Город в неоновом свете

Глава 18: Свидание

Я долго ждал у оговоренного места. Координаты привели меня в уютное кафе на краю города и теперь осталось дождаться шести вечера и явиться в назначенное время. Еще два часа и я смогу увидеться с Эмилией вживую.

Я сидел за столиком у окна, машинально вертя в руках стакан с остывшим кофе. Мысли путались, сердце билось чаще, чем обычно. Эмилия… Мы столько месяцев общались через экран, обменивались мыслями, делились мечтами, но теперь все стало реальным. Я представлял, как она войдет в дверь, как ее глаза найдут меня в толпе, как мы, наконец, заговорим не через цифровые устройства, а в реальности.

Время тянулось мучительно медленно. Я то проверял часы, то смотрел на улицу, где уже загорались фонари. Каждый шаг официантки заставлял вздрагивать. А вдруг она передумает? А вдруг не оправдаю ее ожиданий? Эти мысли постоянно крутились в голове, не давая покоя.

Оставалось меньше часа. Я решил выйти на улицу и подышать свежим воздухом, чтобы немного успокоиться. Очень сильно хотелось курить. Но я понимал, что сейчас не время. Выйдя из кафе, тут же холодный вечерний воздух обжег легкие. Фонари отбрасывали длинные тени, где-то вдалеке слышался смех прохожих. Все же надо было закурить. Дым бы привел мысли в порядок.

А вдруг она увидит меня и разочаруется? Вдруг я скажу что-то не то?

Я уже хотел уходить, как за спиной услышал:

- Привет, - сказала она, и в ее голосе была та самая теплота, которую я так часто слышал с экрана.

- Привет, - ответил я, чувствуя, как напряжение начинает уходить.

Эмилия стояла передо мной, улыбаясь, и вдруг я понял, что все мои страхи были напрасны. Ее глаза светились тем же теплом, как и ее чарующий голос, а легкий ветер играл с ее волосами. Я хотел сказать что-то умное, запоминающееся, но слова застряли где-то в горле.

- Ты давно ждешь? – спросила она, поправляя рукой темные локоны.

- Нет, только вышел, - ответил я, стараясь звучать спокойно, хотя сердце колотилось как бешеное.

И мы вошли в кафе. Она говорила о чем-то простом: о погоде, о кафе, о посетителях. А я ловил каждое ее слово, боясь упустить что-то важное. Даже и не помнил своих ответов. Мы сели за столик у окна, и я не мог оторвать взгляда от ее рук, которые то и дело касались чашки с кофе. Она говорила легко, смеялась, и я ловил себя на мысли, что хочу запомнить тот момент навсегда. Ее голос, смех, даже то, как она мило поправляет волосы.

- Ты всегда такой молчаливый? – спросила она, поднимая на меня глаза.

- Только когда нервничаю, - признался я, ощущая как тепло разливается по щекам. – Прости…

Эмилия улыбнулась, и в этой улыбке было что-то такое, что заставило меня забыть о всех страхах, что тревожили в последние дни. Ее домашний образ ничем не уступал ее ярким образам на стримах.

- Не извиняйся, - сказала она с улыбкой. – Мне нравится, когда ты такой. Это… Искренне.

- Эмилия… - произнес я.

Она взяла чашку, сделала глоток и посмотрела в окно. Свет фонаря за стеклом мягким светом освещал ее лицо, и я поймал себя на мысли, что не видел ничего прекраснее.

- Настя, - поправила она.

- Что? - не сразу понял я.

И снова милая улыбка. Ей нравилось со мной играть. Потому что вел себя как наивный дурачок. По крайней мере, мне так постоянно казалось.

- Меня зовут Настя, - ее тон стал мягче. – Друзья меня именно так и зовут. А Эмилия мое сценическое имя.

-Если я хочу быть больше чем просто друг, - надо же, я решился на это. Вот сейчас Эмилия… То есть Настя, обидится и уйдет, а я буду локти кусать. Вот я глупый!

- Признаться и я этого хочу, - девушка покраснела. – Знаешь, что самое страшное в стриминге?

- И что же?

- Одиночество.

- Одиночество? – переспросил я, не понимая, как она, такая яркая и окруженная тысячами зрителей, может чувствовать себя одинокой.

- Да, - она вздохнула, поставив чашку на стол. – Я общаюсь с людьми, но ты будто за стеклом. Зрители видят тебя, но ненастоящую. Ты видишь всех только в виде смайлов и букв. И в какой-то момент понимаешь, что все эти слова, подарки, внимание – это все не про тебя. Это про образ.

Я молчал, не зная, что сказать. Ее слова что-то во мне изменили, что-то в глубине души.

- Но с тобой все по-другому, Дим, - она посмотрела на меня, и в ее глазах было что-то теплое, настоящее. – Ты видишь меня. Настю. Не Эмилию. Ты почувствовал во мне душу.

Я положил руку на ее ладонь:

- Теперь ты не одна, - улыбнулся и я. Ее рука казалась такой хрупкой.

- Не надо слов. Просто останься. Хотя бы ненадолго.

И я остался. Потому что в этот момент понял? Она права. Настоящее – это не тысячи зрителей. А один человек, который видит тебя сквозь маски.

- Ты знаешь, - тихо заговорила она. – Иногда мне кажется, что я сама забываю, кто я. Эмилия – это маска, которую я надеваю каждый день. Но с тобой я могу быть Настей. Просто Настей. И знаешь, я долго боялась, что мое чувство – лишь иллюзия. Что ты увидишь только образ, как все остальные. Но ты… Ты и правда другой.

- Я всегда буду рядом, Настя. И не важно, что происходит вокруг.

Она опустила глаза, размышляя о чем-то важном:

- А если я перестану быть той, кого ты видел на экране? Если образ исчезнет, и останется только я – со всеми своими страхами, ошибками, слабостями?

- И даже тогда я буду рядом, - ответил я, не раздумывая. – Потому что я вижу тебя. Настоящую. И не нужен образ.

Она посмотрела на меня:

- Спасибо, - прошептала Настя. – Просто спасибо.

- Может прогуляемся? – предложил я.

Девушка кивнула, не в силах отказать. Мы шли по узким улочкам, где свет фонарей, теплые островки в уличной тьме, и мило болтали. Она говорила о мелочах, о том, что обычно скрывала за улыбкой. Настя открывалась передо мной полностью. Иногда она замолкала, будто боясь, что сказала слишком много, но я брал ее за руку и она продолжала.

- Ты знаешь, - вдруг сказала она. – Я всегда думала, что быть со мной – это тяжело. Но вот ты… С тобой все легко.