Город запретов

Глава 17 Прощание

Глава 17. Прощание

Кира

После того вечера мы вернулись потрепанные, но живые и счастливые. Наша шалость удалась. Во мне теплым костром горела гордость за то, что я смогла найти выход из ситуации.

Благодаря Вэйриджу нам удалось ухватить еще немного времени.

В конечном счете все упиралось в него.

Однако меня не покидало ощущение недосказанности. Мы заменили приглашения на поддельные, но что будет дальше? Примет ли Особняк наше подношение?

С этим вопросом я направилась в офис к Дмитрию.

Брат сидел за столом, сгорбившись над какими-то бумагами, но, увидев мое лицо, тут же отложил карандаш. Его рассеянный взгляд, сразу вспыхнул искрой искреннего соучастия.

- Ты уже все поняла, — не спросил, а констатировал он с ноткой мягкого сочувствия. Бордовая рубашка с коротким рукавом на контрасте со строгим интерьером смотрелась слишком порочно, навевая неуместные воспоминания обо все кровавом. Мне не пришлось озвучивать вопрос, мужчина сам обо всем догадался. Я звонила ему после нашего марафона в парке, взахлеб хвастаясь собственной находчивостью.

Вот только теперь моя гениальность казалась мне пшиком в океане.

Я кивнула и подошла к окну. Город за стеклом жил своей жизнью, шумной и пенящейся, как новогоднее шампанское. Только сейчас до меня дошло, что убегая из школы, я забыла переодеть сменку, оставшись в легких туфлях, а платок намотала поверх ветровки, будто еще носила шарф.

- Город не примут подделку, — прошептала я, глядя на свое отражение в стекле. — Это же не просто бумага. Это словно договор, подписанный кровью. Особняк раскроет обман.

- Он уже все понял, — тихо сказал Дмитрий.

Холодный ком сжался у меня под сердцем. Наша шалость, наша отчаянная, дерзкая попытка выиграть время, оказалась не более чем детской игрой в щенка со взрослым леопардом.

- Что будет с ними? Со всеми, кто воспользовался поддельными приглашениями?

Дмитрий молча подошел ко мне и положил руку мне на плечо. Его поддержка значила для меня больше, чем я могла себе вообразить.

- Ты сама знаешь, Кира. Всех совравших сотрут.

Гордость, что так тепло горела во мне еще несколько часов назад, погасла, оставив после себя лишь горький пепел. Я нашла выход? Нет. Я подписала им смертный приговор. Красивый, тихий и абсолютный. Мне ничего не удалось изменить и в итоге мы вернулись к тому, с чего начали.

Олегу и Леше придется исчезнуть.

- Сколько у нас времени?

- Пятнадцать дней, - мгновенно ответил брат. - Вчерашний день можно вычеркнуть.

Значит всего перед стиранием проходит шестнадцать…

Я тешила себя ложной надеждой, что у нас в запасе будут месяцы, если не годы, но похоже Вэйридж не давал второго шанса. Он забирал то, что должен и его не волновали сантименты.

- Что-то же можно сделать… Ты же вернулся! – Я умоляюще посмотрела на брата, изо всех сил сдерживая слезы.

- Городу требовался Распорядитель. Я лишь оказался в нужное время с нужной просьбой.

- Тогда… - я закусила губу. Мысль была невероятно дерзкой и импульсивной, и все же я не могла ее отбросить. – Возможно, Вэйриджу нужно что-то еще.

- Не самое лучшее решение, - предупредил меня Дима, догадавшись о моих дальнейших планах.

- По крайней мере я попытаюсь.

Поцеловав брата в щеку и оцарапавшись о грубую щетину, я целенаправленно направилась в Особняк.

У меня есть связь с городом, он меня послушает.

Я перелезла через чугунную ограду, стараясь не зацепиться за острые пики. Сердце колотилось где-то в горле, отдаваясь глухим стуком в висках. Ладони, прикоснувшиеся к холодному металлу, онемели, но это было кстати — физическая боль могла бы пересилить решимость.

Особняк стоял безмолвный и величественный, поглощавший дневной свет, не отбрасывая тени. Его стены из темного, почти черного камня, казалось, пульсировали в такт моему учащенному дыханию. Я выбрала место не перед главным входом — это было бы слишком дерзко, — а сбоку, у парадных дверей, прислонилась спиной к шершавой, холодной стене и съежилась, подтянув колени к подбородку. Легкие туфли промокли, платок на ветровке казался теперь нелепым, жалким украшением.

Я закрыла глаза, отбросила панические мысли и попыталась успокоить дыхание. Внутри меня росло странное, едва уловимое чувство — тонкая, как паутина, связь. Та самая нить, что тянулась от моего сердца к сердцу города.

«Послушай меня, — начала я мысленно, вкладывая в беззвучные слова всю свою мольбу, весь ужас и всю надежду. — Я понимаю, что о многом прошу, но не забирай Олега и Лешу. Позволь им остаться и стать гостями Карнавала».

Я представляла их лица — Олега с его вечной ухмылкой, Лешу, застенчивого и тихого. Вспоминала, как мы ссорились, играли, делали домашние задания, спорили, искали ответы и все эти моменты казались бесценными! Их было так мало…