Городские истории. Трилогия

ГЛАВА 7

С этого дня они практические не расставались. За исключением того времени, когда Софии приходилось уезжать на работу в архитектурное бюро, а Роману – в офис к отцу, который активно посвящал сына в дела компании.

Сначала они встречались после работы в квартире Софии, проводя те короткие пару часов перед приходом Полины и Антона в постели, не успевая насытиться друг другом, считая обычные свидания в ресторанах и кинотеатрах напрасной тратой времени.

Роман часто оставался на ночь в комнате Софии и уходил рано утром, чтобы не мешать утреннему распорядку и дать возможность всем жителям квартиры собраться на работу. Он уезжал в городской дом отца, чтобы быстро привести себя в порядок перед рабочим днем.

Однажды, спустя месяц, в последний день рабочей недели, Роман, заранее предупредив Софию, чтобы та захватила с собой из дома немного вещей, встретил ее у выхода из офиса, продемонстрировав той связку ключей от его новой квартиры, которая располагалась, как оказалось, в самой модной и бурлящей жизнью части города.

На каждой живописной улочке этого района сверкали огнями десятки ресторанов и кафе, скверы манили своими яркими осенними деревьями, и повсюду неспешно прогуливались от заведения к заведению красиво одетые люди, приезжающие на дорогих автомобилях.

Полине показалось, что здесь должно быть всегда довольно шумно, но зато совсем нескучно. Тем более, что ей, молодой и полной энергии, совсем не хотелось проводить время в тишине и покое.

В этот же вечер, прихватив из ближайшего магазина пару бутылок хорошего вина и немного того, что принято запивать этим вином, София и Роман вошли в уютную квартиру, которая находилась на третьем этаже красивого дома.

Квартира оказалась полностью обустроенной для жизни. Она встретила их светом модных светильников, блеском хромированной техники, теплом натуральных деревянных поверхностей и мягкостью шикарных диванов.

Квартира, может, и не была уютным гнездышком, как обычно представляла себе свою будущую квартиру Полина, на которую ей еще только предстояло заработать. Она была именно в духе самого Романа, такая же, строгая, ультрасовременная, полная изящества, но одновременно теплая и комфортная.

Роман и София расположились на большом диване с двумя бокалами вина, поставив рядом с собой поднос, уставленный тарелочками с пряным сыром, виноградом, орехами и другими закусками.

Они долго болтали, рассказывая друг другу неизвестные подробности из своих жизней, смеялись, вспоминая детские шалости, и делились мечтами и планами.

Потом Софа и Роман лежали в обнимку, наслаждаясь тем, что можно больше не торопиться, и вечер целиком принадлежит им, а может, и вся ночь и даже последующие два выходных дня. Они неспешно целовались, отставив бокалы и поднос на журнальный столик.

Выпитое вино приятно кружило голову, а тусклый свет настенных бра создавал таинственную и расслабляющую атмосферу. Откуда–то доносилась тихая медленная музыка, и Софии казалось, что все это на самом деле ей снится, настолько ей было хорошо сейчас.

Она не сразу заметила, что они оба остались практически без одежды, и поцелуи и ласки перестали быть томными и медленными. Роман поднял Софию на руки, и она, обхватив его ногами за талию, обняла за плечи.

Они дошли до спальни, и Роман положил ее на огромную кровать, стоящую посреди комнаты. Белоснежные простыни приятно холодили разгоряченную кожу, и София потянула Романа на себя. Тот, не разрывая поцелуя, переместил ее на середину постели.

Он ласкал шею и грудь Софии, опускаясь все ниже и ниже к животу. Затем он стал целовать внутреннюю часть ее бедер и, закинув ее ногу себе на плечо, сделал языком то, от чего София выгнулась и закричала, сминая в своих руках простынь.

Почти доведя ее до безумия этими ласками, он поднялся и одним движением вошел в нее, заставив Софию снова вскрикнуть от удовольствия.

Они любили друг друга снова и снова, перемещаясь от кровати до ванной, от дивана до кровати, исследуя все грани удовольствия.

Они пили вино, кормили друг друга ягодами винограда, принимали вместе душ, обнимались, разговаривали или просто лежали. Он играл с прядями ее огненных волос, а она пальцем выводила узоры на его груди.

Потом, когда небо стало серым, они уснули в постели, сплетясь руками и ногами в ворохе одеял и подушек, расслабленные и уставшие.

– Огонь больше не обжигает меня… – запутавшись у Софии в волосах прошептал Роман прежде, чем окончательно провалиться в сон.

***

В последний выходной день Роману пришлось уехать на несколько часов, чтобы сопроводить отца на неофициальный обед с партнерами. После встречи они с Софией договорились поужинать в соседнем ресторанчике, прежде чем Роман отвезет ее к себе домой.

Начиналась новая рабочая неделя, и Софии нужно было привести себя и мысли в порядок после проведенных в квартире Романа выходных. Она лежала перед телевизором, который показывал какую–то слезливую мелодраму и рассеянно откусывала по кусочку от желейной конфеты в виде червяка.

Софии почему–то всегда нравилось сначала откусывать желейному червяку именно голову. Ей казалось, что начинать с хвоста, продлевая червяку агонию – жестоко. Лучше сразу откусить голову, так вроде как, намного гуманнее.

В ее расслабленный мозг, как штопор, ввинтился пронзительный звук дверного звонка. Она подошла к экрану домофона и, к своему удивлению, увидела там Милану. Вот, кому действительно захотелось откусить голову, и тут дело совсем не в гуманности.