"Город Мертвых"

10

Лиза ехала уже в поезде, когда зазвонил мобильный. Все дни, проведенные вне колледжа, девушка прятала телефон среди вещей, выключенным. Стоило ей включить его, как тут же высветился номер Кирилла, друга и одновременно сокурсника.

– Ты где была? Мы тебя потеряли! Ты должна была приехать два дня назад!..

Голова трещала от невыносимой боли. Ночь перед отъездом выдалась бессонной.

Лиза приложила руку к переносице.

– Прости, обстоятельства так сложились. Я все объясню директору.

Кирилл недовольно цокнул:

– Смотри, а то отчислят тебя, и как тогда мы будем играть?

– Я ни разу не прогуливала, так что не надо меня пугать!..

Кирилл внезапно замолчал.

– Что-то случилось?

Лиза тяжело вздохнула.

– Да так, ничего, просто семейное…

– Ты никогда не рассказывала о своей семье.

– Папы нет, только мама. Сестер и братьев тоже нет. Мы с мамой вдвоем.

– Тогда в чем проблема?

– Молодежь. Разница поколений.

– Ясно. Ты скоро приедешь?

– Не раньше вечера.

– Ждем тебя в среду. Чао.

– Чао.

Лиза захлопнула “раскладушку” и положила ее в карман куртки. Глаза болели не только от недосыпа, но и от слез.

Знакомые, друзья, самые близкие люди семьи умершего постепенно собирались. С каждой минутой их становилось все больше и больше, поэтому основная часть пришедших осталась во дворе, но от подъезда далеко не отходили.

Лиза, как и мама юноши, сидели рядом с гробом, по обе стороны друг от друга. Женщина плакала, положив голову на край гроба, а сама девушка трогала пальцами носовой платок. Казалось, вода в организме уже закончилась, глаза нестерпимо болели, а нос стал красным, как от мороза.

Под конец Лиза не выдержала и вышла на лестничную площадку.

Голова раскалывалась на кусочки. Держась за перила, Лиза спустилась вниз, на первый этаж. Холод немного облегчил самочувствие, на время прогнал нестерпимую физическую боль, но душа ныла, и, казалось, скручивало, словно проволокой. Руки дрожали. От этого состояния нельзя спрятаться, нельзя укрыться.

“Завтра уеду. И обо всем забуду”

Матушка заботливо надела на ее плечи куртку.

– Ты как, золотце?

– Устала, – честно призналась девушка, – а еще ехать на кладбище…

– Тебе отдадут ключ.

– Пусть его забирает тетя Наташа! Я отказалась быть мастером.

“Когда человека хоронят, то гроб с ним опускают в яму. Так было до прихода Хранителя. Когда же он пришел, оборудовали погребальный зал, где гробы стояли в ряд. На них клали таблички с именами и фамилиями умерших. А вот сверху все осталось как прежде – кладбище, могилы… Самое интересное, что на кладбище сделано сотни маленьких дверцей, которые закрываются на ключ. Их засыпают землей. Поэтому не составляет никакого труда убрать холмик, открыть дверцы и спуститься к самому гробу, только выносить его нужно через дверь аж на самом дальнем конце погребального зала…

И да, про сам ключ…

Его отдают родственникам или мастеру. Причем, если последний сразу соглашается на ритуал, то тут же получает на руки ключ”

Мама тяжело вздохнула.

– Ты неисправима…

– А что здесь такого, мама? – Лиза всплеснула руками. – Между прочим, просьбу умершего тоже нужно учитывать!

– Но материнское горе…

– Для него нужно время, много времени! Это трудно, знаю. Но тетя Наташа сделала глупость, подписав договор на сумму три миллиона рублей, еще и с альтернативным вариантом! Некроманты просто запляшут от восторга, если она не сумеет расплатиться с семейными сословиями!

Но мать лишь качала головой.

– Это эти другие научили тебя этим глупостям…

“Она называет моих сокурсников, да и вообще людей, живущих за пределами нашего города, другими. Да и не только она! У них другое мышление, другой образ жизни, и, видимо, другие ритуалы по привлечению Чуда…”

– Никто меня не учил. Ты прекрасно знаешь, что я изначально была против этого самого Чуда.

– Ты просто еще молода.

– Мама, посмотри вокруг, взгляни на творения этого Чуда! Они счастливы? Ну, ты сама подумай, что это за так называемая новая жизнь?! Туда нельзя, сюда нельзя, только мама и родимый унитаз! Ну ты сейчас серьезно?!

Матушка всплеснула руками.

– Ты никого не теряла!..

– Ошибаешься! Пусть Мишу я знаю без году неделя, но он мне ближе всех вокруг! И почему-то с ним я до сих пор согласна!

Мать сложила руки на груди и начала стучать ногой по бетонному полу.

– Посмотрим. Время покажет.

Лиза тяжело вздохнула: