Городская фиалка

Глава 6. Анжелика.

  Творческий порыв отступил, как и воспоминания. Я поставила кисти в банку с водой, клятвенно обещая себе вечером всё вымыть, и, взяв в руки мастихин, приступила к очистке палитры, которая ждать не могла. Закончив, подошла к окну, распахивая створку, чтобы хоть немного выветрить запах скипидара, и развернулась к подсыхающему полотну. Что ж, очень надеюсь, что удастся завтра закончить. С холста на меня смотрела Анжела, но не такая, какой её привыкли видеть окружающие, а такая, какой видела её я. Пускай не сразу, но мне удалось разглядеть за маской эффектной, грубоватой незнакомки совершенно потрясающую девушку, без которой я теперь не представляла своей жизни. Красивая и беззащитная, с пронзительным печальным взглядом, робкой улыбкой и страхом довериться кому-то снова, притаившемся в самой глубине прекрасных дымчатых глаз. Именно такой я увидела её тогда, когда мы встретились вновь.

  Я вышла в сквер, рядом с домом, наслаждаясь теплой солнечной погодой, нашла свободную скамейку и, достав блокнот для зарисовок, погрузилась в свой привычный мир. Как назло, перед глазами стояло лицо странной  брюнетки. Прошла уже неделя, а я всё ещё прекрасно помнила её выразительные черты. Сдавшись, позволила руке свободно порхать по бумаге.

– Так ты не соврала! – послышался удивлённый голос над моей головой.

– Я никогда не вру, – заметила я и подняла голову, отрываясь от наброска.

  Передо мной, собственной персоной, стояла незнакомка. Каким образом она меня опять нашла? Недовольно сощурившись и глядя на неё, думала я. После памятной встречи около кафе, когда она таки всучила мне свою визитку, уверяя, что на счёт работы говорила совершенно серьёзно, я больше её рядом не наблюдала. И вот, на тебе, прошло семь дней и она нависает надо мной, загораживая солнце. По-моему, молчание должно было ясно дать понять, что никакого общения с ней я не хочу. Или она сама недалёкая? Нет, серьезно, у такой красоты просто должен быть хоть один недостаток! Яркий, но странное дело, не вульгарный макияж. Хорошее чувство стиля – плащ глубокого тёмно-серого цвета, с широким поясом, подчеркивал её тонкую талию и красивую фигуру. На ногах красовались стильные ботильоны сложного кирпичного оттенка на огромной шпильке. Зачем визуально удлинять и без того длиннющие ноги? На голове – модные очки, отлично смотревшиеся на фоне её темных локонов. Начала раздражаться. Да, пускай мне чужда современная мода, но рядом с такой моделькой не комплексовать невозможно.

– Я предупреждала тебя, что у меня отличная память? – недовольно поинтересовалась я у неё, наткнувшись на изучающий мою одежду взгляд. Да, сегодня я в чёрной водолазке, юбке из лоскутов всех оттенков рыже-коричневого и тёмно-шоколадном пальто. Мне нравиться.

– А, про предсмертную записку? – хмыкнула незнакомка и добавила, кивнув на блокнот в моих руках. – Но вроде умирать ты передумала, как я вижу.

– Запомнила? – уважительно протянула я, а потом, выдрав из блокнота лист, впихнула ей в руки, со словами. – Предупреждаю, прекрати за мной следить! Я на заявлении в полицию твой портрет ещё лучше нарисую!

  Несколько секунд наслаждалась её ошарашенным лицом, надеясь на окончание нашего странного общения, я ухожу – она опять меня находит. Но все мечты осыпались прахом, когда на её кроваво-красных губах расцвела шальная улыбка.

– Да это же просто отлично! – заявила она, рассматривая собственное изображение, неожиданно бережно держа его в руках, а затем с надеждой спросила, присаживаясь рядом со мной. – А роспись во всю стену сделать можешь?

– Чего? Я вижу тебя второй раз в жизни, – возмущенно ответила ей, поднимаясь со своего места. – И прекрати ходить за мной по пятам. Напрягаешь. Если я кого-то тебе напоминаю..

– Да, напоминаешь, – согласилась она.

– То извини, я не замена, – закончила свою мысль, раздраженно запихивая блокнот в сумку, вместе с карандашом. – А совершенно другой человек.

– Прости, если обидела, – сказала девушка, продолжая сидеть на скамейке, подняв голову и поймав мой взгляд. – Я не хотела. Обещаю больше не беспокоить.

– Вот и отлично, – заявила я, накинула на плечо сумку и зашагала по дороге в сторону дома.

   И чего она ко мне прицепилась? Взять, к примеру, Артёма, ну или Пашку с Кариной  – за всё время не подошли ко мне ни разу! А она, совершенно незнакомая девушка – снова нарисовалась рядом, будто нарочно обращая на себя моё внимание. Я замедлила шаг и остановилась. А ведь так и есть, никто из приятелей ко мне не подходил, даже наоборот, они все будто бы всячески избегали общения. Можно подумать, похороны – это заразно. Да, я носила серый и чёрный, отвергая привычные яркие цвета, но всего неделю. Уже через несколько дней научившись их миксовать, сочетая привычную одежду со своим изменившимся душевным состоянием. Но ведь любому человеку нужно время, а одежда – это всего лишь одежда, разве нет? Эта же девушка что-то такое увидела во мне, что буквально по пятам в тот день ходила. Оглянулась назад. Незнакомка продолжала сидеть на скамейке, засунув руки в карманы плаща и подставив лицо выглянувшему солнцу, демонстрируя полное равнодушие к происходящему вокруг. Люди, довольные своей жизнью, на других, выбивающихся из их привычного окружения, даже не смотрят, равнодушно проходя мимо и совершенно не замечая. Быть может, это она пыталась обратить моё внимание на себя, а не наоборот, как я думала? Тяжко вздохнув, потопала обратно. Хотя бы разговор она заслужила, знатно встряхнув меня своим появлением в сложный момент моей жизни. Пристроилась рядом с ней, на скамейке, положила между нами сумку, как бы обозначая границу. Мне нужен хоть какой-то комфорт, я к такому близкому соседству не привыкла.