Горючая смесь

Глава 4. Разбитые зеркала

Я зашла в класс, с трудом скрывая зевок. Какое счастье, что урок на первом этаже. Голова гудела, а веки налились свинцом — вчерашняя ночь прошла в бесполезных попытках заснуть, когда перед глазами снова и снова всплывала та фотография.

Марк уже сидел на своём месте, развалившись с привычной небрежностью. Его тёмные волосы были слегка растрепаны, будто он только что встал и даже не взглянул в зеркало. Длинные ресницы отбрасывали тень на скулы, а глаза... Эти странные зелёные глаза — глубокие, как лесная чаща, с золотистыми искорками, словно солнечные лучи, пробивающиеся сквозь листву — заставили меня на мгновение задержать взгляд.

На моём стуле стоял его рюкзак.

— Убери, — буркнула я, останавливаясь рядом.

Он медленно поднял взгляд, будто только сейчас заметил моё присутствие.
— Утро доброе, Огонёк.
— Рюкзак. Убери.

Он вздохнул, взял его и поставил рядом, на пол.
— Довольна?

Я плюхнулась на стул, не удостоив ответом.

— Не принимай близко к сердцу, — сказал он неожиданно спокойно. — До тебя другие пытались тут сесть.

Я повернула голову, удивлённая его тоном.
— И?
— И теперь не пытаются.

Он улыбнулся — широко, искренне, и от этого у меня перехватило дыхание. Какая у него красивая улыбка... Я тут же отвела взгляд, чувствуя, как кровь приливает к щекам.

Ну уж нет, да я его терпеть не могу. Это просто физиологическая реакция — любой бы задержал взгляд на такой улыбке. Но только не я. Ни за что.

— Если тебе так не нравится, когда к тебе подсаживаются, — сказала я, скрестив руки на груди, — пересаживайся за первую парту. Там к тебе точно никто не подсядет.

Марк замер на секунду, затем рассмеялся — низко, с хрипотцой.

— Огонёк, ты меня удивляешь. — Его голос внезапно стал ледяным, а в глазах вспыхнуло что-то опасное. — Неужели думаешь, я позволю кому-то занять место рядом с тобой? Хотя... может, ты права. Мне действительно стоит пересесть. Подальше от этого твоего вечного запаха гари.

Он намеренно провёл рукой по носу, будто отгоняя неприятный запах.
Я сжала зубы. Его наглость не знала границ. Я медленно встала, взяла свой стул и уже хотела кинуть в Марка, как увидела краем глаза Пашу.

Паша резко шагнул вперёд:
— Чернов, заткнись!
— Пересаживайся сама, Огонёк. Мне и здесь неплохо. Главное — не дышать в твою сторону.

Его слова повисли в воздухе, острые как стекло. Это была не просто злость. Это была настоящая, беспощадная ненависть — и она обжигала сильнее любого пламени. Если бы не Паша, я бы кинула этот несчастный стул в него, как жаль, что я упустила такую возможность.

Паша, стоявший рядом, нахмурился.
— Кир, всё в порядке?
— Да, — с улыбкой, как ни в чём не бывало, ответила я. — Что ты хотел?
— Кир, у меня родители в субботу уезжают, — сказал он, поправляя очки. — Заходи, новый «Пиковый перевал» скачал.

Я открыла рот, но Марк перебил:
— А для братца приглашения нет? Без меня она не пойдёт.

Паша замер.
— Ты не в моём списке желаемых гостей, — ответил он холодно.

Марк усмехнулся.
— Жаль. А я так хотел посмотреть, как ты прячешься за подушку в страшных моментах.

В этот момент в класс ворвалась Даша — моя рыжеволосая подруга, чьи огненные локоны всегда заставляли меня засматриваться. Я обожала рыжий цвет волос у девушек, особенно такой — яркий, как осенние листья, с медными переливами на солнце. Сегодня её волосы были собраны в небрежный пучок, из которого выбивались отдельные рыжие пряди, создавая эффект живого пламени вокруг лица.

— Кир, мне нужно тебе кое-что показать! — она нервно сжала телефон в руке, бросая взгляд на Марка и Пашу. Её нос сморщился от недовольства, а зелёные глаза, почти такого же оттенка, как у Марка, но теплее, живее, метали искры. — Но... не сейчас. После уроков.

Марк поднял бровь, изучая её.
— Какие секретики, — проворчал он. — Надеюсь, это стоит ожидания.

Паша, стоявший рядом, нахмурился.

Я посмотрела с недоумением то на одного, то на другого. Даша сжала губы и прошептала мне:
— Позже. Только мы вдвоём.

Марк откинулся на спинку стула, скрестив руки.
— Ох уж эти девичьи тайны, — протянул он и снова улыбнулся — той самой улыбкой, от которой у меня снова заколотилось сердце.

Я тут же закатила глаза. Ну и что, что у него красивая улыбка? Это не повод забывать, какой он самодовольный, наглый и вообще...

Звонок на урок прервал мои мысли. Когда я села, в окне мелькнуло чьё-то отражение — слишком быстрое, чтобы разглядеть. Но почему-то мне показалось, что за стеклом кто-то наблюдал за нами. Возможно, недостаток сна так повлиял, что теперь перед глазами мерещится всякое.

Я достала учебник и только одно было ясно — Марк не собирался пересаживаться. И, кажется, я тоже.

После звонка я медленно собрала вещи. Даша стояла у окна напротив, нервно перебирая свой телефон. Её рыжие волосы, обычно такие яркие, казались тусклыми в сером свете пасмурного утра.

— Ну, что там такого ты хотела мне показать? — спросила я, подходя к ней.

— Кир, ты только не волнуйся, — сказала Дашка, нервно покусывая нижнюю губу. Её пальцы дрожали, когда она разблокировала телефон.

— Не в моём духе, — фыркнула я, хотя в груди уже начало сжиматься тревожное предчувствие.

Даша перелистнула несколько фото и остановилась на одном. Я замерла. На экране мой бывший — с которым мы встречались всего две недели — целовался с Соней. Моей бывшей подругой. Той самой, которая внезапно перевелась в школу, где учился он.

— Когда... — голос предательски дрогнул.

— Вчера. Лена из 11-Б скинула. Они теперь... вместе. — Даша осторожно положила руку мне на плечо. — Соня специально, понимаешь?

Я сжала кулаки, чувствуя, как по щекам разливается жар. Всего две недели отношений, но предательство жгло, как свежий ожог.

— Огонёк, — раздался знакомый голос за спиной. — Какие секреты вы тут обсуждаете?

Я резко обернулась. Марк стоял в двух шагах, его зелёные глаза скользнули с моего лица на Дашин телефон.