Город в неоновом свете

Глава 4: Не затевайте грызню с крысами

Как же мне хотелось курить. Хотя бы одну затяжку. Губы уже онемели от желания впустить в свой организм дозу яда. Как на зло, я нигде не мог найти табака – у местных сотрудников не допросишься, а нужный мне автомат с сигаретами располагался в другом крыле. Поэтому, не теряя времени, отправился к нему. Благо было еще время, и я успевал. Народу было немного, мало кто хотел идти в цех раньше положенного. За переработки нам не доплачивали, поэтому все предпочитали тянуть до последнего. Я бродил по пустынному коридору, пытаясь подавить никотиновый голод. У меня совсем немного времени – я знаю, что через десть двадцать минут буду уже сидеть за станком и пускать дымовые кольца в потолок.

А вот и он, тот долгожданный автомат, приветствовал меня сверкающим металлическим отблеском. Я медленно подошел к нему, оживляя в голове образы, когда мне удавалось, засев в курилке, остаться наедине с самим собой. Руки дрожали от ожидания, когда я просматривал ряды пачек, каждая из которых манила меня своим ароматом и обещанием облегчения. Я нажал кнопку. Автомат загудел и нужная мне пачка начала опускаться вниз. Я содрогнулся от волнения, понимая, как долго ждал этого момента. Автомат снова загудел. Шло время, а сигареты все не падали в поддон. Яркая пачка, немного накренившись, зависла на полпути. Видимо застряла и больше не могла двигаться дальше. Ее яркая упаковка сияла, привлекая мой взор.

- Отдай мои сигареты, чертова консервная банка! – на эмоциях я влепил по автомату что есть мочи с ноги. Тот обиженно загудел и потух.

- Ломаешь казенное имущество, - ехидный голос, немного гнусавый, послышался из-за спины. Обернувшись, я увидел перед собой высокого парня худощавого телосложения с крысиным выражением лица. Впрочем, крысиное у него было не только лицо. – Следует доложить куда следует, чтобы знали, кто ломает их автоматы.

-Ах ты ж… - злость начинала закипать, и я шагнул вперед. Этот парень явно нарывался, да и у меня было паскудное настроение.

- Думаешь, после порчи имущества драка пойдет тебе в плюс? – прямо сейчас он улыбался, будто наблюдал за моим провалом с неким удовлетворением.

- Слушай, у меня нет времени на угрозы, - я старался говорить спокойно, хотя внутри меня бушевал гнев. – Просто дай мне мои сигареты, и я уберусь с глаз долой.

- Так возьми, - собеседник постучал по стеклу, за которым находилась зависшая пачка, затем жестом указал на панель управления, где мигали красные огоньки. – Правда ты же не можешь этого сделать, да? Какая досада.

Тот покачал головой и поцокал языком.

Стиснув зубы, я вновь взглянул на застрявшую упаковку. Внутри раздался знакомый треск, сопровождаемый щелчками, как будто автомат, умирая, издавал звуки отчаяния. Я не собирался уходить отсюда без своей награды. В моем сознании зашевелились дикие мысли, и я хотел разобрать машину, лишь бы добиться своего.

- Если не поторопишься, то и выговор за опоздание выгребешь, - не унимался худощавый.

- Мне все равно на выговор, - ответил я, ощущая, как холодный пот выступает на лбу. Внутри меня нарастало чувство безысходности: собеседник ждал, когда я потеряю контроль. Но я не мог позволить себе сломаться. Я сжал пальцы в кулак до побелевших костяшек, взяв себя в руки. – Мне просто не хочется находиться в одном обществе с такими как ты.

- Ну-ну, - он изогнул бровь, окидывая меня взглядом, полным ехидства. – Не хочешь терять лицо, да? Но знаешь, это не спасет тебя от реальности. Попрощайся с премией, ты ее не скоро увидишь.

Тон ему был знакомым – это была манера хвастаться своей властью над другими, наслаждаясь их беспомощностью. Я пронзительно взглянул на него, с удивлением осознавая, что гнев превращается в жалость, а потом и в пренебрежение.

- Знаешь что? – произнес я, чуть повысив голос. – Я буду делать, что считаю нужным. Мы еще увидим, кто из нас обломиться.

- Самоуверенный? – хмыкнул худощавый.

- Опытный, - бросил в ответ. – Я в своей жизни столько дерьма повидал, что меня уже ничем не удивишь.

- Посмотрим, - парень улыбнулся и помахав на прощание рукой ушел искать новую жертву.

- Масрак! – выругался я. Этот олух обязательно доложит начальству. Плевать. Минус премия в пару месяцев переживу как-нибудь.

«Ты мой верный рыцарь», - всплыло в мозгу. Я, взяв в руку телефон, проверил почту. «ноль сообщений» - выдал запрос. Тяжело вздохнув, я поплелся на рабочее место.

Вторая половина дня прошла вяло и безрезультативно. Работать не хотелось. Я думал больше о воздушной и прекрасной Эмилии, чем останках, заказах и планах. Моя душа отдыхала. Впрочем, полностью погрузится в мечты не получалось – мое внимание время от времени переключалось на камеры, откуда за работягами наблюдал старший мастер. Каждый раз меня интересовало, не удалось ли ему увидеть мою несобранность. Но граммофон молчал, а значит, все шло своим чередом.

«Трухинский Дмитрий, пройдите, пожалуйста, к старшему мастеру», - выдал фразу громкоговоритель и снова умолк.

- Второй раз за день. Да ты счастливчик, приятель, - сочувственно покачал головой Аврелий. – Он к тебе явно не равнодушен.

Я отложил инструменты и молча направился к кабинету старшего мастера. Мысли о Эмилии продолжали кружить в голове, создавая легкий диссонанс с окружающей реальностью. Как же так – “любимая” работа казалась сейчас такой далекой и ненужной. На пути к кабинетам мне встретился Михаил, наш отработавший не одну смену мастер. Он подмигнул мне и сказал: «не забудь взять свои досье, может пригодиться».

Когда я вошел в кабинет, старший мастер сидел за столом, погруженный в бумаги. Его нахмуренные брови выдавали напряжение, которое, казалось, накапливалось с каждой минутой.

- Трухинский, за что я тебя люблю, так это за уникальную способность находить неприятности, - с этими словами Олег Игоревич поднял голову и подсунул к краю стола лист бумаги, на котором черным по белому было написано: «Донос». – Знаешь, что это?

Старший мастер поднял тяжелый оценивающий взгляд, отчего у меня по спине побежали мурашки. Я почувствовал, как на лбу выступил холодный пот. Ну что, подумал я, сейчас Олег Игоревич вывалит на меня все. Обязательно вывалит. Жирным таким потоком, от которого сразу станет тошно.