Госпожа болотной равнины

Глава 3

Усталость забыта, колышется чад,

И снова копыта, как сердце, звучат.

И нет нам покоя, гори, но живи!

Погоня, погоня, погоня, погоня,

В горячей крови.

Неуловимые мстители

Подняв голову от руля, равнодушно смотрю на приборную панель своего автомобиля. Как я тут оказалась? Сколько времени пробыла в такой позе? Слёз нет, просто апатия. При мысли о том, что я услышала, где-то в груди возникала тупая боль. Мозг отказывался поверить в произошедшее. Мне казалось, что стоит закрыть глаза, потом снова открыть их, и окажется, что это всего лишь страшный сон. Виталик со мной так никогда бы не поступил. Он просто не мог так сделать – ведь мы столько лет вместе. На него частенько заглядывались девчонки, но выбирал он всегда меня!

Бензин на нуле. «Интересно, где это я?», - надо же, усилилась привычка разговаривать сама с собой, мысль о шизофрении промелькнула, не встретив должного отклика в моей душе. Спокойно выйдя из машины, я продолжала мысленный диалог сама с собой: «Куда машину денешь?» - «Тут оставлю, пойду пешком, я где-то недалеко от города». Хотя с моей последней мыслью можно было и поспорить, так как шум большого города был не слышен. Я прикинула, в какую сторону начинать движение, хотя к чему были эти мои потуги, абсолютно неясно. Позвольте, я немного проинформирую – у меня топографический кретинизм. Ну, то есть абсолютный. Понимаю, сейчас вот надо пояснить. Топографический кретинизм – это когда тебе показывают направление молочного магазина, а ты всё равно умудряешься заблудиться, или, когда, проучившись пять лет на географическом факультете, лаборатории находишь только с третьего раза.

Так вот, на кого были рассчитаны мои размышления о верности выбранного направления, просто непонятно. Немного оглядевшись в темноте, я приняла простое решение о моём дальнейшем передвижении, а именно - я просто пошла вперёд, стараясь не очень задумываться о том, что я битых десять минут вела с собой жаркий диспут о том, куда идти.

Оказывается, слышать голоса внутри своей головы – это совсем не страшно. Просто как будто у тебя появился новый, весьма занимательный собеседник. Хмыкнув, я попыталась исполнить: «Странно, когда ты сходишь с ума, у меня появляется чувство вины. Я тебя понимаю, ведь мне иногда тоже снятся страшные сны…».

Уняв дрожь в голосе и собравшись с мыслями, я всё же заткнулась, включила фонарик на своём телефоне, который отказывался искать сеть, и вяло потопала по тропинке.

Прошагав минут сорок и стараясь не думать о судьбе горячо любимого мной автомобиля (с Виталиком покупали: вой и слёзы), я заметила явные изменения в топографии.

А именно - на место раскидистых грабов и ясеней пришли ива и ольха. Это верные признаки понижения рельефа и появления заболоченных участков, возможно приближение к водоёму. «О, Боже, у тебя беда, можно сказать, трагедия, ты застряла в лесу где-то у чёрта на куличках, а ты ведёшь урок биологии?!» второе «Я» было на грани истерики.

Постаравшись успокоиться, я двигалась вперёд. Не скажу, что быстро - используя телефон как фонарик, я быстро посадила батарейку, и светил он в эконом, так сказать, режиме. И действительно, тропинка начала сбегать вниз, под ногами захлюпало, мои кроссовки промокли. «Н-да, гражданочка, болотце!». По здравому размышлению, проведя с собой небольшой диспут, я приняла решение попросту обойти и небольшую пониженность с крутыми склонами, как сказала бы я своим ученикам, или попросту огромную яму, как след давней возможной торфоразработки, и само болото.

Продираться сквозь жидкий кустарник становилось всё сложнее, равно как и любоваться растительностью средней полосы в ночное время, под ногами хлюпало немилосердно.

Все мысли покинули мою многострадальную голову, кроме одной: как я выгляжу со стороны. Только представьте себе картину: в темноте ночи, при неясном свете, с шумом и пыхтением проламывая кустарник, движется НЕЧТО. Нечто всклокоченное, грязное и исцарапанное, упрямо двигающееся вперёд по только одному ему известной траектории. Вообразив себе эту картину, я истерически рассмеялась: очень жаль, что меня вряд ли кто встретит, обсушит, обогреет и проводит до ближайшей автобусной остановки…

Костеря себя и всех на свете, брела дальше. «Да уж, оказаться ночью в лесу, да ещё неизвестно, где – такое могло случиться только с тобой, подруга!». В очередной раз остановившись для того, чтобы выковырять свой кроссовок из грязи, потеряла равновесие и кубарем покатилась куда-то вниз, на самое дно ямы.

И что самое интересное, руками цепляться за края ямы и тем самым снизить скорость своего падения и количество полученных травм, я даже не пыталась, так как у меня в руках был накрепко зажат кроссовок - вещь безусловно дорогая и близкая моему сердцу. Впрочем, как уже можно было понять, логика никогда не была в числе моих добродетелей.

Вдалеке были слышны раскаты грома и приближение грозы. Яркие всполохи сообщали о том, что она движется в мою сторону. «Какая ранняя в этом году гроза! Весна на дворе, апрель месяц, вроде?», - шиза в моей голове не очень помнила дату, а я вспоминать её и вовсе бы не стала.

Ну, а если бы я беспокоилась по поводу того, что я могу промокнуть - что тут сказать: более грязной и мокрой, нежели сейчас, мне всё равно уже не быть! Я пробиралась дальше в тщетной надежде нащупать тропинку. Она бы здорово облегчила мой путь. Только не с моим-то еврейским счастьем. Дойти бы до остановки к утру.