Господин Горных Дорог

Глава 4

На следующий день после того как Эльза пришла в себя, все ветра разошлись по делам. Остался лишь хозяин дома. С самого утра Господин Горных Дорог работал в кузнице, из которой полыхал жар и порой летели яркие искры огня. Все его мысли были заняты Эльзой, из-за чего он несколько раз успел нечаянно ударить себя по руке тяжелым молотом. В его холодном сердце не было места сопереживанию, но он прекрасно понимал, как тяжело Эльзе. Порой юноша задумывался о том, чтобы сходить к ней и узнать, как она, но каждый раз останавливал себя словами, что ей будет еще хуже в компании с уродом, который даже не может нормально разговаривать.

В конце концов, когда солнце уже поднялось достаточно высоко и райский уголок прекрасно освещался, Господин Горных Дорог направился в дом, отложив инструменты в сторону. Внутри царила мертвая тишина, лишь иногда скрипели деревянные половицы и легкий сквозняк гулял по полу от открытой входной двери.

Девушка обнаружилась в той же комнате, где она и спала на протяжении недели. Она даже не заметила прихода гостя. Сейчас Эльза выглядела более живой, болезненная бледность почти сошла, уступая место легкому румянцу. Однако на этом изменения заканчивались: волосы были такими же тусклыми и спутанными, заплаканные глаза смотрели куда-то вдаль, совершенно не замечая ничего вокруг, под веками пролегли мрачные тени, а на щеках еще не высохли влажные дорожки.

Немного помедлив, Господин Горных Дорог подошел к кровати и сел на самый край. Тут-то Эльза его и заметила. Щеки моментально заалели, а по телу пробежала легкая дрожь. Она опустила взгляд на свои колени и сжала одеяло в маленьких кулачках, пытаясь унять дрожь. Она боялась его, хотя искренне верила в то, что он не причинит ей вреда. К тому же ее очень смутило собственное поведение накануне вечером: Господину Горных Дорог пришлось долго сидеть на полу и успокаивать её. Кроме того, он не позволил ей выйти в одной сорочке на улицу.

— Простите, — еле слышно прошептала Эльза, нервно втягивая воздух и шмыгая носом.

Ее собеседник некоторое время молчал, теребя в пальцах кончик шарфа и обдумывая, что же сказать. В эти минуты деревянный пол казался ему весьма занимательным и красивым, так что можно было бы им и полюбоваться лишнее время. Одернув себя от таких мыслей, он покосился на гостью, но постарался не поворачиваться к ней, чтобы не напугать.

— Можешь жить здесь, — слова почему-то давались с трудом и выглядели обрубленными и непонятными, — если хочешь.

— Спасибо, — она неуверенно выглянула из-за прядей волос.

Господин Горных Дорог сидел чуть впереди нее, но лицо можно было видеть только в профиль. Сгорбленная спина, грязные черные волосы, закрывающие лицо. Весь худой, так что даже через одежду видны кости. Говорить о состоянии его рубашки и брюк даже не приходилось, хотя шарф выглядел все таким же новым, чистым и аккуратным, даже катышков не было. Внезапно он посмотрел на Эльзу, отчего та моментально смутилась и отвернулась.

— Извините, вам, наверное, неприятно, — дрожь стала усиливаться — не от холода, а от страха и волнения.

— Это тебе должно быть неприятно. А мне все равно, — просто ответил парень.

— Простите меня за вчерашнее. Я не хотела вас обременять.

— Тебе не за что просить прощения, — равнодушно ответил он, отчего ему показалось, что прозвучало это слишком жестоко. — Я уже и не помню таких эмоций, но прекрасно понимаю, что ты переживаешь. Здесь каждый проходил сложный период в своей жизни, Эльза. И все, кроме тебя, давно мертвы.

Это действительно было так. Господин Горных Дорог и все четыре ветра пережили много плохого. Хозяин дома был отвергнут людьми, после того как поплатился собственной жизнью за неуемную жадность. Север с трудом находил деньги и еду, чтобы содержать свою дочь. Слишком много государство собирало налогов. Он ушел на заработок, но погиб. Остальные имели не менее печальные истории.

Теперь же к мертвым присоединилась вполне живая девушка. Господин Горных Дорог уже начал думать, сколько она протянет. Совсем недавно он вновь видел белую лисицу, гуляющую вокруг дома. Ветра сильно встревожились, ведь каждый из них перед своей смертью видел ее. Гостье об этом решили пока не говорить, чтобы не пугать раньше времени.

Эльза столько раз представляла себе их встречу, но сейчас совершенно не знала, что сказать. Ее мучил лишь один вопрос, который она все не решалась задать, боясь рассердить хозяина дома.

— Пойдем на улицу, — Господин Горных Дорог поднялся на ноги. — У входа есть одежда, которую сможешь накинуть на себя.

Неуверенно отодвинув одеяло, Эльза опустила ноги на деревянный пол, ощущая его гладкую поверхность и стыки между досками. Легкий сквозняк обволакивал босые ступни, отчего по коже поползли мурашки. Она немного смутилась из-за своего внешнего вида, но Господин Горных Дорог словно не замечал этого. Он встал к ней боком, протянув руку для поддержки.

— Советую тебе держаться за меня. Ты еще слишком слаба.

— Спасибо.

Коснувшись его руки сначала кончиками пальцев, Эльза вздрогнула. Юноша моментально напрягся, ожидая, что она сейчас с воплем отскочит назад. Он ошибался. Она уже не боялась, просто чувствовала себя неуверенно рядом с ним. Сделав пару шагов к нему, Эльза обхватила его руку покрепче, внимательно разглядывая голубые вены, так сильно выступающие из-под кожи.

Господин Горных Дорог старался лишний раз с ней не соприкасаться, чтобы та не замерзла. Он медленно вывел ее из комнаты, напрягаясь всякий раз, когда она пошатывалась или неуверенно стояла на ногах. Сейчас Эльза позволила себе хоть немного разглядеть то место, где она находилась.

Довольно высокие потолки, которые поддерживали балки, покрытые изящной резьбой. Голые деревянные стены и прикрепленные к ним подставки для ламп. Двери снаружи покрыты резьбой, как на балках. В их витиеватом переплетении девушка заметила прекрасные фигуры людей и потоки воздуха, летящие из их рук. В голове моментально возник образ ее новой знакомой, и только сейчас она поняла, что до сих пор не видела остальных жильцов этого дома. А ведь Восток что-то говорила про то, что их здесь несколько человек. Да и сам Господин Горных Дорог упоминал про то, что они не единственные.