Город, в котором умирают ангелы

8.04.2019

Успокоив пожилого дворецкого и велев Гоше вернуть лопаты в магазин, я ответила подруге предложением встретиться сегодня в полдень в «столице», когда перешагнула порог офиса, машинально придержав дверь. В нос ударил насыщенный аромат жасмина.

- Оксана… В-в-викторов-в-вна-а-а… - ошеломленно протянула Люся, выскочив из-за стойки регистрации. Разведя руки в стороны и выпучив глаза, как выброшенная на берег рыба, она попыталась добавить что-то еще, но впервые на моей памяти не смогла подобрать и слова, а потому только нелепо открыла и закрыла рот.

Вот и первый плюс непрезентабельного внешнего вида.

- Я неудачно упала, - прежде чем у девушки-секретаря прорезался бы голос, я объяснила беспрекословным тоном. – Несколько раз.

Люся опять открыла рот и снова его закрыла. Мысли-догадки о том, как можно было так «неловко» бухнуться, куда, и на кого, или точнее с помощью кого, вереницей прошествовали в глубине ее глаз. Правда, озвучить их девушке-секретарю все же не хватило смелости.

Я внутренне поморщилась и обогнула Люсю по дуге, остановившись у двери в свой кабинет:

- В пятницу я привела в порядок, наконец-таки, все архивные дела. Акты осталось подшить в папки. А в выходные – справилась с вашим типовым договором на оказание услуг и подготовила бумаги на подпись для нового клиента. Зайди минут через тридцать – все передам. И, Люся… я буду тебе безмерно благодарна, если коллеги сегодня меня не побеспоко…

Закончить предложение не получилось. Входная дверь детективного агентства открылась: с утра пораньше на рабочем месте появился Андрей.

Люся активно закивала головой, при этом, не сдвинувшись с места. Кажется у сердобольной девушки на фоне смятения, недавних потрясений в морге и общего нестабильного нервного фона в целом случилось серьезное зависание думательной системы.

Нечто подобное я смогла прочитать и по лицу Андрея, который успел сделать пару шагов прежде, чем замер перед растерянной Люсей. А после, словно в замедленной съемке, перевел взгляд на меня.

Я отстраненно подумала о том, что некоторым образом скучаю по его прежнему щегольски-мальчишескому стилю: майкам, джинсам, пальто и курткам по последней моде, небрежно взлохмаченным волосам с закрывающей лоб челкой. Портрет Андрея семилетней давности был полон легкости, веселья, неумолимого упрямства и самоуверенности, нынешний – будто назло подчеркивал, сколько всего мы натворили и какой глубины пропасть разрыли. Хотя, пожалуй, стоило сделать ему комплимент – через семь лет Андрей научился жить по средствам. И зарабатывать, кажется, самостоятельно.

Мужчина оценил мой внешний вид в мгновение: отметил все – от максимально прикрывающей тело одежды до малейших оттенков сплошной гематомы на лице. Реакция его была предсказуемой: шок и удивление переросли в до бела накаленную ярость. Критическую настолько, что мне стало страшно за Люсю – девушка-секретарь рисковала оказаться случайной жертвой.

Я не успела даже моргнуть, как правая рука Андрея сжалась в кулак, а в воздухе мелькнула опасная искра.

Второй раз за утро! Угрожающая тенденция.

Однако Андрей – не Захар. Не мальчик с улиц; не сирота, прибившийся к Феликсу из-за желания заработать копеечку на жизнь. С раннего детства у Андрея была Бэль, отец – фигура достойная особого внимания и мать – личность, о которой могли бы рассказывать легенды, если бы ее судьба сложилась иначе.

Я сняла темные очки и посмотрела на мужчину в упор со всей мягкостью и мольбой, на какие сейчас была способна. Попытка приободрить и предотвратить несчастный случай провалилась. Андрей разозлился только сильнее. В его руке уже мелькнула не просто искра, а намек на оружие – отблеск обоюдоострого лезвия, резная устрашающая рукоятка. «Раскаленное пламя».

А Люся все стояла и качала головой, как кукла-неваляшка. У меня не осталось выбора.

Однако задуманный маневр осуществить не получилось. Андрей за долю секунды до моего шага на место Люси, и толчка девушки-секретаря в сторону, отступил назад, расслабил руки и закрыл глаза, встряхнувшись.

Я с облегчением выдохнула, едва не упустив сумку из рук.

- Поговорим в моем кабинете. Наедине! – жесткий непримиримый к возражениям мужской голос пророкотал громом в сузившимся пространстве приемной. Люся подпрыгнула так, будто по ногам ударила высоко разрядная молния. А я устояла, сухо кивнув.

- Что случилось? - Андрей толкнул меня к двери, припечатав двумя руками по бокам без возможности не то чтобы вырваться, но и шелохнуться. Его лицо оказалось близко настолько, что я смогла уловить синхронный такт, в котором стучало сердце и раздувались ноздри мужчины. – Кто тебя избил?

- Не твое дело. Не считаешь?!

- Когда на тебе нет живого места – это всегда мое дело, Ксана, - прорычал мужчина, подняв правую руку к моему лицу. Я снова заметила искры. Только другие. Светлые и теплые. – Я могу помочь.

- Только попробуй.

- Или что? Что ты сделаешь? – переполненный язвительной яростью Андрей рассмеялся в голос. Я ощутила обиду, несправедливость и бессилие. – Дашь кулаком по морде? Толкнешь? Или снова будешь угрожать стилетом? Кажется, в предыдущей заварушке – это не сильно помогло…