Горючая смесь

Глава 6. Список подозреваемых

Районная библиотека встретила меня затхлым запахом старых книг. Пыльные лучи солнца пробивались через занавешенные окна, освещая миллионы пылинок, кружащихся в воздухе. В дальнем углу, за стеллажами с архивными подшивками местных газет, сидел Марк. Его длинные пальцы барабанили по столу в нервном ритме.

Я скользнула между стеллажами и опустилась на стул напротив него. Без лишних слов достала из рюкзака листок и положила между нами:

Подозреваемые:

1. Паша
2. Костя
3. Соня
4. Даша
5. Марк

Марк медленно провёл пальцем по списку. Когда он добрался до пятого пункта, его пальцы резко сжали край бумаги, смяв лист.

— Очень смешно, Огонёк, — его голос звучал опасно тихо. Он откинулся на спинку стула, скрестив руки на груди. — Если бы я хотел тебя запугать, ты бы уже бежала из города.

Я не моргнув выдержала его взгляд:

— Правила для всех одинаковые.

— Тогда вот моё правило, — он резко наклонился через стол, его дыхание обожгло мои губы. — Я не трачу время на глупые игры. Если бы это был я...

Его рука неожиданно накрыла мою и сжала.

— ...ты бы не успела даже составить этот список.

В библиотеке вдруг стало очень тихо. Даже пылинки в луче света замерли, будто затаив дыхание.

— Докажи, — прошептала я.

Его губы искривились в той самой ухмылке, от которой по спине побежали мурашки.

— Охотно.

Он достал телефон и включил видео. На экране — ночная съёмка моего дома. Окно моей комнаты светилось, как он и просил. И там, в темноте...

Чёрная фигура. Неподвижная. Стоящая прямо под моим окном.

— Это не я, — Марк провёл пальцем по экрану, увеличивая изображение. — Посмотри на рост.

Фигура была значительно выше его.

Тень повернулась — на запястье мелькнул массивный браслет.

— Пашкин "победитель", — я тут же узнала подарок нашей школы за спортивные достижения.

Марк усмехнулся:

— Теперь веришь, что я не в списке?

— Да, но не факт, что это Паша. Таких браслетов ещё два в нашей школе и в других. Их дарили трём лучшим во всех школах, — убирая волосы за ухо, сказала я. — Кстати, где твой список?

— Я подозреваю только Пашу. Я же перевёлся из другого города, а в детстве ни с кем не общался, кроме него и твоей мамы. Давай последим за всеми из списка, он может быть не один.

— Хорошо, но как мне теперь идти домой? Родители уехали на неделю, — я обняла себя руками.

— Я провожу тебя и проверю дом. У меня есть доступ к камере у твоего дома, — волнительно выпалил Марк. — Хотя жить вместе было бы лучше.

— Нет, — прошипела я.

Мне некого просить о помощи, никому нельзя доверять. Но только сейчас я поняла, насколько наши отношения с Марком стали особенными. Ещё недавно он был чужой, а сейчас — тот, на кого я могу положиться. Я бы с удовольствием пошла в полицию, но у «преследователя» правда на руках... Я не могу...

После библиотеки мы зашли в кафе — крохотное заведение с барной стойкой из потёртого дуба и запахом корицы. Марк заказал двойной эспрессо, я — капучино с зефирками.

— Помнишь, как в детстве ты от меня убегал? — внезапно спросила я.

Его пальцы, обхватывающие чашку, замерли. Кофе всколыхнулось, оставив на поверхности тёмные круги.

— Не убегал. Отвлекался.

— На что? — Я уперлась локтями в стол, подперев подбородок ладонями, впитывая его ментоловый запах с едва уловимыми нотами дождя. — На кусты? На деревья? Или просто не мог выдержать моего обаяния? Не просто же ты убегал, стесняясь.

Его губы дрогнули. Опасная улыбка.

— Боялся, что если подойду ближе, ты меня подожжёшь, Огонёк.

Ложка звякнула о фарфор, когда я невольно дёрнулась. Его нога под столом намеренно коснулась моей — тёплая, твёрдая, не убиралась.

— Может, попробуешь сейчас? — прошептала я. Меня можно назвать импульсивной, мне нравится смотреть за реакциями людей когда я отвечаю так, как они не ожидают.

Он наклонился через стол так близко, что наши губы почти соприкоснулись.

— Ты уверена, что готова к последствиям?

В груди что-то ёкнуло. Я провела пальцем по краю чашки, собирая каплю кофе.

— А ты готов объяснить, почему тогда прятался, а теперь сам лезешь в огонь?

Его рука внезапно сжала моё запястье. Губы коснулись пальца, слизывая кофейную каплю.

— Потому что теперь знаю — ты горишь ровно настолько, насколько мне нужно.

За соседним столиком разбилась чашка. Мы вздрогнули, но не оторвались друг от друга.

— Вам ещё что-то нужно? — официантка смотрела на нас с ухмылкой.

— Чек, — не отводя глаз от Марка, сказала я.

— И ключ от подсобки, — добавил он, бросая на столик купюру.

Я закашлялась, обжигаясь капучино. Он просто рассмеялся — низко, хрипло, по-волчьи — и потянул меня за собой к выходу.

Под проливным дождём мы бежали к моему дому, смеясь как сумасшедшие. Вода стекала по нашим лицам, заставляя щуриться, но нам было плевать. Рука Марка крепко сжимала мою, словно боясь, что я могу раствориться в этой осенней мгле.

Когда мы влетели в дом, мокрые и запыхавшиеся, Марк сразу же принялся за дело.

— Жди здесь, — приказал он, вытирая ладонью лицо.

Но я не слушала, следуя за ним по пятам. Вместе мы проверили каждую комнату, каждый шкаф, даже заглянули под кровати. Марк двигался как тень — быстрый, бесшумный, опасный. Его глаза в полумраке квартиры казались почти светящимися.

— Чисто, — наконец объявил он, возвращаясь в прихожую.

Я стояла посреди гостиной, дрожа от холода и адреналина. Капли дождя стекали с моих волос на пол, образуя маленькие лужицы.

Марк шагнул ко мне вплотную, его пальцы скользнули по моим плечам, цепляясь за мокрый материал. Одним плавным движением он стянул с меня куртку, оставив лишь легкий след от прикосновения на коже.

— Переоденься, — сказал он мягко. — И запомни: все двери на замок, окна закрыты, свет горит.

Я кивнула, не в силах вымолвить ни слова.

Он повернулся к выходу, но на пороге замер.