот скажи мне, зачем мне видеть, как заключили договор чьи-то дети? Или, как льет слезы над проигрышным лотерейным билетом толстяк? – и Алексей Сафонов снова молчал.

  Зато к третьим видениям, которые сопровождались предчувствием, Василий Дмиров относился со всей щепетильностью и считал их невероятно важными. Находясь в трансе, он мимолетно видел слова и обрывки фраз, которые он выкрикивал ежедневнику, но к сожалению не все. Слишком трудно было, одновременно оставаться в трансе, и при этом осознано произносить в слух предсказания. И как только старик приходил в себя, Алексею Сафонову приходилось по сто раз на дню зачитывать, так называемые предсказания, чтобы потом днями пытаться найти в них хоть какой-нибудь смысл.

  А смысл был в том, что Старграду снова угрожала опасность – по крайней мере, в это верил старик, но не Алексей Сафонов. И это не удивительно. Трудно верить тому, кто считал своим будущим убийцей и суперзлодеем всех времен, одного из родных сыновей.

- Они члены ордена, не болтай лишнего, - предупредил его старик. – Если спросят, скажи, что ребенком тебя увезли из Старграда и ты только вернулся.

  Оба сына из редко навещали Василия Дмирова. По мнению Алексея Сафонова, никто из них не тянул на роль убийцы и злодея. Выделялись они только тем, чтобы были идентичными, как в прочем большинство близнецов. Конечно, было довольно нелепо то, что тридцатилетние мужчины одевались одинаково, не считая длинных красных накидок, стриглись одинаково и даже не пытались отличаться друг от друга, но у каждого свои тараканы. Оба худющие, с выдающимися носами и ярко зелеными глазами.  

  Они всегда были очень вежливыми – беспокоились, не грубит ли ему их отец; очень щедрыми – оставляли ему на чай в знак хорошего отношения; а при прощании очень виноватыми – приносили извинения, за то, что ему в очередной раз пришлось стать свидетелем семейной ссоры.

- Не хочу вас видеть! Ненавижу! – орал старик. – Вон! Вон отсюда!

  Так заканчивался каждый их визит.

- Мы все время думаем, что не стоит нам его тревожить…