Город в чашке кофе. Книга 1. Солярис

Глава 7

Эта ночь выдалась беспокойной. Сначала я долго не могла уснуть, постоянно думая о своём провальном свидании. В голову лезли навязчивые вопросы, вроде: почему Алек так быстро уехал? Может, я сказала что-то не то или обидела его? Неужели это из-за того, что я чуть не попала под машину? Голова раскалывалась, но ближе к двум часам ночи я всё же смогла провалиться в сон.

К сожалению, это было ненадолго. Снова и снова мне снилось, как джип несется прямо на меня, и я вскакивала на кровати, вся покрытая холодным потом. Затем поняв, где действительно нахожусь, ложилась обратно и, более-менее успокоившись, снова засыпала. А потом просыпалась снова. К шести утра я окончательно растеряла остатки сна.

Откинув скомканное одеяло в сторону, я опустила ноги на пол, обула тапочки и, шаркая, направилась в ванную. Из зеркала, висящего над раковиной, на меня смотрело нечто. Волосы растрепались и были похожи на стог сена, глаза опухли, будто от слёз и покраснели. Нет, надо что-то с этим сделать, подумаешь, не выспалась, с кем не бывает. «Со мной не бывает» - снова дал о себе знать внутренний голос. Ну и ладно, всё случается в первый раз, я уверена, что контрастный душ, горячий кофе и свежий воздух помогут мне взбодриться и набраться сил, хотя бы для учёбы.

Недолго думая, я достала из шкафа махровое полотенце и включила воду. Как и ожидалось, душ действительно помог прийти в себя. Вспомнилась поговорка: «Утро вечера мудренее». Так с рассветом мои переживания отошли на дальний план, и я смогла хоть немного поставить мозги на место.

Высушив голову и сделав лёгкий макияж, я схватила телефон и настрочила Лине СМС: «Сегодня беру кофе на себя, встречаемся внутри, М». Мне хотелось поскорее выбраться на улицу, подышать свежим воздухом, проветрить голову, буквально. А перспектива поболтать с Глебом в пустом кафе казалась лучше, чем в очередной раз слушать, как Арина и мама сплетничают о своих знакомых. Тем более, мне не терпелось поговорить с Глебом об Инге и о том, что произошло между ними на вечеринке.

Не теряя времени, я достала из шкафа форменный пиджак, белую рубашку и серые зауженные брюки, тоже форменные. Волосы заплела в тугую косу-колосок, подвязав их бледной атласной лентой. Чёлка беспощадно лезла в глаза, все попытки укротить дикого зверя не увенчались успехом. Одевшись и брызнувшись любимыми духами, я закинула в рюкзак всё необходимое и выпрыгнула за дверь.

С первого этажа доносился приятный аромат кофе и яичницы. В животе характерно заурчало, и я мысленно одёрнула себя, твёрдо решив, что позавтракаю вне дома. Спустившись по лестнице, я завернула на кухню, чтобы поздороваться с родными и тут же попрощаться. Первым, кого я увидела, был папа, он восседал в центре стола. В одной руке у него была свежая газета, а в другой небольшая белая чашка, его любимая. От неё исходил горячий пар, видимо мама только-только налила туда эспрессо. Сама она небрежно суетилась на кухне, то подбегая к холодильнику, то к тостеру, то возвращаясь к плите. Арины нигде не было видно.

- Доброе утро, - первой подала голос я.

- Доброе, - поддержала мама.

- Ты уже собралась? – уточнил папа.

- Ну да.

- Но еще и семи нет, - уточнил он, а я посмотрела на часы.

- Без десяти семь, - поправила я.

- Садись завтракать, солнышко, - прощебетала мать – я сейчас сделаю тебе кофе.

- Нет, спасибо, я вообще-то зашла сказать, что уже ухожу. Нужно, нужно… - мозг напряженно придумывал оправдание -…помочь Инге с открытием книжного клуба. Еще до уроков. Первый день и всё такое, ну вы понимаете, - я с надеждой затаила дыхание.

- Но раз так, - начала мама – то конечно иди.

- Но мы так и не поговорили, - резко добавил папа.

Это правда. С тех пор, как он вернулся и сообщил о своём скором отъезде, мы больше не поднимали эту тему. Либо отец всё время пропадал на работе, либо я уходила на День Рождения или свидание. О последнем, правда, ему лучше было не знать.

В общем, мы так и не нашли времени на разговор. Как бы там ни было, сейчас мне не хотелось выслушивать лекции о том, как важно ценить его труд и о том, что он работает ради нас и бла бла бла. Каждый раз одно и то же, словно заезженная пластинка. Мне не хотелось грузить себя этим разговором, и так переживаний выше крыши, поэтому я сказала:

- Но сейчас я не могу. И так опаздываю.

- Неужели твои подруги не справятся без тебя? – продолжал настаивать на своём отец.

- Но я обещала! И в отличие от некоторых, я сдерживаю обещания, – после моих слов папа изменился в лице, а я испуганно раскрыла глаза. Надо же было такое ляпнуть. Да, я злилась на папу, но обижать его тоже не хотела. Так что поспешно добавила – Извини.

- Иди по своим делам, поговорим позже, - мрачно ответил он.

Уговаривать меня не пришлось, я быстро выскочила в коридор, нацепила на ноги черные кожаные оксфорды, надела плащ и выбежала из дома.

Погода оказалась абсолютно противоположной вчерашней. Утреннее небо было затянуто массивными белыми облаками, но дождь не собирался. Листья стремительно желтеющих деревьев шелестели на ветру. Было довольно тепло, и всё же я посильнее запахнула плащ, заранее обмотав вокруг шеи форменный серо-бордовый шарф. Сделав глубокий вдох, я надела любимые наушники, зазвучала заслушанная до дыр песня Эрни Хальтера. Я зажмурилась от удовольствия и, засунув руки в карманы, пошла по направлению к «La Palette».