Город запретов

Глава 1 Находка

Глава 1. Находка

Со дня Кровавого карнавала прошло восемь лет, но для жителей города он длился до сих пор.

Его отголоски застыли в самом воздухе Вэйриджа, просачивались сквозь стены домов и впитывались в землю, словно та самая кровь, что так и не отмыли с полов проклятого особняка.

Огромный заголовок популярного журнала «Мрачные хроники» смотрел на меня с витрины киоска словно темный глаз, подмигивающий прохожим из бездны. Он обещал если не раскрыть все тайны мира, то хотя бы напугать до дрожи в коленках, и у него это прекрасно получалось.

С того самого момента, как мне впервые попал в руки этот журнал, мой разум оказался во власти непрекращающегося кошмара.

Я замерла на тротуаре, не сводя голодного взгляда с жуткой глянцевой обложки, на которой был изображен тот самый заброшенный дом — массивный, с выщербленными ступенями и пустыми глазницами окон. Именно там произошел леденящий душу случай, надолго лишивший покоя всех, у кого хватало смелости вникнуть в саму его суть.

Я бы отдала всю свою коллекцию игр «Симс», лишь бы воочию увидеть тот дом изнутри. Мы с ребятами много раз порывались наведаться в заброшенный особняк, но постоянно застывали перед кованными воротами, парализованные потусторонним ужасом.

- Только не говори, что собираешься его купить, - проворчала шедшая рядом со мной Диана. Ее речь прозвучала неразборчиво из-за засунутого в рот чупа-чупса.

- Именно это я и собираюсь сделать.

Ноги сами понесли меня к киоску, в то время как пальцы тянулись к карману куртки, в котором лежал кошелек. Позади тяжело вздохнула подруга, но по стуку каблуков я поняла, что она пошла за мной следом.

Хмурая продавщица молча протянула мне журнал, отточенными движениями отсчитав сдачу. Ее лицо выражало вселенскую скуку, а из карманного радио, пристроенного где-то внутри палатки, доносилось заунывное пение какого-то исполнителя.

Схватив свою покупку, я отошла в сторону, уступая место следующему покупателю. Голод внутри меня требовал прочитать статью немедленно.

- Ты ведь понимаешь, что все написанное в нем неправда? – поинтересовалась у меня Диана, громко раскусив конфету. Та хрустнула так, что казалось, будто раскололась не она, а сломался один из зубов. Облизав освободившуюся палочку, подруга выкинула ее в стоявшую здесь же урну.

- Это еще неизвестно, - отмахнулась я, открывая оглавление. Мне не терпелось поскорее прочитать долгожданную статью. Хоть номера выходили достаточно часто, раз в две недели, для меня ожидание всегда тянулось мучительно медленно. Последний выпуск закончился на весьма напряженной ноте, я едва дожила до сегодняшнего мгновения, предвкушая долгожданное продолжение.

С недавних пор пятница официально стала моим самым любимым днем.

Диана многозначительно покосилась на свои наручные часы, но мудро промолчала, явно понимая, что спорить со мной в данное мгновение было совершенно бесполезно.

Я бы стала читать статью даже если бы опаздывала в школу.

Изначально мы шли в парк, чтобы встретиться там с друзьями. Леша Прохоров написал нам утром, сообщив, что знает одно классное место, которое никто из нас еще не видел. Поскольку до встречи оставалось еще полчаса, я уговорила Диану сделать крюк и пройти мимо ларька, расположенного на углу Речного проспекта - главной улицы Вэйриджа и переулка Зеленых фонарей. К слову сказать, фонари здесь и правда были зеленые, выделяясь на фоне темных деревьев неестественным цветом.

Найдя нужную страницу, я пролистала журнал прямо до заголовка о Кровавом карнавале. Остальное меня сейчас не интересовало.

«ДОМ КРОВИ: ВОСЕМЬ ЛЕТ СПУСТЯ»

Заголовок был выведен крупными алыми буквами. Я погрузилась в чтение, и мир вокруг перестал существовать.

«Дом на самой окраине маленького, сонного городка Вэйридж всегда вызывал у его жителей необъяснимую дрожь. Старый, покосившийся от времени и невзгод, с почерневшими от дождей стенами и окнами, похожими на пустые, слепые глазницы, он стоял в гордом одиночестве на пригорке, словно забытый Богом и людьми. Но в ту роковую ночь, с пятнадцатого на шестнадцатое мая две тысячи одиннадцатого года, он неестественно, пугающе ожил. По слухам, в его стенах проходил карнавал. Но не обычный, с весельем и смехом, а нечто иное, дьявольское, окутанное зловещей тайной и шепотом из самых темных уголков ада.

Сначала доносилась только музыка — странная, диссонирующая, режущая слух, словно на расстроенных, ржавых инструментах играли руки безумца. Потом к ней присоединился смех. Но это был не беззаботный смех детей, а какой-то надрывный, истеричный, полный неподдельного безумия и ужаса, смех, от которого кровь стыла в жилах. Немногие жители Вэйриджа, рискнувшие в тот вечер прогуляться неподалеку, прислушивались к этим звукам, доносящимся из-за глухого забора, и чувствовали, как по их коже бегут ледяные мурашки. Что же там, в этом проклятом месте, происходит?

Утро принесло с собой не облегчение, а гнетущую, давящую тишину. Слишком густую, слишком полную. Карнавал закончился так же внезапно, как и начался. Но вместо ожидаемых следов веселья — радужных конфетти, пустых бутылок или растерянных, уставших гостей — в воздухе висел тяжелый, сладковато-металлический запах. Запах свежей, запекшейся крови. Он был настолько сильным, что пропитал собой землю и траву вокруг дома на десятки метров.