Город, который посадил надежду

Глава5 Мысль, от которой нельзя убежать

Вильему удалось уйти.

Он бежал не оглядываясь, пока лёгкие снова не начали гореть, а в груди не поселилась знакомая тяжесть. Он спрятался в одном из заброшенных подъездов на границе зоны, прижавшись спиной к холодной стене, и долго стоял, считая удары сердца.

Сирен не было.
Выстрелов тоже.

Значит, либо его не заметили…
Либо решили подождать.

Когда он вернулся в город, всё выглядело так же, как всегда: серые лица, закрытые окна, экраны с бесконечными сообщениями о безопасности. Но теперь Вильем видел в этом что-то фальшивое, словно декорации, за которыми скрывали правду.

Цветок не выходил у него из головы.

Он видел его, стоило закрыть глаза: пульсирующий свет, чистый воздух, тёплое прикосновение. Вильем ловил себя на том, что дышит поверхностно — будто боялся снова ощутить, как должно быть.

Ночью ему приснилась Кетрин.

Она сидела на полу в теплице, держа в руках этот самый цветок. Её живот был округлым, живым, и она улыбалась — спокойно, без боли.

— Ты уже нашёл его, — сказала она.
— Но не взял, — ответил Вильем.

— А если он не для тебя? — спросила Кетрин.

Он проснулся в темноте, с бешено колотящимся сердцем.

На утро Вильем понял: он не сможет жить, зная, что средство есть — и он просто отвернулся. Даже если это средство не спасёт всех. Даже если цена окажется слишком высокой.

На складе он видел беременную женщину. Она сидела на ящике, тяжело дыша, с рукой на животе. Вильем отвёл взгляд слишком поздно — в груди что-то сжалось.

В тот момент решение стало окончательным.

Он вернётся.

Не как испуганный человек, который случайно наткнулся на чудо,
а как тот, кто готов взять на себя последствия.

Вечером Вильем собрал всё, что могло пригодиться: старый рюкзак, фильтры, нож, контейнер с герметичной крышкой. Он знал — если сорвёт цветок неправильно, тот может погибнуть сразу.

Перед выходом он задержался у зеркала.
Лицо было худым, глаза — пустыми.

— Ради тебя, — прошептал он, не зная, к кому обращается: к Кетрин, к нерождённой Лиан или к себе прежнему.

Город молчал, когда он снова пересёк границу запретной зоны.

Но теперь Вильем чувствовал:
за ним наблюдают.

И цветок, возможно, тоже.