Город Зверомастеровск

Глава 19

На ноге голубки белой что-то есть – ведь неспроста!

   Не случайно залетела! То ж записка от Петра!

   Ту записку изучили. Вывод был теперь таков:

   Уж тревогам нет причины – сын любимый жив, здоров!
 

   Дни проходили за днями. Надежда на возвращение любимого сына таяла все сильнее, а душевных сил, способных поддерживать уверенность в благополучном исходе этого дела становилось все меньше.

   Анна Сергеевна, хоть и чувствовала своим материнским сердцем, что Петя жив, но легче ей от этого не становилось! Особенно тяжко было вечерами. Она стала буквально ненавидеть это время суток с тех пор, как пропал ее сынок.

   «Где ты сейчас, мой мальчик?» – мысленно обращалась она к сыну в такие минуты.

   Ее вечно занятой муж Павел Андреевич тоже сильно переживал, но всячески старался этого не показывать, чтобы лишний раз не травмировать психику жены. В последнее время супруга сильно сдала, и ей было даже рекомендовано лечь в больницу на обследование. Но она категорически отказывалась, боясь пропустить новости о сыне.

   «Неужели, чтобы лучше понять свое дитя, необходимо с ним расстаться?!» – думала мама мальчика.

   Много бы она сейчас отдала, чтобы ее сын оказался здесь, рядом! Она простила бы ему все, сама бы попросила у него прощения, лишь бы только он вернулся!
 

   Как-то вечером, когда Анна Сергеевна и Павел Андреевич ужинали, в открытое окно кухни вдруг залетела пара белых голубей и, как ни в чем не бывало, уселась на буфете, косясь на хозяев.

   «К несчастью!» – екнуло в груди матери.

   – Паша, гони их прочь! – вскричала она и схватилась за веник – первое, что попалось под руку.

   – Подожди, Аня, посмотри-ка, у одного из них на лапке, кажется, что белеет. Уж не послание ли? – Петин папа встал на табурет и осторожно, чтобы не спугнуть птиц, прошептал жене: – Прикрой окошко, чтоб не улетели!

   Но голуби и не думали улетать. Наоборот, они, как будто, все понимали. Один из них – тот, что покрупнее – сам подошел к краю буфета и приподнял лапку с привязанным клочком бумажки.

   Родители онемели.

   – Вот это да! – восхищенно прошептала Анна Сергеевна. – Они – дрессированные!

   Развернув бумажку, родители с облегчением узнали почерк сына.

   – Я же говорил, Аня, что все образуется! – обрадовано воскликнул Павел Андреевич. – Видишь, он пишет, что у него, слава богу, все хорошо! А ты волновалась!

   – А ты не волновался, что ли?! Слушай, мы ему обязательно должны написать ответ! А голуби нас немного подождут и отдохнут заодно. Налей-ка им водички и насыпь пшена, там, из шкафчика, – Петина мама уже обдумывала текст ответной записки.

   Через полчаса все было готово. Отдохнувшие Почтари были готовы к отлету.

   Как ни старалась Анна Сергеевна, послание получилось объемней, чем хотелось, но Голубь, к ноге которого привязали весточку, был спокоен.

   Настала пора расставаться.

   Павел Андреевич открыл окно, и птицы не заставили себя долго ждать – тут же выпорхнули.

   – До свидания, до свидания! – громко кричали им вслед Петины родители, махая руками.

   Взмыв в небо, голуби сделали круг над домом и устремились туда, где находился сейчас их ненаглядный сынок.

   И только старый дворник дядя Вася, сидя на лавочке, удивленно посмотрел на кричавших и размахивающих руками без видимых причин соседей с третьего этажа и скорбно покачал головой.

   «Что же сотворило с бедными родителями горе от потери единственного ребенка!» – подумал он и поспешил к себе домой, где его с нетерпением ждал маленький внук.
 

   – Летят, Голуби летят! Петя просыпайся! – восторженно закричала Яблочко. Почти сутки прошли в ожидании долгожданной пары.

   Белый и Пушинка, а это были именно они, устало опустились прямо на спину Лошадки, вышедшей спозаранку их встречать. Немного побеседовав с ней, они перелетели на перила террасы.

   Петя вышел на крыльцо, разбуженный криками подруги, потягиваясь и зевая. Было раннее утро. Птицы на соседних березах уже начали свою утреннюю перекличку. Сильно пахло скошенной травой. Это Барбос вчера обработал лужайку перед домом, о чем красноречиво говорила забытая им у крылечка коса-литовка. Ветерок подхватывал остатки скошенной травы и разносил ее по всему двору.

   «Как же все-таки здорово жить в таком великолепном месте! – подумал мальчуган.

   – Чего вы так расшумелись? – спросил он Лошадку, стоящую посреди двора.

   И тут он увидел голубей! Остатки сна у Пети мигом улетучились!

   – Вы уже здесь?! – обрадовался мальчик. – Так быстро?! Вот здорово!

   Он подошел к Белому, аккуратно отвязал сложенный клочок бумаги и углубился в чтение. Пока он читал, на террасе появились остальные обитатели дома. Они окружили своего друга и внимательно следили за выражением его лица, которое менялось по мере прочтения.

   Сначала оно выражало только нетерпение и любопытство, затем сменилось на радостное удивление, а потом улыбка стала постепенно исчезать. Когда Петя кончил читать, лицо его было растерянным и даже печальным. Домашние удивились: что же было написано на малюсенькой бумажке, если заставило их друга пережить такую гамму чувств? Но Петя был безмолвен!

   Он присел на лавку, стоящую рядом с крыльцом, и глубоко задумался.

   Первой не выдержала Лошадка.

   – Петя, что случилось? Какое-то несчастье? Что-то с родителями? – Она подошла поближе и вопросительно посмотрела на Голубей. Те отрицательно помотали головами, но вслух ничего не сказали.

   Мальчик печально посмотрел на подругу.

   – Нет, с родителями все в порядке.

   – Так в чем же дело? Почему у тебя такой похоронный вид?

   – Яблочко, они просят меня вернуться! И я не знаю, что мне делать! – Он беспомощно посмотрел на зверей, его окруживших.