Госпожа его кошмаров

Глава 17

Потом все происходило почти как у Лермонтова. «Земля тряслась - как наши груди, смешались в кучу кони, люди…»

Да, все было именно так, мои груди затряслись как спелые яблоки на ветке, и это мне совсем не понравилось. Но я быстро сориентировалась и со всей силы вцепилась в изогнутую штуковину, которую Юлиан называл рогом. После чего я сразу же почувствовала себя намного увереннее, а все неприятные ощущения у меня враз пропали.

Но управлять своей лошадкой я даже и не думала, Ариадна и без меня прекрасно справлялась. От меня требовалось лишь сидеть ровно и не мешать этому умному созданию…

Интересно, а что сейчас было? Неужели сынок пошел против своего папаши? И сделал он это из-за меня!

Я хорошо знала этот взгляд собственника, потому что раньше Вельгорский ревновал меня к любому, кто осмеливался смотреть на меня дольше одной секунды. Но когда-то мне это даже нравилось, и у меня хватало ума все его эгоистичные замашки, вроде «это платье слишком облегающее, ты его не наденешь», обращать в шутку. Из-за этого я даже называла его своим ревнивым бабуином. А он оказался долбанным драконом!..

К моему счастью Юлиан выполнил свое обещание: высоких препятствий здесь не оказалось, а через небольшие кусты и канаву с водой Ариадна перемахнула так, что я почти ничего не почувствовала.

Во всяком случае, позориться перед всеми я не собиралась. Но и никакого удовольствия от всего этого я не получала, в отличие от Софьи, которая любила охоту и ждала её с огромным нетерпением. Я же смотрела сейчас на удирающую со всех ног лисицу и отчаянно желала ей спасения…

Черт бы их всех побрал со своей охотой, как может нравится гнать до полусмерти несчастное животное?! Эти господа сейчас развлекались, а бедная лисица спасала свою шкуру.

Но я все же до последнего думала, что ей удастся убежать. Надеялась на то, что в Святозарии совсем необязательно привозить с охоты трофеи, и что главное для них это сам процесс… бешенная скачка, азарт, адреналин и все такое. Но я ошибалась.

Когда раздались оглушительные выстрелы, я поняла, что для несчастной лисы все кончено…

Моя лошадь остановилась в нескольких метрах от зверя. К тому моменту рот лисицы всё еще двигался, отчего создавалось впечатление, будто перед смертью она проклинала своих убийц. Но я-то понимала, что это всего лишь предсмертные конвульсии.

В том, что она умирала, в этом я даже не сомневалась. Ведь её мало того, что терзали собаки, так еще по несчастному зверю стреляли бесчисленное количество раз! И наверняка большинство пуль попало в цель, потому что весь мех зверя был пропитан кровью.

Меня это зрелище настолько возмутило и потрясло, что я схватилась за поводья, чтобы отъехать от этого страшного места куда подальше. Слегка ударила пяткой по конскому боку, потянула один из ремней на себя и… тут же застыла, не в силах оторвать взгляда от лисицы. Потому что прямо на моих глазах с ней начали происходить жуткие вещи.

С ужасом я смотрела на то, как мех на теле зверя безвозвратно исчезал, а само тело вытягивалось. Причем, это происходило настолько быстро, что я и опомниться не успела, как поняла, что вижу перед собой мертвую девушку… Она лежала в той же позе, что и лисица. Её рот был полураскрыт, а мертвые стеклянные глаза смотрели на охотников со звериной ненавистью.

Не знаю, почему, но её безжизненный взгляд поразил меня сильнее, чем её превращение в человека. Наверное, потому, что за эти дни я уже привыкла к местным чудесам и к тому, что мой бывший оказался настоящим драконом. А здесь всего лишь какой-то оборотень! Но вот её глаза… я не могу оставить все как есть. Я должна что-то сделать, она же еще совсем девчонка! Она не должна лежать тут перед всеми как охотничий трофей!

Я отчаянно пытаюсь слезть с лошади, но без посторонней помощи не могу этого сделать.

Неожиданно вспоминаю про свой нашейный платок и начинаю с остервенением его развязывать. Правда, он совсем небольшой. Но думаю, у меня получится прикрыть её наготу, чтобы эти лицемеры не глазели на неё во все свои похотливые глаза!

Со злостью срываю платок с шеи, подъезжаю к несчастной и пытаюсь накрыть им её бездыханное тело. Но не успевает мой кружевной шарфик приземлится на девушку, как его перехватывает на лету Юлиан.

— Графиня Софья, вы обронили… — громко произносит эльф-полукровка, протягивая мне платок, после чего едва слышно добавляет: — Да вы с ума сошли! Это равносильно самоубийству! Сделайте вид, что благодарите меня и немедленно возвращайтесь к остальным дамам.

— Но они же все звери! Это они животные, а не она! — горячо шепчу я ему в ответ.

— Знаю. Но так вы ничего не добьетесь. И себя погубите, и сестру не спасете.

Я прекрасно понимаю, что он прав, поэтому цепляю на лицо улыбку и начинаю повязывать на шею платок. На девушку-оборотня стараюсь не смотреть. Не хватало еще разреветься прямо здесь! Тогда все случится в точности так, как сказал Юлиан.

— Ловчий, в моих владениях перевелись настоящие лисы, или это у тебя завелась лишняя голова?! — грохочет чуть ли не на весь лес Борислав, прожигая Юлиана гневным взглядом. — Как этот перевертыш здесь оказался? Ты испортил нам всю охоту!

— Ваше Величество, смею заметить, что охота была просто великолепна. Я думаю, все получили огромнейшее удовольствие, — восторженно лепечу я, понимая, что голова эльфа и на самом деле находится в большой опасности.