Горшочек, не вари!

Глава шестая

Трудно старушкой прикидываться, когда тебе двадцать лет. Но я старалась. Бабушку свою вспомнила, её словечки, как она ходит, как одевается. Наверное, реалистично получилось, потому что Гретель и Гензель не почувствовали подвоха, разоткровенничались и стали мне жаловаться, как им тяжело с мачехой живется. Всё бы хорошо, да только Гензель на радостях разошелся. Предложил злую мачеху сюда привести. Увидит она мой сундук и захочет взглянуть, что там лежит. Я вздохнула. Кажется, ведьмин сундук покою ему не дает.

А дальнейший его план меня вообще в шок поверг. Мачеха наклонится над сундуком, а я крышку захлопну. Крышка у сундука тяжелая, железом обшита. Она мачехе голову отрубит и та в сундуке останется. Не знаю, что им мачеха сделала, но слышать из уст ребенка такое неприятно. Хочется следом за котом Цицерона процитировать. Гензель, видимо, почувствовал, что я в шоке и предложил сам крышку сундука захлопнуть. Да уж, хороший мальчик. Решительный. И с фантазией. Так, надо их срочно домой вести, а то, как бы они чего-нибудь еще не придумали.

Вышли мы из дома с узелками, полными сладостей. Пришлось окном пожертвовать и куском крыши. По неприметной тропинке через лес направились. Мрак впереди идет. Мы следом за ним. Главное, чтобы через пару часов ходьбы, он Сусанина не начал цитировать.

***

Шли мы часа два, а может три, и оказались возле большого озера. Лодки нет, моста тоже. Как на ту сторону перебраться, не ведомо. Вдруг видим, уточка плывет. Дети обрадовались, руками замахали. Гретель даже запела:

Утя, моя уточка,

Подплыви к нам чуточку,

Нет дорожки, ни моста,

Переправь нас, не оставь!

Уточка послушно подплыла. Гензель сел на неё и сестру зовет. Та не соглашается. Дескать, уточке тяжело будет. Значит, животных они любят. Ну, хоть что-то, а то у меня в душе  уже полная безнадега.

Переправила уточка детей и за мной вернулась. Мы с котом уселись и поплыли. На середине озера уточка крылышками встряхивать стала. Пока я думала, что бы это значило, Мрак с моего плеча спустился и к птичьему горлу лапу приставил. Беззвучно выдвинулись сантиметровые когти. Я услышала его чуть хрипловатый голос:

— Вздумаешь нас утопить, я тебе горло порву. Так быстро, что глазом моргнуть не успеешь.

Я вздохнула. Кота ругать бессмысленно и бесполезно. Что с животного взять, если здесь даже дети такие? Переправились мы через озеро. Гензель и Гретель на берегу стоят, нас ждут. А на лицах разочарование. Выходит, ошиблась я. Они не нас ждали, а хотели шоу посмотреть под названием: «Утопи ведьму». Что ж, в этот раз им не повезло. Но у них вся жизнь еще впереди. Думаю, еще увидят.

Прошли еще немного, дом показался. Стоит на опушке леса, окошками  в нашу сторону смотрит. Дети за руки взялись и к нему побежали. Я кота на руки подхватила, к себе прижала.

— Мрак, видишь, вон там окончание этой сказки. Как только дети в дом забегут, она закончится.

Кот молчит и только глазами сверкает. Куда это он смотрит? Я за его взглядом проследила. Кто-то невысокого росточка по лугу в сторону леса бежит. Бубон на шапочке подпрыгивает. Кто же это может быть и почему он так Мрака заинтересовал? Кот в моих руках извернулся и на землю спрыгнул. Вот паразит! Пока я длинную царапину на руке разглядывала, он в траве скрылся. Я сумку со сладостями на землю бросила и за ним погналась. Хорошо хоть хвост торчком держит, среди травы видно. Бегу, а сама думаю: на кого мы с котом охотимся, как два голодных гепарда? Может, на гнома? Нет, бегает слишком быстро. Эльф? А может… И тут я поняла, кто это и закричала:

— Стой, Румпельштильцхен! Остановись!

Ага, сейчас, послушается он… Только еще быстрее помчался. Я бегу, задыхаюсь, голова кружится. Фамильяр прав. Пора это тело менять. Сто метров пробежала, а у меня уже отдышка. А впрочем — плевать. Пусть эта старая ведьма радуется, что её в печи не сожгли. Интересно, найдет она свои склянки со снадобьями или нет? Я их хорошо закопала и даже дерн сверху постелила…

Вот он, хвост Мрака, совсем близко. Я на бегу обернулась, смотрю: Гензель и Гретель до дома добежали и дверь открывают. Я усмехнулась. Зря, как выяснилось. Хорошо смеется тот, кто смеётся последним. Пока я оглядывалась, да детей разглядывала, моя нога за корень зацепилась. Лечу вперед и как в замедленной съемке каждую травинку четко вижу. Земля все ближе. Еще секунда и мое лицо с ней встретится. Я извернулась, руку выбросила и Мрака за ногу схватила. Последнее, что услышала, это отвратительный кошачий вопль, и всё, темнота.