Город запретов

Глава 5 Яблоневая роща

Глава 9 Яблоневая роща

Олег

Меня разбудил не будильник, не ласковые лучи солнца, а фонтан ледяной воды, обрушившийся прямо мне в лицо. Шок заставил сердце выпрыгнуть из груди.

– Какого хрена?! – я вскочил с кровати, как ошпаренный, и тут же приложился коленом о острый угол комода. Волна тошнотворной боли пронзила все тело. – А-а-а-а! Ты совсем из ума выжила!?

Моя младшая сестра стояла передо мной с гаденькой, довольной ухмылкой, держа в руках пустой стеклянный кувшин, с которого капали последние предательские капли. Она уже была одета в аккуратную школьную форму синего цвета, какую носили ученики средних классов. Светлые волосы маленькая поганка заплела в тугую косу, но оставила две художественно распущенные пряди по бокам, чтобы подчеркнуть свою «неповторимость».

– Ты долго спал, – заявила Василиса с напускной важностью. Я до сих пор не мог понять, о чем думали наши родители, нарекая дочь именем девиц из сказок. Сестренка с пеленок гордилась этим и вела себя соответственно. В детском саду проказница устраивала настоящие драмы, если на утреннике роль Снегурочки доставалась не ей, и требовала, чтобы все воспитатели называли ее исключительно «Василиса Премудрая». – Кстати, – она кинула на часы на моем комоде наигранно-жалостливый взгляд. – Ты проспал. Уже без двадцати девять.

– Чтоооо? – прохрипел я, кинувшись к тикающему механизму, который невозмутимо показывал, что лучшая часть утра безвозвратно утеряна. – Твою маааать!

– Не за что, братец, – с чувством выполненного долга Василиса грациозно развернулась и удалилась, ее косичка дерзко подпрыгивала за спиной. Я же в это время впал в панику и метался по комнате, как угорелый, пытаясь отыскать носки. Они, естественно, нашлись под помятым ковриком с выцветшим символом Капитана Америки. Со стены постер с Железным человеком в полный рост скептически наблюдал за моими попытками одновременно натянуть джинсы и написать оправдательное сообщение Ксюше. Я обещал зайти за ней, но сейчас едва ли успевал вскочить в уходящий поезд под названием «Первый урок».

– Ого, а я-то думала, что у меня в комнате творческий беспорядок, – знакомый голос прозвучал прямо из дверного проема.

Девушка стояла там собственной персоной, скрестив руки на груди, и с неподдельным любопытством разглядывала последствия урагана по имени «Олег»: мокрую простыню, учебники, разбросанные по полу вперемешку с футболками, и галстук, который, словно удав, почему-то свисал с книжной полки, заставленной потрепанными комиксами.

– Оу, – я замер посреди спальни в нелепой позе, одетый только в носки и серую, помятую рубашку. – Могла бы и постучать. Или отвернуться для приличия.

– Как будто ты знаешь, что это такое, – Ксюша фыркнула, наклонилась и с археологическим интересом извлекла мои школьные брюки из «стиральной» кучи в углу, которую я благополучно игнорировал уже две недели. – Давай реще, мы опаздываем! – она швырнула штаны прямо в меня.

– Прости, я должен был зайти за тобой. Я проспал… – пробормотал я, натягивая брюки.

– Твоя мама мне на пороге все объяснила. Не мог уснуть ночью? – в ее голосе сквозила не насмешка, а понимание.

Я заправил рубашку, затянул ремень и плюхнулся на диван, заваленный футболками, чтобы наконец обуть ботинки.

– Скорее, проводил собственное расследование в интернете, – признался я. Меня всерьез заинтересовала найденная Ксюшей карта и большую часть ночи я вбивал в поисковик названия мест, однако как и подруга ничего не нашел. Ксюша прислонилась к шкафу, потирая пальцами виски. Под ее глазами залегли глубокие, фиолетовые тени, выдававшие такую же бессонную ночь. – А ты как?

– Ворочалась до пяти утра, – она вздохнула. – Я… стоило мне провалиться в дрему, как мне казалось, что в моей комнате кто-то есть, а все из-за нашего общения чате. Этот Дмитрий словно герой фильма ужасов, хотя кроме Киры и Ромы, никто из нас его еще не видел.

Никифоров поделился с нами краткой выжимкой своих похождений, сделав акцент на сцене с неизвестным на тот момент мужчиной. Черт, я и сам не знаю, что бы подумал, если бы мне довелось лицезреть подобное.

Краем глаза я уловил, как плечи Ксюши резко дернулись от судорожной дрожи.

– Мы со всем разберемся, – мои собственные слова прозвучали фальшиво и надрывно, растягиваясь, как резиновая жвачка. Это была мантра, которая должна была успокоить, но лишь заставляла ком тревоги в горле расти.

Я подошел к Ксюше, осторожно взял ее за подбородок, стараясь не размазать ровный слой тонального крема, заглядывая в чистые, светло-карие глаза. Затем мой взгляд метнулся к губам, на которых блестел блеск для губ цвета спелой клубники.

Я бы хотел ее поцеловать, но она совершенно точно будет против.

Девушка осторожно высвободилась из моей легкой хватки, отойдя на безопасное от меня расстояние. Я отчаянно хотел ее утешить, забрать все ее страхи и боль, но все, что нам было подвластно в этот момент, – это глупые ободряющие фразы и простые, согревающие прикосновения.

Она не согласилась быть моей девушкой, но между нами установилась хрупкая дружба и этого мне было достаточно.

– Мы опаздываем, – простонала Ксюша, слегка отстранившись. Но взгляд ее стал чуть менее зашуганным, а в уголках губ дрогнул подобие улыбки. – Спасибо тебе, – она обняла меня и на секунду прижалась, будто в моих объятиях можно было скрыться ото всех проблем разом.